Чтение онлайн

— Заметил. Почему?

— Ты не отвёз Войбиго домой.

***

Нодан приехал в деревню Долины ветра к закату. Встретили его неприветливо, и он прекрасно знал почему. Один из воинов – Коггин[3] проводил его к вигваму Арэнка и ввёл, не проявляя должного гостеприимства. Вождь был мрачен и угрюмо кивнул несостоявшемуся зятю. Нодан сел напротив, Когин – по правую руку от Арэнка. Юноша попытался достать трубку, но вождь остановил его и стал молча рассматривать гостя. Они просидели так более получаса. Испустив тяжёлый вздох, Арэнк медленно взял трубку и, набив её травами и табаком, стал раскуривать.

Выпустив несколько колец, он передал трубку Нодану. Дым медленно поднимался к закопчённой прорези в потолке. Эти первые кольца были предназначены духам неба. Далее отдать почести следовало духам земли, воды и диких животных. Лишь после этого старый воналанчи поприветствовал гостя.

— Мы недовольны, что Нодан не привёз с охотниками тела детей Арэнка.

— Нодан был переполнен гнева, он не смог укротить свою ненависть.

— И что должна сделать Войбисен с твоим гневом? – во взгляде и голосе вождя появились привычное выражение – так же настороженно вёл себя и Кита. Но Арэнк был воином, он всегда выбирал путь томагавка, а не Красной Дороги.

— Мы похороним Войбисен под Белой горой, как и положено. Нодан будет чтить её память и скорбить много месяцев!

— Сегодня слишком много говорят те, у кого вообще нет права говорить, — вождь посмотрел на зятя с презрением и кивнул в сторону выхода.

Нодан быстро поднялся и вышел. Он сам прекрасно знал о своих недостатках: вспыльчивость и болтливость. Но когда о них говорил вождь чужого ему племени, Нодану было неприятно. Он уже решил направиться к своей лошади, когда его остановил Коггин.

— Войбиго была моей сестрой, Иси – любимым братом. — начал он с ходу, уводя Нодана дальше от жилища вождя.

— Нодан просит прощения и у тебя за своё непочтение…

— Ты говорил, что переполнен ненавистью. Достаточно ли в тебе ненависти сейчас? — спросил абенак и Нодан сразу кивнул.

Сын вождя вёл его всё дальше в лес и, вдали от любопытных взоров деревенских, их встретили ещё трое воинов волоначи.

— Коггин не оставит дела йенги безнаказанными, — сказал воин и Нодан почувствовал, как в предвкушении закипает его кровь. Кита никогда бы такого не позволил, но сейчас отец был далеко, и Нодан действовал по велению своего озлобленного духа.

— Мы отправимся в путь небольшой группой. Тихий, незаметный отряд, чтобы никто не смог нас выследить, и чтобы йенги не заметили нас, пока не стало слишком поздно. Войдём в Берлин и убьём сколько можем, — рассказал Коггин свой план.

— Кита торгует с Берлином, — заметил Нодан.

— Ты отказываешься? — спросил один из группы с вызовом.

— Нодан пойдёт с вами!

Коггин удовлетворённо кивнул.

— Нас поведёт луна.

Мужчины быстро нанесли боевую раскраску, подготовили своё оружие и уже очень скоро направились к городу белых, что лежал между деревней Долины ветра и под Белой горой.

Нодан чувствовал, как замирает его сердце в предвкушении мести, он поигрывал мышцами на предплечьях, вспоминая поучительные истории, что рассказывала ему мать. Истории абенаков, сражающихся на стороне французов и убивающих англичан. Тогда их племя было многочисленным, и их по-настоящему боялись. Теперь же на битву шло всего пятеро воинов – все, кто согласился отправиться на войну.

До города они добрались за пару часов, небо было ясным, звёзды и луна освещали им путь. Коггин постоянно повторял, что их ведут на войну сами духи. И Нодан так же чувствовал их присутствие, над ними несколько раз промелькнула большое тёмное пятно, и юноша был уверен, что это орёл, и что Грозовые птицы подбадривают его.

Город спал. Мирно, спокойно. На улице не было ни души. Коггин направил своих братьев по одному в разные точки города, чтобы поджечь несколько домов по правую сторону реки, Нодана же послал с левой стороны. Так, разделившись, они надеялись нанести максимальный урон и привлечь меньше внимания. Настоящая партизанская вылазка, и у Нодана от ажиотажа загорелись глаза.

Нодан выбрал один из дальних домов, за ним тянулась цепочка маленьких пристроек, и юноша надеялся разнести огонь дальше, как только пламя охватит первое строение. Юноша подготовил факел и стал поджигать здание, когда заметил пламя на другой стороне реки. Воины воналанчи уже действовали.

Нодан спешно объезжал дом, надеясь закончить с ним и перейти ко второму, когда в городе зазвучал колокол – жителей извещали о пожаре. Почти одновременно с первым ударом из дома выбежало трое: девочка лет семи и её родители. Нодан сразу натянул тетиву, его меткая стрела пробила сердце йенги, и он радостно испустил вопль победителя. Женщина кричала, склоняясь рядом с мужем, и Нодан выстрелил и в неё. Ребёнок, испугавшись, бросился бежать, но в разгоревшемся пламени было достаточно света. Нодан легко попал в цель, и девочка упала с пробитой головой.

Ударив коленями по бокам лошади, он направил её к следующим строениям. Из домов выходили люди, и ему нужно было поспешить. Коггин предполагал, что Нодан лишь зачнёт пожарище и присоединится к ним, но юноше хотелось убивать. Но украденные жизни не восполняли его потери. Завидев следующего белого, он выпустил стрелу на ходу. Сосредоточившись на луке, он выронил факел, но теперь огонь не имел значения, потому что из домов посыпали перепуганные люди, и Нодан, переполненный жаждой крови, бросался на них, посылая стрелы. Когда стрел не осталось, он вытащил короткий и очень острый нож для скальпов. Орудуя им, он убил ещё двоих, когда ему в спину стали палить.

Вновь издав боевой клич, Нодан развернулся, покидая город. Где-то из леса он услышал ответный клич, значит, Коггин с товарищами уже покинули город.

В душе Нодан чувствовал ликование, его нож был в крови врага, и он надеялся, что воналанчи позволят ему остаться и повторить подобную вылазку ещё несколько раз.

Настигнув других всадников, он заметил, что Коггин захватил двух пленников. Мужчину лет тридцати он привязал за руки и пояс к лошади и теперь тащил через лес, задавая слишком большой темп, чтобы человек не мог остаться на ногах. Второй пленник, точнее пленница, была перекинута через лошадь, и, подъехав поближе, Нодан разглядел в пленнице девушку лет пятнадцати, светловолосую и невысокую. Почти такая же, как и его.

Когда они вернулись в селение, мужчина был без сознания. Его тело было сильно избито, половину дороги его волокла лошадь.

***

Воинов встречали. Их воодушевлённые крики разбудили деревню, и индейцы вышли навстречу всадникам. Арэнк появился лишь для того, чтобы бросить на сына недовольный взгляд. Но вождь не стал прилюдно отчитывать воина. Сделанного не воротишь, а наказание за глупость следовало давать с холодным рассудком и выспавшись.

Опознав приезжих, большая часть деревни отправилось на покой, но около двадцати остались, и все они были настроено воинственно. Детей вождя почитали, и их жестокое убийство индейцы не могли принять, и потому пленные белые могли остудить их пламя мести.