Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Дневник безумного старика
Шрифт:

– Благодарю вас, что вы так долго заботились о детях.

– Зачем пришла? – решительно перебил я ее.

– Особой причины нет...

– Вот как? Дети выглядели прекрасно.

– Спасибо, благодаря вам они в этом году прекрасно отдохнули.

– Наверное, потому, что я их редко вижу, я бы их теперь и не узнал, так они выросли.

В этот момент вмешалась моя жена:

– Кстати, Кугако узнала что-то очень интересное и хочет тебе об этом рассказать.

– Что же это такое?

Опять явились сказать что-то неприятное.

– Ты помнишь господина Ютани?

– Это тот Ютани, который уехал в Бразилию?

– Да. А сына его ты знаешь? Когда Дзёкити женился, он с женой пришел к нам вместо отца.

– Разве все упомнишь? В чем же дело?

– Я тоже его не помню, но он связан по работе с Хокота, и в последнее время они сблизились. Иногда они встречаются.

– Ну и что же из этого?

– А в том, что господин Ютани был недалеко от Хокота и с женой зашел к ним. Его жена страшная болтушка, и Кугако думает: не нарочно ли она пришла, чтобы это сообщить?

– Что сообщить?

– Пусть дальше расскажет Кугако.

До тех пор они стояли передо мной, расположившимся в кресле, и тут тяжело плюхнулись на диван. Кугако старше Сацуко всего на четыре года, а выглядит как пожилая женщина. Она утверждает, что жена Ютани болтушка, но сама ей не уступает.

– Недавно, на следующий день после того, как мы приехали из Каруидзава, вечером 25 числа прошлого месяца, в Коракуэн был матч на звание чемпиона Азии по боксу в легчайшем весе. Вы это знаете?

– Откуда мне это знать?

– Значит, был матч. В тот вечер Сакамото Харуо, чемпион Японии в легчайшем весе, впервые завоевал это звание, нокаутировав таиландского чемпиона Сиринои Лукпракриса.

Кугако произнесла имя Сиринои Лукпракриса без малейшей запинки, в то время как я ни запомнить, ни произнести его без остановки не мог, – я бы обязательно укусил себе язык. Вот что значит поднатореть в болтовне!

– Господин Ютани с женой поехали туда немного пораньше, чтобы увидеть всю программу. Вначале справа от госпожи Ютани оставались свободными два места. Перед началом матча на звание чемпиона шикарная дама, держа в одной руке бежевую сумочку, а другой размахивая ключами от машины, вошла в зал и села на одно из них. Кто, вы думаете, это был?

Я молчал.

– Госпожа Ютани сказала: «Я видела госпожу Сацуко только в день свадьбы, с тех пор прошло семь-восемь лет. Ничего странного, что она меня не помнит и в такой толпе на меня не обратила внимания, но я-то ее не забыла: такую красавицу, увидев один раз, забыть невозможно. С тех пор она еще больше похорошела. Я подумала, что молчать неприлично, и уже хотела обратиться к ней: мол, не супруга ли вы молодого господина Уцуги? – но в это время появился какой-то мужчина, мне неизвестный, и сел рядом с госпожой Сацуко. Было видно, что они хорошо знакомы, так как они начали дружелюбно разговаривать». Я молчал.

– Это бы еще ничего. То есть, ничего хорошего в этом нет... Но пусть скажет мама.

– Что же тут хорошего? – вставила моя жена.

– Мама, скажите вы, я не решаюсь... Но что прежде всего бросилось в глаза госпожи Ютани, было кольцо с кошачьим глазом, который блистал на пальце Сацуко. Она говорит: «Госпожа Сацуко сидела справа от меня, я хорошо могла разглядеть камень у нее на левой руке». Она говорит, этот кошачий глаз – большой красивый камень, такой редко увидишь, в нем не меньше пятнадцати каратов. Мама говорит, что до сих пор не видела у Сацуко такого кольца, я тоже ничего не знаю. Когда она смогла купить такую драгоценность?

Я молчал.

– Я помню, как разразился скандал, когда премьер-министр Киси [64] купил где-то во французском Индокитае кошачий глаз. В газетах писали, что такой камень стоит два миллиона. Во французском Индокитае драгоценные камни дешевые, это там он стоит два миллиона, а если такой камень привезти в Японию, цена его повышается больше чем в два раза. Сколько же стоит камень Сацуко!

– Кто мог купить ей такую вещь? – вставила опять моя жена.

– Как бы там ни было, этот камень очень красив и необыкновенно блестит. Госпожа Ютани смотрела на него в совершенном изумлении.

64

Киси Синсукэ (1896-1989) – премьер-министр с 1956 по 1960 гг.

Наверное, Сацуко это заметила. Она достала из сумочки кружевные перчатки и надела их. Но она не только ничего не спрятала, а сквозь кружева камень наоборот засверкал еще больше. Перчатки были из французских кружев ручной работы, черного цвета. Через черные кружева блеск камня еще сильнее привлекает внимание, а может быть, Сацуко нарочно надела перчатки, чтобы камень больше выиграл. Я была удивлена, что госпожа Ютани могла все заметить вплоть до мелочей, а она ответила, что Сацуко сидела справа от нее, кольцо было на левой руке, она могла сколько угодно рассматривать камень. Она была так заворожена блеском кошачьего глаза сквозь черные кружева, что на сам матч и не смотрела.

……………………………………………….

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

13 сентября.

Продолжаю вчерашнее. Жена подступила с ножом к горлу:

– Сацуко не могла сама приобрести такую вещь.

Я молчал.

– Когда ты купил Сацуко этот камень?

– Разве не все равно?

– Нет, не все равно. Во-первых, откуда у тебя такие деньги? Ведь ты сказал Кугако, что много приходится тратиться и ты не можешь дать взаймы.

Я молчал.

– Это и есть эти траты?

– Да.

Жена и Кугако были настолько потрясены, что не могли вымолвить ни слова.

– Это значит, что для Сацуко у меня есть деньги, а для Кугако нет.

Я ошеломил их, но в тот же миг придумал удачное оправдание.

– Разве ты не была против, когда я хотел снести старый флигель и построить новое здание?

– Конечно, была против. А кто бы согласился пойти на такую непочтительность к памяти родителей?

– Мои родители радуются в могиле, какая у них почтительная невестка. А я таким образом сэкономил деньги, предназначаемые для постройки дома.

– Если и сэкономил, для чего было покупать Сацуко такую дорогую вещь?

– А что в этом плохого? Я выкинул деньги не на постороннего человека, я купил драгоценность для любимой невестки. Это доброе дело. Если бы мои покойные родители узнали об этом, они бы только похвалили меня.

– Но ты потратил не все деньги, отложенные на перестройку дома? Наверное, кое-что осталось?

– Конечно, осталось. На камень я потратил лишь часть из них.

– А что ты хочешь делать с остальными?

Поделиться с друзьями: