Чтение онлайн

– Я люблю, – сказала Клара.

– И еще на категории буду делить. Местонахождение? Обстановка? Легкость побега? – он примолк на секунду. – Чувство безысходности? Крики других узников? Изобретательность пыток?

Он сел, попытался наступить на больной палец и сморщился.

– Вот только в чем смысл? Тюремная камера – это лишь необходимый минимум. Наименьший достаточный для жизни объем пространства. Заточение в неволе и осознание того, что где-то там жизнь продолжается без тебя. Вы согласны, Управитель? – он посмотрел прямо на меня.

– Да, – ответил я. Внезапно в горле пересохло. Мы могли сейчас обсуждать и делать что угодно другое, но почему-то этот разговор казался очень важным. – Вы что, жалуетесь? Я старался, как мог. Был гуманным. В рамках Устава.

Это правда. Если, конечно, не считать некоторых исключений. Людей, которых я любил наказывать. За то, что они совершили.

– Знаете что? Мне это больше не интересно, – Доктор зевнул. – Оправдывайтесь сколько хотите. Надоело. Я здесь не за этим.

– Позвольте вам напомнить, Доктор: вы здесь, потому что совершили ужасные преступления.

– Неужели?

– Ой, хватит, – я хмыкнул. – Разумеется, мы же в тюрьме, виновных тут не держат.

– Это да, – Доктор хлопнул в ладоши. Хлопок вышел громким и резким. – Но что, если я и впрямь невиновен? Что, если меня подставили, сдали и посадили под замок?

– Не надо, – растерянно шепнула Клара.

– А почему нет? – Доктор расплылся в улыбке. – Я ведь прожженный разбойник. Ужасный преступник, судя по всему. Или же я невинен, будто херувим, и вам просто сказали, что я преступник, а вы и поверили.

Я не помню, как очутился в другом углу комнаты. Совершенно не помню, но все же внезапно я оказался там и начал кричать ему прямо в лицо. Все тренировки, все наставления о том, что истинные чувства показывать нельзя, – всё насмарку.

– Мне плевать, Доктор! Совершенно наплевать! Хотите и дальше обманывать себя, чтобы совесть не заела? Да пожалуйста! Но меня – не пытайтесь. Я знаю, что вы совершили. Знаю, почему они отправили вас сюда. И когда-нибудь вы за это поплатитесь, уж поверьте, я вам это обеспечу. Да, не бывает только хороших людей или только плохих. Здесь вы сделали много хорошего – но я знаю, что вы натворили в прошлом. Поэтому вам отсюда никогда не выйти. Я не позволю. Пусть тюрьма разваливается на части – вы все равно не уйдете. Пока все не рассыплется в прах. Вы останетесь здесь, и я останусь с вами!

– Почему? – спросил Доктор. – Что я такого сделал?

– Хватит! – рявкнул я.

Клара вклинилась между нами. Я увидел на ее лице сомнение, и все стало на свои места. Она тоже не верила в его невиновность. Клара, его лучший друг, его защитница. Но даже она сомневалась в нем.

Доктор отвернулся от нас обоих.

– Неважно! – рявкнул он. – Клара, ты принесла бумаги? – он махнул рукой. – Да, да, знаю, это противозаконно. Хватайте ее, она та еще преступница. Но это важно.

Клара вытащила из куртки файл с распечаткой новостной сводки ТрансНета.

– Нечасто вы тут новости узнаете? – мягко спросила она.

– Да, – сказал я. – Сеть плохая. Да и бессмысленно это, если подумать. Что мне склоки и горести людей, которых я никогда больше не увижу?

– Это вам все же стоит прочитать.

Я пролистал документы. При виде заголовков мое сердце дрогнуло. У правительства Родины были неприятности. Население относилось к новому президенту все хуже и хуже. Люди устраивали митинги, мятежи. Хорошо. Я попытался не злорадствовать, но это просто отлично.

– Какая разница? – я вздохнул. – Они найдут себе другого президента. Еще и похуже, – Доктор снова внимательно наблюдал за мной.

– Правда? Кого же?

– Кого-нибудь, кто однажды попытается прыгнуть выше головы, даст слабину и сделает неверный выбор. Совершит что-нибудь непростительное. Обычного человека.

Наступило молчание. Теперь и Клара смотрела на меня.

– Это, в общем-то, совершенно не важно, – сказал я.

И снова неловкое молчание.

– Вы уверены? – наконец подал голос Доктор.

– Думаю, мы все согласны, что хоть я и совершил много ошибок на должности начальника тюрьмы… – я вздохнул. – Президент Родины из меня вышел еще хуже.

Оказывается, подтасовать результаты выборов очень легко. Всего-то и пришлось, что убить мою жену.

– Мне очень жаль, – сказала Клара.

Но Доктору этого было мало.

– Неплохо сказано, но нет. Все явно было не так просто, верно?

Да, все было не так просто, но довольно легко.

Мое переизбрание должно было пройти без помех, но затем кое-кто из оппозиции… Нет, скорее так – «кое-кто, чьи цели совпадали с целями моих политических противников»… Так вот, кое-кто понял, что мое слабое место – отдаленные колонии. Что достаточно лишь повлиять на выборные предпочтения жителей одной-двух планет, чтобы меня переиграть.

Начали они с планеты Бирлинг и почти смертельной болезни с коротким и глупым названием – Лопо. Столетия назад она была неизлечимой, в последнее же время о ней вообще мало кто слышал. Дети Бирлинга, конечно же, были привиты от Лопо, но тут ни с того ни с сего стало не хватать вакцины. Пустяковые неполадки на производственном предприятии на Родине, только и всего. Затем – небольшие задержки на Таможне во время распространения вакцины по Системе.

К счастью, на помощь Бирлингу пришел частный сектор. Вот только оказалось, что их вакцина нередко бывает разбавлена или просрочена.

Из ниоткуда возник подозрительный тип, не получивший даже нормального медицинского образования, – профессор акупунктуры и астрологии (сами догадайтесь, кто это был). Он начал давать публичные интервью, заявляя, что вакцина вызывает задержку роста. Это не было ничем подтверждено, но по телевизору звучало убедительно. И вдруг все родители на Бирлинге начали показывать друг другу своих детей и приговаривать: «А она и впрямь маловата для своего возраста… наверное, не стоит прививать ее брата…» Это, конечно, была полная чушь, но пресса у нас свободная и справедливая, так что стоило врачу-специалисту из МедПола выступить на публике и все подробно объяснить, на горизонте появлялся профессор акупунктуры и прочей ерунды. Для равновесия. И люди думали: «Наверняка там что-то неладно, иначе бы по ТрансНету об этом не говорили».

МедПолу Родины потребовалось немало времени, чтобы осознать масштаб бедствия. Вакцины для детей Бирлинга не хватало. Родители не приводили своих детей на прививки и не брали те немногие ампулы, что прошли таможню. Вскоре начали поступать сведения о первых случаях заболевания Лопо. Моя жена была почетным председателем МедПола. Просто потому, что очаровательно выглядела с ребенком на руках. Своих детей у нас не было, но чужих младенцев Хелен держала так, будто это были маленькие бриллианты счастья.