Чтение онлайн

Продавец был счастлив, что выудил у городских очень приличные деньги. Добытчики провианта были счастливы вдвойне: во-первых, "улов" получился гораздо богаче, чем они ожидали, а во-вторых, дополнительной партией в этой сделке являлась _ целая фляга мёда! При том - вместе с тарой. И хотя покупка обошлась в кругленькую сумму, сами понимаете, это не имело никакого значения.

В этот день "сладкая парочка" (так их прозвали в семье после удачной сделки с мёдом) сделала ещё один удачный рейс и добыла, в сумме, около тонны провианта.

13. На хладокомбинате - жарко!

У главы семьи были намечены другие источники пропитания и, естественно, должны были возникнуть и другие проблемы. Стратегическим партнёром он запланировал сделать местный хладокомбинат. В огромных хранилищах-холодильниках там раньше ждали своей реализации тысячи тонн мороженой рыбы и мяса. Что было сейчас - это и предстояло выяснить. Хозяином этого славного предприятия являлся бывший милицейский чин - полковник в отставке Горин Юрий Петрович. Конечно же, по роду службы Михаилу Григорьевичу раньше приходилось частенько сталкиваться с высокопоставленным милиционером, и отношения между ними были совсем не плохие.

К КПП на въезде в Город ветеран подъезжал с настороженностью - кто знает, какие распоряжения могло ещё родить местное начальство. Но руководство поста пока осталось прежним - джип им уже примелькался, поэтому проблем не возникло.

Проблемы главного провиантмейстера ждали у стен хладокомбината - небольшие пикапы напрочь загородили все подъезды к уважаемому заведению.

– Грузовики-то - вне закона, - догадался Михаил Григорьевич, оставил свой автомобиль далеко в стороне, чтобы не заперли намертво вновь подъезжающие соискатели продовольствия, и направился в контору, которая стала в последние годы называться почему-то "офис".

В узком коридоре офиса штатский полковник едва протолкнулся к приёмной, войдя в которую решительно направился к двери шефа, не обращая внимания на нескольких торговцев и секретаршу. Метнувшейся наперерез командующей приёмной он небрежно показал тёмно-вишнёвые корочки с тиснёным гербом и, не снижая темпа, вошёл в кабинет. Секретарша, прильнув ухом к двери, по первым словам приветствия сразу поняла, что вмешательство службы безопасности не потребуется.

После дружеских объятий и взаимного похлопывания по плечу ветераны уселись за приставной столик, чем хозяин кабинета показал гостю признание равенства паритетов. После короткого обмена информацией о семьях, о здоровье (всё-таки несколько лет не виделись), перешли к делу.

– Ты что - тоже в торговлю подался?
– поинтересовался хозяин, - так я теперь собственным товаром не распоряжаюсь. Морозильные камеры без электроэнергии могут в любое время "поплыть", как только мороз чуть ослабнет, а мне без разнарядки властей запретили продукты отпускать. Тем, кто получил такую разнарядку, не могу продавать, потому что они друг другу все въезды-выезды перекрыли. Все стоят и матерятся, а дело - ни с места!

Тут бывший милиционер продемонстрировал такое знание народных выражений, что мы вынуждены их опустить.

Гость на несколько секунд задумался, потом, на ходу раскручивая пришедшую в голову мысль, обратился к бесправному хозяину:

– А если по воинскому требованию?

– Всё равно без визы городского начальства на проходной не пропустят.

– На входе жёсткий контроль или на выходе?
– отрабатывал очередную мысль Михаил Григорьевич.

– На входе - только мои люди, а на выходе - городские.

– Милиция?

– Милиция.

– Ну и что ж ты, Юра, не сможешь найти общего языка со своими подчинёнными и бывшими коллегами?

– Молодые стоят, с ними я не работал.

– Воинская часть не имеет свободных денег, поэтому расплатится с тобой тёплыми джинсовыми костюмами. Я - половину одеждой, половину - деньгами. Старшего милиционера пригласишь к себе, когда воинская машина подойдёт, скажешь, что надо помочь армии. А чтобы не вздумал докладывать начальству, пообещай пару костюмов.

