Чтение онлайн

— Английское воспитание настаивает на независимости и индивидуальности детей, в них очень рано развивается чувство ответственности, — считает Ноэми. — Оно также развивает уважение к различным культурам. Каждый крупный религиозный праздник — Рамадан, Иомкипур [230] , Рождество, китайский Новый год — отмечается всем классом. Иногда мне кажется, что это даже перебор, что-то вроде United Colours of Benetton [231] , но в конце концов лучше уж так, чем наоборот.

Тем не менее наша Mummy отнюдь не становится свободнее, когда ее ребенок достигает долгожданного четырехлетнего возраста.

— Они находятся в школе лишь с девяти утра до трех дня. Порой некоторые школы предлагают занятия до половины пятого, но при этом следует раскошелиться на 20 евро в день на ребенка. Это тяжело, — говорит Ноэми.

В богатых кварталах большинство детей имеют личных гувернеров, которые помогают им делать домашние задания до возвращения родителей. Это называется равенством шансов по-английски…

Поступление в начальную школу может обернуться кошмаром, поскольку родители не всегда получают школу, которую они выбрали в своем квартале. Так как хорошие государственные школы переполнены, им нередко приходится обращаться в частные католические или англиканские школы или же в так называемые public schools (очень частные школы), если у них есть средства. Либо придумать себе религиозную веру, которой у них нет. Некоторые семейные пары принимаются вести себя как практикующие христиане, чтобы их дети поступили в хорошую школу квартала, прикрепленную к церкви. И прощайте, поздние воскресные завтраки! Им приходится каждое воскресенье отправляться в церковь. Если их разоблачат, детей тут же исключат из школы.

«Если вы решили поселиться в Лондоне с маленькими детьми, прежде чем начать искать жилье, следует навести справки о качестве местных начальных школ и их принадлежности к той или иной религии», — советует Ноэми.

Итон — это семейная династия. Очень часто бывает так, что сын, отец, дед и прадед протирали там свои штаны, оттачивали таланты и ранили себе душу. Public schools (очень частные школы) — не только семейные, но и классовые учреждения. Это Итон, Хэрроу, Гордонстоун или Вестминстер. Они были основаны несколько веков назад. Великолепные здания за толстыми крепостными стенами, где принято носить форму. Список бывших учеников напоминает Who’s Who страны: Итон — это многие премьер-министры, оставившие след в британской истории, Уинстон Черчилль учился в Хэрроу и там же — Сесил Битон [233] , принц Чарльз — в Гордонстоуне, сэр Питер Устинов [234] — в Вестминстере…

В то время как жители континента предпочитают видеть, как растут их дети, на Британских островах считается высшим шиком отправить отпрысков на обучение куда-нибудь подальше от папы и мамы.

Public school прививает ценности, которых, пожалуй, больше нигде не найдешь. В этой школе преподают литературу, латинский и греческий языки, самые благородные дисциплины в Великобритании (здесь ценится эквивалент литературного бакалавра), регби и крикет. Школа закаляет характер, учит маленьких мальчиков становиться мужчинами, быть твердыми, не плакать. Будьте уверены, ледяные души, порка преподавателем латинского языка, любителя юношеских задниц, или же удары указкой по пальцам быстро превратят мальчика в мужчину, лишенного сердца. Майкл Мид, подданный Ее Величества и бывший ученик boarding school (другое название public school) подтверждает:

— Я вырос в атмосфере, где не было почти ни одной женщины. Телесные наказания сыпались как из рога изобилия. Это научило меня быть черствым. И ничего не понимать в женщинах. Например, долгое время я считал совершенно неуместным держать на публике за руку свою подругу.

Тони, его австралийская герлфренд, подтверждает:

— Английские public schools ужасно действуют на мальчиков. Майкл сильно изменился, но поначалу он был очень сдержан. Он почти никогда не показывал своих чувств.

Видимо, именно поэтому стереотип холодного, сдержанного англичанина, рожденный в подобных школах, будет существовать еще долго.

