Дикая. Я тебя сломаю
Шрифт:
Ровно до того момента, пока не замечаю движение за спиной. Поворачиваюсь… и вижу его. Ярослав стоит у двери зала. Волосы чуть растрёпаны, глаза мрачные, губы сжаты в тонкую линию.
Он выглядит каким-то нервным, что ли.
Как он меня нашёл?
— Оу… Ярослав, — произношу растерянно, чувствуя на себе взгляд тренера. — Ты не говорил, что придёшь…
— Решил сделать сюрприз, — отвечает он без улыбки.
Михаил Витальевич переводит взгляд с него на меня, но ничего не говорит.
Я поспешно хватаю спортивную сумку, накидываю худи.
— Ладно, я пойду, — бросаю тренеру. — Завтра в то же время?
— Да, обязательно, — отвечает Михаил Витальевич, делая вид, что ничего не понял. Но я знаю, что все он очень даже понял.
Мы с Ярославом выходим. На улице все еще пахнет дождём, а внутри всё сжимается, будто гроза надвигается.
Я молчу, и он — тоже.
Замечаю, что он какой-то другой. Напряжённый, хмурый, будто кипит под кожей.
— Что-то случилось? — наконец спрашиваю, стараясь говорить спокойно.
Он вдруг резко оборачивается.
— Да! — рычит. — Хочешь сказать, что этот мужик — просто твой тренер?
Секунда тишины.
Вот оно что…
Первый порыв — это обидеться. Второй — рассмеяться, потому что это звучит как абсурд.
И все же я выбираю второе.
На губах появляется лёгкий смешок.
— Господи, Ярослав… Ты… правда меня ревнуешь?
Глава 34
Ярослав
Возвращаюсь домой. Так странно… скучал ли я по этому месту? Хрен его знает.
Отпираю дверь ключом, захожу. В коридоре темно, пахнет пирожками и чем-то ещё — похоже, мать решила заморочиться ради моего приезда.
— Сынок! — слышу голос матери из кухни.
— Ага, это я.
Появляется и отец, в своей неизменной белой рубашке, вечно уставший и занятой.
— Ну что, вернулся, странник. Как там поездка? — спрашивает, а сам что-то строчит в телефоне.
— Нормально, — бросаю коротко, один хер он этот вопрос чисто для галочки задал.
Мать выглядывает из-за его плеча, улыбка натянутая, будто заставляет себя радоваться.
— Арина уехала, — следом выдает она, хер знает зачем. Мне так-то пох, где находится моя сестренка. Хотя… это в самом деле хорошая новость. Арины нет, а это значит, что мои нервы будут целее.
— Сказала, у неё какая-то важная фотосессия.
— Ага, — фыркаю. — Очередная.
Супер. Просто отлично. Сестрицы нет, и можно хотя бы на какое-то время выдохнуть. Эти её вшивые «фотосессии» больше похож на способ не сидеть дома и не мозолить всем глаза, толку никакого. Хотя нет, ошибаюсь, для меня польза очевидная.
— Слушай, может расскажешь, где был, что видел? — мать старается казаться заинтересованной.
Я пожимаю плечами.
— Да нечего рассказывать. Ничего интересно. Концерт сыграли, все довольны.
Никто и не настаивает. Им, по сути, тоже пофиг. Главное, чтобы я был где-то по близости и не устраивал проблем.
Прохожу в комнату, закрываю дверь. Падаю на кровать, чувствуя, как глухая тишина давит на уши. И вот вроде кайф — тишина, одиночество… но вдруг ловлю себя на мысли, что скучаю по ней…
Почему я скучаю?
Дина будто въелась куда-то под кожу. Стоит вспомнить, и сразу ощущение, что воздух становится плотным, как сироп.
Раньше я мог спокойно без кого-то обходиться неделями. А теперь что получается? Несколько часов без неё — и уже ломка.
Переворачиваюсь на спину, смотрю на потолок. И в голове сразу её смех, руки, глаза. Хочется написать, но понимаю, что не хочу этой банальщины. Хочу увидеть… дотронуться.
Пацанам я обещал вечер, но в жопу пацанов. Хочу к ней и всё.
Вспоминаю, как Дина говорила, что занимается в клубе недалеко от дома. Пять минут поиска в интернете, и нахожу его.
Окей. Пусть будет сюрприз.
Собираюсь быстро. Надеваю худи, куртку, кроссы. Выхожу на улицу почти бегом, будто боюсь передумать.
На улице уже темнеет. Воздух режет лёгкие, жадно глотаю его.
Путь короткий. Клуб находится в старом здании спортшколы, вывеска облупилась. Из окна — жёлтый свет, гул голосов, резкий удар по мешку. Поднимаюсь по ступенькам, двери скрипят.
И вот она… в зале, у ринга.
Дина. Стоит в перчатках, волосы собраны. На лице сосредоточенность, но в глазах огонь. Рядом с ней стоит здоровенный мужик, лет сорока с чем-то, в форме тренера.
Они смеются. Он берёт её за локоть, что-то показывает, она кивает, и у неё эта улыбка… мягкая, живая, та, из-за которой у меня внутри всегда всё переворачивается.
И вот в этот миг как будто что-то щёлкает в голове.
Что за хуйню я вижу?! Кулаки сами сжимаются. Плевать, кто он. Тренер, не тренер. Не трогай её, мужик!
Накатывает злость, такая густая и вязкая.
Дина смеётся, а у меня в горле будто ком.
Затем поворачивает голову и замечает меня. Улыбка тут же гаснет, потому что она, мать его, всё понимает. Быстро прощается с ним и подходит, смотрит исподлобья.
— Ты чего здесь? Даже не предупредил…
Выходим на улицу, чувствую, как внутри у меня все горит. Только бы не сорваться.
— Зашёл посмотреть, как ты, — голос звучит хрипло, будто даже не мой. — Ага, вижу, нормально.
— О чём ты?
Я не выдерживаю.
— Да, бля, ты прекрасно понимаешь! Стою тут, смотрю, как ты мило щебечешь с каким-то мужиком, а он тебе по локтю гладит! Очень профессионально, ага!
Она вскидывает брови, потом смеётся.
— Ты ревнуешь?
— Да, бля! Представь себе! Ревную! — слова сами лезут наружу. — Потому что никто не имеет права лапать то, что моё.
Дина глубоко вдыхает и замедляет шаг. Глаза такие спокойные, но внутри ураган.
— Ты ждёшь, что я оправдываться начну? Серьёзно?