Дело о красной чуме
Шрифт:
— Да. Номер двадцать семь. Близко к рынку кожи, — она была бледной, ее тон потерял долю свежести. Другой не заметил бы, но Клэр отмечал мелочи, отвлекаясь от всего, что было связано с доктором Вэнсом.
И он мог немного порадовать себя, да? Да. Он ведь уже хорошо знал мисс Бэннон.
Действительно знал. Насколько можно было знать женщину, связанную с нелогичной магией.
— И близко к Черному Варку, — он замолк, словно задумался. При мысли о той части Лондиния, где падал пепел, где все было не на месте, и билось в оковах существо, он чуть не поежился. Он взял себя в руки, думая о своих догадках, как все в Варке двигалось по градусам, подгоняя все там под определение «переменная». Это его сильно успокоило.
— Да, — меж ее темных бровей появилась морщинка. — Хотя днем Варк… не так опасен.
«В прошлый раз мы едва сбежали оттуда. И когда я смог все обдумать, я пришел к выводу, что вы рисковали больше всего», — но он сказал лишь:
— Ясно, — и сделал паузу, словно ему требовалось больше времени.
Он сидел, как обычно, справа от мисс Бэннон. Валентинелли рядом с ним яростно наполнял тарелку и ел. Слева от мисс Бэннон медленно ел Микал, ведя себя как кот, которому не требовалась еда, но нравился вкус. Темный и тихий Эли был с румянцем на щеках. Смущение между волшебницей и защитником от физической опасности? Младший Щит играл с едой, и Клэр отвел взгляд.
— Гений биологии. Хм. Что ж, он явно хотел быть незаметным. Тот квартал города подходит дл этого. И… дом почти не пострадал, говорите?
— Да, только было много разбитого стекла в кабинете. Перегонные кубы и флаконы были разбиты. Подставки и медные предметы, которые я даже зарисовала… — мисс Бэннон опустила вилку и нож с изяществом. Она сделала глоток из кубка с водой, хотя рядом стоял бокал шампанского. Его она предпочитала на десерт, а не вместе с едой. — И еще я сделала кабинет доступным для вас. Я полагаю, вы сможете пролить свет на это дело.
— Я не против, — улыбка, растянувшая его губы, уже была знакомой. — И вы знали, что я так отвечу.
Эли опустил нож и вилку. Он едва притронулся к мясу, это было на него непохоже. Он любил мясо, всегда ел большие порции, удивляя Клэра тем, что все еще не был круглым, как куропатка.
Конечно, тренировки с Микалом держали бы в форме любого. Клэр порой участвовал в этом, и Щиты обходились с ним так, что он обиделся бы, если бы не видел, как они сражаются в тренировке друг с другом.
Бой Щитов с серьезными намерениями… пугал.
— Интрига. Женская магия, — она подняла кубок с водой в его сторону, он удивился тому, что она отвечала ему улыбкой. Она была решительной, но выглядела так юно, что Клэр порой видел, какой девушкой она должна быть. — Мистер Финч покажет кабинет, когда вам будет удобно.
— Видимо, физикер непрост, — салат в континентальном стиле был с терпким привкусом, но это было даже приятно. — Раз вы хотите потратить на поиск больше одного дня.
Она приняла комплимент с почти королевским кивком.
— Не было никаких указаний, в каком направлении следовать за ним. Соседи ничего не добавили, их было мало. Друзей у него еще меньше, и поставщики в дом не оставили следов.
— Мало друзей?
«Сказала волшебница, у которой их нет. Кроме, пожалуй, меня», — странно, что она ценила его больше, чем своих товарищей-волшебников. У нее было много знакомых, чтобы было проще охотиться на врагов королевы. Но редкие знали ее за маской манер и вспышек характера, что она показывала намеренно.
Она коснулась бокала, но передумала.
— Говорили, его характер неприятно педантичный.
«Да».
— Так можно сказать и обо мне.
— Вы сложный. Не неприятный, — реплика была блеклой, но она смогла его успокоить.
Это беспокоило. Это не было ее обычной манерой.
— Польщен слышать это.
— Его личных вещей не было. Ни вещицы, чтобы выследить, и я не хочу, чтобы он узнал заранее, если его прячет кто-то из моего вида. Я хочу застать его врасплох, ведь Ее величество хочет его живым, — она замолчала, словно ждала его слов. Он молчал, и она добавила. — И невредимым.
Его брови чуть не подпрыгнули.
— Она сделала такие уточнения? Вам?
— Да.
— Очень интересно, — он медленно кивнул. — Корона требует информации от него, но чтобы ее получили не вы.
— Оскорбительно, но это предосторожность. Не мне спрашивать у Британии.
Она слышала ясную ноту гордости, звенящую в словах, или в наклоне головы, что выражал гордость ее службой? Наверное, нет?
— Исчезновение физикера было хорошо спланировано. Значит, у него есть что-то очень ценное, что может быть использовать против нашего правящего духа.
— Или Ее сосуда, — быстро напомнила она, хотя выражение лица стало вдруг задумчивым. — Это меня больше тревожит. Британия… выдержит.
— Всегда, — рефлекторно ответил он. Клэр думал еще пару секунд, смакуя процесс. Мисс Бэннон не давила, зная, что он расскажет, когда будет готов.
Он не успел. Эли отодвинул стул и встал, его щеки пылали, взгляд был стеклянным.
Вся столовая резко вдохнула. Или только мисс Бэннон, чьи серьги раскачивались, с них слетали бледные искры. Ее большая камея сияла, рот открылся, но вопрос или упрек не были озвучены.
Эли рухнул кучей на пол, забился в конвульсиях, его тело содрогалось под музыку, которую слышали только его истязаемые мышцы.
— Лихорадка, — чувствительные пальцы Клэра нашли быстрый и неровный пульс на запястье Эли. — Сердце колотится. Вот это ему не поможет.
Лакей унес нюхательные соли. Мисс Бэннон встала, скрестив руки перед животом, ее детское лицо было любопытным.
— Это не магия, — слабо сказала она. — Не могу найти источник… Арчибальд, что это?
Рука Микала была на ее плече, старший Щит смотрел вниз со странным выражением. Почти… пораженным. И была вспышка чего-то, схожего со страхом. Такая жуткая судьба ждала некоторых Щитов? Нет, тогда мисс Бэннон знала бы об этом и лечении.
Клэр оставил анализ на потом, он был занят происходящим перед ним.
— Пока не знаю, — он поднял веко, посмотрел на тонкий слой крови на белке. — Еще интереснее. Людовико! Неси мой чемодан с…
— Уже здесь, mentale, — неаполитанец присел с другой стороны от Эли, они с Микалом вынесли Щит в другую комнату, в ней курили мужчины в редкие вечеринки, что устраивала мисс Бэннон. В коридорах была тихая суета, слуги сновали туда-сюда, стены дрожали, словно ощущали тревогу бледной волшебницы с огромными глазами.