Чтение онлайн

Я остановил машину на углу и протянул Яворскому деньги.

— Спасибо. Завтра куплю ей новые джинсы. Давно просит.

Попрощавшись с мужчиной, надавил на газ и выехал со двора. Тогда я даже не думал, что это был наш с ним последний разговор.

Вернулся домой. Тихо, как в раю. На полу в гостиной спит Андрюха. Леха и Рая сопят на диване. Сестра прижимает к груди подаренную мной куклу.

На кухне Рустам. Не уехал. Ждет.

— Ты чего не поехал к жене? Поздно уже.

— Хочу выслушать тебя, Поляков. Давно мы не говорили с тобой по душам, а надо бы. Верно? Что тебя мучает?

— Инга, — спокойно ответил, наливая в стакан остатки коньяка. — Я должен радоваться сегодня и я рад. Сын родился. Но она чужая. Представляешь? Смотрю на нее, а внутри пустота. Словно вообще не знакомы.

— Может, просто стресс? — Рустам плеснул в граненый стакан водки. — Мы дома почти не бываем. Сходки, разборки, потасовки, драки. Сусанка не в восторге, но помалкивает.

— Я не хочу приходить домой. Каждый раз, как обнять пытаюсь, от нее холодом веет. Прав был Яворский. Не моя она.

— Ты только не злись, но мы тебе с самого начала это говорили. Но ты ж как баран рогами в забор уперся. Хочу, и, значит, моей будет.

— Что делать?

— Тут, брат, советы лишние. Сам решишь или время покажет. Но чтобы ты не надумал, помни, что мы с пацанами на твоей стороне. Разве такие, как мы, не заслуживают счастья, Дим? Я не заслуживаю? Я живу с нелюбимой, и это жрет изнутри. На части рвет.

Я чувствовал то же самое. Вот только Рустаму навязали эту женитьбу, а я сам подписал себе приговор. И только сегодня, увидев маленький комочек, понял, что поторопился.

Через три дня, прихватив тещу, отправился забирать жену и сына домой.

Кроватка была собрана и застелена. Квартира в полном порядке.

Раечка и Леха остались дома. Дети еще. Телевизор и видеомагнитофон для сельских ребятишек был чем-то из разряда фантастики. Нет. Там, в деревне, телек был, но тут они могли смотреть мультфильмы и боевики, не выходя из дома.

Инга вышла в красивом платье цвета бирюзы. Волосы собраны в высокий хвост. Протянув мне голубой конверт, широко улыбнулась фотографу, который постоянно околачивался у входа. Прижавшись ко мне всем телом, провела рукой по спине.

Знакомая волна желания растеклась по воспаленным венам, и я снова поплыл. Не знаю, то ли отсутствие близости с ней сейчас сыграло со мной шутку, то ли я не перестал ее любить. Снова раздрай.

Это мешало работать. Я постоянно принимал поспешные решения. Действовал импульсивно, за что после отвечали все. Кроме того, что нас не любили конкурирующие группировки, прибавились менты.

Точнее один. Низкорослый толстый мужик с мерзкими усиками, который постоянно появлялся там, где мы, словно по волшебству.

— Димка, я соскучилась, — промурлыкала супруга. — Сегодня ты только мой.

— Боюсь, что это не совсем возможно, — я провел пальцами по нежной щеке. — Дома Раечка и Леха.

Инга отшатнулась, словно я только что ударил ее.

— А почему они до сих пор не уехали?

— В смысле? — прижимая к себе сына, прищурил глаза и внимательно посмотрел на жену. — Они тебе мешают?

— Нет, — Инга побледнела и попятилась. — Я не это хотела сказать.

— Но сказала, — теперь я злился. — Ты забыла, что это наша общая квартира? Я обещал им еще весной, что привезу. Если тебя что-то не устраивает, то я заберу их и съеду.

— Нет, ты чего. Мне они не мешают. Просто думала, что мы могли бы немного побыть вместе. Только и всего. Я хочу тебя, Поляков.

— Если тебе прям так не терпится, то я могу забрать ребят к себе на ночь, — в разговор вмешалась теща, которая вдруг воспылала ко мне какими-то материнскими чувствами. — Ты, Инга, скромнее будь. Иначе останешься одна с ребенком.

Передав Кирилла жене сел за руль.

Леха и Рая отправились к матери Инги, и мы остались одни. Уложив в кроватку сына, Инга развернулась ко мне спиной.

— Молнию не поможешь расстегнуть? — тонкие руки взлетели вверх, придерживая волосы.

В штанах тесно. Внизу живота пламя. Похоть и желание обладать ею. Не более. Но не так, как это было с Аллой. Хотелось нежности и стонов. Именно ее стонов. Брюнетки, что когда-то сводила с ума.

Рука скользнула по тонкой ткани. Осторожно потянул вниз молнию, покрывая поцелуями смуглые плечи. Не спеша опустил одну бретельку, затем другую. Платье упало на пол. Жена стояла в одних черных трусиках.

Понимал, что сейчас, скорее всего, не время для этого. Она только родила. Но механизм запущен, и уже не остановишь.

— Ведьма ты, Полякова, — тихо прошептал и резко развернул к себе лицом.

Одной рукой держал за талию, в то время как вторая уже нырнула под тонкое кружево трусиков.

Инга стащила с меня футболку и ловко справилась с ремнем и молнией на синих джинсах.

Больше терпеть сил не было. Поднял жену на руки. Она обхватила длинными ногами поясницу и откинула назад голову, подставив шею.

Впился губами в скулу. Спустился ниже, проводя по шее языком.

Жена тихо застонала, закатив карие глаза.

Уложил на кровать и придавил ее весом собственного тела, даже не думая о защите. Она охотно принимала ласки. Руки блуждали по моей спине, словно изучала заново. Медленно вошел, стараясь не причинить ей боли, и так же медленно двигался. Хотя хотелось, чтобы она кричала.

Ноги девушки снова обвили поясницу. Она схватилась руками за простыню, выгибаясь мне навстречу, и мелко задрожала. Еще пара толчков и теплая жидкость потекла по ее бедрам, пачкая постель.

И как только я закончил, из кроватки послышался дикий вопль нашего сына.

— Он голодный? Ты его грудью кормишь? — только сейчас вдруг подумал спросить.

— Нет, Дим. Это испорченная грудь и постоянные мучения. Мне с собой дали смесь. Бутылочка в сумке.

— Боишься фигуру испортить? Но мне ты нравишься любой.

— Тебе возможно. А вот другим… — Инга резко осеклась и широко распахнула глаза.

— Хм. Другим? Интересно.

Я вышел из комнаты и достал из сумки бутылку. Вернулся, вытащил сына и, присев на кровать, принялся кормить. Я знал, как это делать. Райку сам кормил иногда.