Но что же такого варварского происходит в этих пансионах? День учеников начинается в 6 часов 45 минут. Младшие будят старших студентов. И приступают к их обслуживанию: чистят им ботинки, наливают воду в ванну, готовят кофе. Если они не делают этого неукоснительно, старшие студенты, ответственные за дисциплину, имеют право наказать младших. Да, и еще. После того как вас побьют, вы должны пожать руку своему мучителю и сказать ему: «Большое спасибо». Питер, мой знакомый, провел все свое отрочество в public school и до сих пор с гордостью рассказывает, что никогда не плакал под ударами.

Дружба с членами королевской семьи, место в Оксфорде или Кембридже, надежда стать премьер-министром, убежденность, что ты — часть элиты. И кому какое дело до душевных порывов, сердечных ран, каких-то чувств?

Их называют trust schools. Это государственные школы, спонсируемые частными предприятиями или религиозными общинами. Благодаря закону об образовании, предложенному правительством Блэра и принятому голосованием весной 2006 года, Microsoft и англиканская церковь смогут финансировать школьные учреждения и заодно оказывать влияние на их учебную программу. Во Франции частные школы призывают заключать контракты с государством, тогда как в Великобритании в сфере образования царит полнейший либерализм! Возможно, совсем скоро откроется Академия бик-мака?

Наша Mummy иногда превращает деторождение в образ жизни, судьбу, а в некоторых случаях, можно даже сказать, в профессию, как до нее это делала ее мать, а теперь подружки. Эту мать-одиночку обычно называют Welfare Mum. Злопыхатели утверждают: она прекрасно понимает, что, не работая, сможет прожить на семейные пособия для матери-одиночки. Пресса Мёрдока («желтая пресса» с правым уклоном) часто атакует эту «позорную фигуру», ставшую настоящей национальной карикатурой, как в знаменитом телесериале «Маленькая Британия». Вот как ее описывает эта пресса: она молода, (в Welfare Mum, превращается Teenage Mum [236] ), ей около девятнадцати лет, у нее двое малолетних детей, отцы которых, тоже подростки, сбежали в день родов. По крайней мере, так она утверждает, иначе получила бы меньшее пособие. Уже почти страдая ожирением, эта плохо прокрашенная блондинка одевается в одежду ярко-розового цвета и носит на себе килограммы дешевой бижутерии. Она также из тех, кто за словом в карман не лезет и любит выкрикивать оскорбления прохожим. Ее постоянно сопливые дети плохо воспитаны. Она живет на child tax credit, income support и материнскую ссуду в 750 евро, учрежденную лейбористским правительством.

Daily Mail регулярно нападает на этих девушек, которые не хотят учиться в колледже, но «уже изучили все существующие социальные пособия». Эта массовая газета считает, что подобное извращение системы на самом деле поощряет несовершеннолетних к ранней беременности, расхваливая перед девушками данный стиль жизни, оплачиваемый налогоплательщиками, который они считают гламурным. «Материнские ссуды от правительства побуждают тинейджеров из неблагополучных кварталов беременеть в надежде на квартиру, которую они наивно надеются получить от социальных служб». Daily Mail считает, что правительство обязано провести кампанию, направленную на возврат к «традиционным ценностям, таким как скромность и достоинство», а главное, призвать подростков say по to sex [237] .

Dream on… [238]

Джоан Кэтлин Роулинг еще двенадцать лет назад была Welfare Mum, живущей на семейные пособия и проводящей целые дни в кафе Эдинбурга, греясь там вместе с дочерью. В этих самых кафе она дала жизнь самому рентабельному из своих детей, Гарри Поттеру… Остальное принадлежит истории. Представительница ассоциации Councilfor One Parent families (Помощь неполным семьям), Дж. К. Роулинг недавно приняла участие в кампании, запущенной группой благотворительных организаций в целях реформирования Социального фонда. Она также борется за то, чтобы семьям, испытывающим трудности, выплачивались государственные пособия, а не выдавались ссуды, которые они никогда не смогут выплатить.