Чтение онлайн

— Кто это сделал? — руки сжались в кулаки. — Не молчи.

— Клиент один. Он из ваших, кажется. Дим, поговори с ним, он мне прохода не дает. И замашки у парня садистские. Ему нравится бить, — она прикрыла волосами синяк.

— А имя у него есть?

— Антон. Я же говорю, что из ваших.

Вот и приплыли. Постоянно молчаливый Антон оказался садистом, избивающим проституток?

— Я заплачу, — девушка открыла сумочку и полезла за деньгами.

— Угомонись. Тебе эти деньги нелегко достаются. Я поговорю с ним. А ты ответь. Что толкает красивых девушек на торговлю телом? Тебе по кайфу? Вот таких, как Антон, хоть жопой жри. Тебе не хочется семью, детей, свой дом?

— Хочется! — девушка громко вскрикнула. — Вот только единственный мужчина, который меня интересует, женат и ждет ребенка! Прикинь?

— Ты обо мне, что ли?

— Да, Дим. Я когда тебя увидела, сразу поняла, что вот такой мне нужен. Да, любая мечтает о таком, как ты. Но ты выбрал дочурку Самвела, и я тебя понимаю. Карьера — прежде всего!

— Ошибаешься. Я люблю ее с восемнадцати. Еще до армии. И ошибаешься дважды, если думаешь, что я тебе нужен. Просто ты еще не встретила того, кто полюбит.

— Кому я нужна, Дим? — девушка закурила. — Ладно. Пойду и ты беги. Пропустишь свадьбу приятеля. Удачи тебе, Дим. Если что, ты знаешь, где меня искать.

Блондинка резко развернулась и прошла вдоль сквера. Шамана и Насти там уже не было. Я поспешил в ЗАГС и наткнулся на одиноко стоящего Антона.

— Ну, привет, — руки чесались, но сейчас не время для разборок. — Скажи, какого хрена ты проституток колотишь?

— Ты про Аллу? — побледнел парень. — Дим, Богом клянусь, не помню. Я бухой был. Мне только потом рассказали, что я натворил.

— Поедешь в их контору и извинишься. Но это еще не все, Антон. Ты мне вот что скажи. Почему ты постоянно глазеешь на Ингу?

— Это не правда, Дим. Я к ней как к сестре отношусь, не более. Ты че, брат? Девушка друга — табу. Я никогда б себе не позволил лишнего. Я на тебя работаю, и это много значит.

— Очень надеюсь на это. Потому что работа у нас своеобразная. Ошибок не терпит. И помни. Я за тобой наблюдаю, — подмигнул ему и хлопнул ладонью по спине.

Не знаю почему, но доверять ему я не мог. Мутный тип. С этого дня я сам буду проверять каждого, кого присылает Большой. Мне нужна нормальная команда. Люди, кому я смогу доверять. А еще нужны те, кто будет исполнять роль шестерок. Когда нужно, выбьют деньги, а иногда просто за хлебом сгоняют. У Рустама было пару парней на примете. Совсем недавно был разговор на эту тему. Он даже назвал фамилии парней, но запомнил я лишь одну. Соколов.

Зима закончилась, но ремонт мы так и не начали делать. Самое удивительное, что Инга даже не ворчала. Вела себя как примерная жена.

Каждую неделю я сам возил ее в консультацию на сдачу анализов и всевозможные проверки.

К концу апреля ее живот был достаточно большим. Мой сын был активным чаще ночью, чем днем.

Несмотря на то, что возвращался я всегда за полночь, Инга не спала. Дома всегда было чисто прибрано, а на кухне ждал привычный поздний ужин.

Если забыть о том, что жене постоянно приходилось стирать мои вещи и чаще всего избавляться от пятен чужой крови на моих рубашках, то мы были обычной семьей.

В апреле я все же решился на поездку в деревню.

— Я поеду с тобой, — дула губы Инга. — Может, и помогу чем-то. Огород вскопать, например?

— Прикалываешься? — обнял ее, стоя на коленях.

Это был своеобразный ритуал. Я обнимал ее колени и целовал живот.

— Мы с ребятами сами справимся. Ты отдыхай. Сусанне позвони. Вдвоем все-таки веселее.

Рустам с супругой ожидали первенца. Но мой ребенок должен был появиться на свет в конце июля, а Рустам ожидал пополнение к началу октября.

Сусанка даже похорошела и отношения у них с мужем были практически идеальными. Любовью там даже и не пахло, но эти двое уважали друг друга.

Им купили дом на Западном, со двором и небольшим садом. Сусанна развила бурную деятельность в разведении цветов.

Однажды я остался у них допоздна, и я впервые поговорил с девушкой. По-настоящему. Откровенно и без лжи.

— Дим, — жена друга села рядом со мной на кухне и положила ладонь на разбитые костяшки моих пальцев. — Скажи, а ты счастлив?

До этого я сам неоднократно задавал себе тот же вопрос. Да и друзья постоянно дергали.

— Честно? Я не знаю, — хмыкнул, глядя в огромные, почти черные глаза девушки. — Иногда мне кажется, что счастлив. А потом понимаю, что все это спектакль. Причем дешевый такой. С маленьким бюджетом. И счастливого конца не предвидится. А ты? Сама-то счастлива?

— Как бы глупо не звучало, но да, — она погладила свой пока еще совсем незаметный живот. — Любви между мной и Рустамом нет. Точнее, я его люблю, а он меня уважает.

— И этого достаточно?

— Я думаю, да. Важно еще то, что я принимаю его таким, каким он есть. Со всеми заскоками. С работой вашей опасной. Мы понимаем друг друга. Я знаю, что у него есть другие. Не смотри на меня так, — девушка грустно рассмеялась. — Он частенько приходит то в царапинах, то пахнет от него хорошими женскими духами. И я понимаю его. Он хочет любить, но я не та, которую полюбит. И не жалей меня. Живу я хорошо. Как сыр в масле катаюсь. Стоит только о чем-то заикнуться, и у меня это есть. В нашем браке все так, как должно быть. Мы же не по большой любви поженились. Так решили семьи.

Я не понимал этого. Ну, хоть убей. Какое же это счастье? Но, глядя на девушку, видел, что она не лжет.

— Даже если у него появится постоянная женщина, а не однодневки, я все равно буду молчать, — продолжила говорить брюнетка. — Он хороший у меня и достоин любви. И ты достоин.

— Думаешь, Инга меня не любит? Но ты с ней дружишь.

— Дружу, потому что не с кем. Я знаю, что она любит тебя, но какой-то странной любовью. Инга любит деньги, Дима. Ее не волнует, как они тебе достаются. Ей плевать, что с тобой может произойти недоброе. Главное, чтобы в доме лежали пачки с деньгами. Чтобы не думать о том, что их будет недостаточно.

В кухню вошел Рустам, и Сусанна тут же вышла, оставив нас одних.

Вот чего не хватало моей жене. Покладистости и немного такта. Она, наоборот, старалась подслушать каждый наш разговор.

Памятник отцу был готов. Пашка стал часто проводить со мной время и был мне ближе, чем Андрюха с Рустамом. Не знаю, как так получилось. Мы разделились. Но все равно я знал, что стоит только позвонить, оба прибегут. Рустам был дипломатом. Драться он не умел, а уважение заслужил способностью улаживать дела разговорами.