Чтение онлайн

— Я не человек…

— Ты меня понял.

— Будем жить, не помрем, — усмехнулся Михаил.

— Тогда покажи бок, — встревожилась Мистерия. — Так я и знала… И молчал, подлец эдакий.

— Не ругайся, — со всей доступной серьёзностью сказал Курьер.

Лаони запела. Хрупкость первого льда и звон струны, дрожь нервов и величие неба сплетала песня. Боль и смех, крик и шепот, глыбы темно-синих, почти черных волн.

— Мы прибыли. — Четрн осматривал скалы внизу.

Белая полусфера Врат холодно мерцала в крохотной долине. Ее окружали купола стационарных орудий и вытянутые силуэты шрейдов — компания на загляденье.

— Их сканеры держат нас. — Михаил пригнулся, бок ощутимо кольнуло.

— Хетча им по самое! — крикнул Чет. — Пробьемся!

— Побереги силы, сестра.

— Я допою, — категорично объявила Лаони. Песнь перекрыла грохот.

Воздух вскипел; бластерные трассы превратили пространство в полигон смерти. Вдоль кабины рваными клочьями проносились синие всполохи энергий…

— Газу! — Четрн неистовствовал. — Газу, родной!

Удар перевернул истребитель. Запрокинув голову, Михаил увидел скользившую по камням тень машины. Новое попадание. Аэродеструктор закрутился волчком. Свет и тени мелькали в глазах Настройщика столь быстро, что он мгновенно потерял ориентацию.

— Рванем, — спокойно доложил Ор. — Сейчас.

— Зат-к-кнись! — Чета немилосердно трясло.

— Лети…

Врата Вечности приняли «крыло» в свои объятия.

Глава 12

Речку следовало окрестить каменной. Ее ложе устилали серые глыбы всех форм и размеров, кое-где обросшие мхом и тонкими пучками травы. Воды немного — отдельными журчащими ручьями она пробивалась среди валунов, местами образовывая маленькие неглубоки водоемы. Река выглядела пестрой, что придавало ей определенный шарм. Видимое как на ладони дно крохотных озер, расцвеченное световыми разводами от трепета водной поверхности, и легкое колыхание тонких стебельков водорослей…

Ветер легкими порывами скользил вдоль речного русла, рассекающего лесную чащу. На первый взгляд просека тянулась бесконечно — из одной туманной нити слитых воедино стен леса в другую. Возможно, опоясывала всю планету. И на противоположном конце мира желтел столь же пасторальный травянисто-песчаный берег. И высокие золотистые деревья, напоминавшие сосны, столь же тихо поскрипывали на ветру.

Промелькнула над лесным ущельем птица — черная тень на фоне слегка облачной синевы. Птичий крик заставил Михаила очнуться. Смахнув с лица крупинки песка, он осмотрелся.

— Привет, — улыбнулась Лаони, восседавшая на охапке сухой травы.

— И вновь продолжается… Говорил ведь, давайте рискнем. Щит перекрыл три четверти слоев, у Средоточия достало бы сил вернуться на круги своя. — Михаил сел, хмуро глянул на покрытые грязью ладони и выругался.

— Три четверти… — тихо сказала Лаони. — А еще четверть? Сколько это жизней?

— Да может нет их… этих спасительных Врат! Этой охренительной панацеи…

— Что с тобой, Мик?

— Мы идем… и идем, идем опять…

Лаони торопливо подошла к Настройщику, сжала его лицо в горячих ладонях и проникновенно заглянула в глаза:

— Я верю… Ты мне веришь?

— Тебе попробуй, не поверь…

— Я вне силы. Ты мне веришь?

— Да, — обреченно выдохнул Михаил. — Я просто устал, Лао…

Из-за деревьев выбрался Ор, являя образ страшный, но преисполненный спокойствия. Он молча кивнул родне и плюхнулся на камень.

— А где Чет? — вдруг спросила Лаони. Она распрямилась и… не могла сдержать смех.

Над поверхностью одного из протоков торчала голова Курьера. Вода стремительно огибала препятствие, щедро делясь брызгами… Четрн методично отплевывался.

— Посмейтесь еще… Тьфу. У меня нога застряла… Я так-то тону…

Михаил неторопливо приблизился к родственнику и, балансируя на скользких камнях, протянул руку:

— А в водоем упасть не мог?

— Я еще разберусь с тем, кто меня сюда посадил… Холодно, однако.

— Разведем костер и черт… — Лаони осеклась, покраснела. — И отобедаем.

Она воззрилась на Ора. Защитник кивнул: никаких проблем, дичь будет доставлена вовремя. Покладистый парень.

Прыгая горной антилопой, Михаил вернулся на берег, где его немедленно отправили на сбор хвороста. Он справился минут за пять и, пока Четрн колдовал над огнем, решил позаботиться о себе — отыскал тихую заводь, сокрытою валунами, разделся…

— Ой. — За камнями мелькнула белая мантия. — Я тоже хотела…

— Отбрось стеснение всяк сюда входящий. — Неподалеку нарисовался Чет. — Тут и смотреть не на что.

— А ты подойди, — предложил Михаил, отдаваясь течению. В спину уперлась холодная каменная грань. Лепота. — Присоединяйтесь.

Редкие мгновения покоя — особенно ценные на нескончаемом пути во спасение. Единственным, кто эмоционально выглядел после омовения точно так же, как и до оного, был Ор. С легким приступом зависти Михаил занялся вопросом об одежде. Тратить бэрги не хотелось, но и встречать неизвестный мир голым задом — не велика радость. Он скрупулёзно проанализировал запасы… За неимением брендовой, сойдет и рабоче-крестьянская.

Настройщик извлек из остатков куртки портрет Арды — обгорелый с одного края, перечеркнутый капельками крови. Память бросать нельзя. Он вернулся к костру и деловито принюхался к ароматам жаркого:

— Пахнет необычно.

— Я проверила, еда съедобна. — Чистая, как первый снег, Лаони подсела к огню. — Эй, братцы, поторопитесь, Мик объявил совет.

— Я?!

— Ну не я же.

— Совет так совет, — пожал плечами Чет. — По мне все и так ясно, Врата недалеко, за сутки дойдем. Навешаем горяченького Хоору, всех спасем… на сей раз, непременно. А теперь можем совещаться.

— Юморист хренов, — буркнул Михаил. Он насторожился: — Вам не кажется, что стало светлей?

— Еще как, — вскочила Мистерия.

Над рекой заклубился туман — обрисовал фигуру близкую к сфере и застыл. В белесой глубине вспыхнула золотистая искра, свет которой с каждой секундой становился все ярче и ярче…

Вспышка.

Когда Михаил вновь открыл глаза, над речными камнями висел небольшой металлический цилиндр. Сияние померкло, туман развеялся. Тихо журчала вода.

— Сюрприз… — Четрн, помахивая Тиг-Логом, осмотрел непонятный предмет. Перейдя на другой берег, нахмурился: — Тут надпись… э-э… «Свои», если я правильно помню эллтанг.