– А как они проедут?
– хозяин безнадёжно махнул рукой в сторону огромной пробки.

– У армии же военная техника, - удивился недогадливости собеседника гость. Потом он удачно дозвонился до полковника Ганова, моля Бога, чтобы доблестный вояка ещё не успел сам сделать обмен. Начало разговора было многообещающим: полковник начал разговор с отборного армейского мата и пожелания штатскому коллеге самому сжевать оба тюка джинсов.

– Не обменял ещё?
– не смог скрыть радости обложенный матом собеседник.

– Ты ещё и радуешься!
– взревел взбешённый полковник.

– Я звоню тебе, чтобы помочь сделать то, что были обязаны сделать твои грёбаные подчинённые, а ты меня - матом?
– делано возмутился хотя и штатский, но всё-таки не менее гордый полковник.

Воинский полковник сперва опешил, потом, поняв, как озабочен его проблемами старый приятель, сконфузился, после чего безоговорочно принял весь план штатского коллеги.

В свете свежей информации, осталось согласовать с хозяином хладокомбината номенклатуру, объёмы и цены, что и было быстренько сделано.

Через час к колонне пикапов у комбината пристроилась небольшая воинская группировка в составе БТР, армейского грузовика УРАЛ и штабного УАЗа. Вышедшего из машины командира части приветствовали хозяин комбината и штатский полковник. Опустим трогательную сцену встречи трёх давних приятелей, за которой подозрительно наблюдали десятки потенциальных покупателей в гражданской части колонны. Надо сказать, что подозрения сторонних наблюдателей насчёт повышенной конкурентоспособности военных оправдались: уже через пять минут БТР взревел всей мощью своих двигателей и рванул по снежной целине справа от колонны, разметая метровые сугробы. Домчавшись до ворот, грозная машина круто развернулась и помчалась обратно, сглаживая свою же огромную колею. По проложенной дороге УРАЛ с тремя ведущими мостами пошёл довольно легко, а вот пикапам трасса оставалась непроходимой, в чём и заключалось всё изящество комбинации.

Не без трудностей с постом милиции, но при содействии владельца комбината, натиске военных и дипломатии Кузнецова задуманный план сработал. Николай при этом едва успевал готовить в джипе пакеты с джинсами для расчёта с заинтересованными лицами. Уже через полтора часа УРАЛ, загруженный четырьмя тоннами мороженых куриных око-рочков и таким же количеством горбуши, тяжело прополз по глубокой колее мимо колонны пикапов и взял курс на воинскую часть, где и была выгружена половина груза. Вывоз оставшегося в кузове продовольствия задержался по причине сбоя связи. Дело в том, что Михаил Григорьевич по-прежнему не собирался знакомить военных (да и кого бы то ни было других) с расположением своего убежища, во всём придерживаясь принципа: "Бережёного Бог бережёт". Нужно было предупредить оставшихся на базе, чтобы высылали на уже известную развилку дорог фуру для перегрузки товара прямо в поле. Но эта простая в мирное время задача пока была невыполнима - сотовая связь не работала. Хорошо, что зять на днях обмолвился: кончается горючее для электрогенераторов - скоро перейдём на работу только по чётным часам, а потом - только по графику - для органов власти и силовых структур. Теперь приходилось ждать этого чётного часа и молить бога, чтобы связисты не успели перейти на спецграфик.

14. Царский подарок полковника

А пока пришлось подзадержаться в кабинете хозяина. Полковник, конечно же, сразу полез в хранилище жутких военных секретов и вытащил из сейфа подаренную ему накануне бутылку коньяка. Теперь отказываться было уже решительно невозможно, да и не хотелось. Вскоре два полковника совершенно перестали сожалеть о вынужденной задержке. Военный рассказал о своих мытарствах по поводу обмена "тряпок" на продукты. Продовольствие заканчивалось не только в магазинах, но и на базах, на складах, так как подвоза со стороны не было и не предвиделось - явственно надвигалась угроза голода. Немудрено, что на предложение военных отвечали категорическим отказом. Теперь понятна была первоначальная реакция Ганова на звонок коллеги. И вдвойне была понятна его благодарность за изящный выход из, казалось бы, безвыходного положения.