Чтение онлайн

Седьмого ноября 1989 года, мы всей семьей собрались у телевизора и смотрели военный парад на красной площади. Все было как обычно и ничего не предвещало скорых перемен, разве что ближе к вечеру, того же дня, в вечерней программе «Время», вскользь упомянули о том, что в Кишиневе, экстремистами, был сорван парад местного военного гарнизона, посвященный очередной годовщине, Великой Октябрьской Социалистической Революции, при этом некоторые трудящиеся получили легкие ранения, но порядок восстановлен, а виновные предстанут, перед советским судом.

А два дня спустя, весь мир услышал о падении Берлинской стены, которое открыло свободный переход через границу между обеими Германиями, вначале в Берлине, а вскоре и по всей протяженности границ. Все шло к тому, что вскоре обе Германии, должны были объединиться в одну. На пару дней, после падения стены, у нас было некоторое затишье, затем в поле зрения появился тесть, и сказал, что нужно срочно решить некоторые вопросы. На этот раз, обошлось без рыбалки.

Сев в мой автомобиль, мы выехали из города, и тесть огорошил меня тем, что мне нужно срочно покинуть город. На вопрос, что произошло, он выложил мне, что те две смерти были не случайны, и что, чем быстрее я исчезну с горизонта, тем будет лучше для всех.

— А, как же Валентина. — На всякий случай поинтересовался я.

— Об этом можешь не беспокоиться, уж дочь-то я смогу защитить. Да и она занималась только продажей товаров, поэтому ничего не знает, о том, что привозилось кроме них. А вот с тобой все гораздо сложнее. Но есть хороший вариант, отправить тебя за границу.

— В Зальцведель?

— Не совсем туда. Точнее в итоге разумеется ты окажешься там, но вначале, чтобы прикрыть твою поездку нужно съездить в Дёмиц, это на границе с ФРГ, у берегов Эльбы. Отвезешь туда кое-какие документы, а после направишься в Зальцведель.

Дальше тесть изложил мне все, что он надумал. Его план звучал несколько фантастично, но тем не менее, при удачно сложившихся обстоятельствах, я выигрывал не только свою жизнь, но и мог сберечь свои накопления, о которых тесть даже не догадывался. Звучало все это следующим образом. Сейчас, я должен был отправиться в наш салон, где под предлогом, обмена советских рублей на немецкие марки, для закупки какого-то оборудования, должен был выгрести всю наличку из кассы. При этом вдрызг разругавшись со своей супругой, хотя и непонятно зачем. Последнее было сделать проще простого, хотя бы из-за того, что я уже пару раз практически ловил ее на месте прелюбодеяния, и изобразить ревность по этому поводу будет не так уж и сложно.

После ссоры, я должен был вернуться в свой дом, и из домашнего хранилища изъять имеющиеся там деньги, сколько бы их там не оказалось. После чего отправиться к главе финансовой службы Калининградского военного округа, с которым у нас была негласная договоренность на обмен денег. Брал он конечно за это гораздо больше чем обычный банк, но зато никогда не было проблем с обменом, практически любой суммы. Единственное, он всегда просил заранее, хотя бы за час уведомлять его о моем визите. При этом встреча с ним, чаще всего происходила за пределами части. Просто я заранее называл сумму, он в ответ называл итог, и если стороны были согласны с подобным обменом, назначал место встречи. Стороны, как правило были согласны, хотя бы потому, что альтернативы этому не было.

Государственный банк конечно тоже мог обменять определенные суммы, но, во-первых, их нужно было заказывать за сутки, а то и двое до предполагаемого обмена, и во-вторых, сведения об обмене, с точным указанием суммы, тотчас уходили в налоговые органы. То есть все это было чертовски невыгодным. Нужно было учитывая налоги, заранее откладывать необходимые средства, причем оплату требовали именно в валюте. Здесь же, никаких проблем не было, интендант как-то пропускал их по своему ведомству, снимая при этом свой процент, и все были довольны. Единственным неудобством было то, что при встрече, он мог озвучить тестю выданную мне сумму. Именно поэтому, я до сих пор опасался пускать в дело свои сбережения.

Сейчас же, мне было сказано прямо, что я должен собрать все возможные деньги, обменять их на марки ФРГ, а при недостатке валюты и на восточногерманские марки, затем сесть в свой автомобиль, и отправиться через Польшу, в сторону Берлина. Постоянный пропуск на пересечение Польско-Советской границы, по делам военного округа у меня имелся, правда его срок должен был закончиться уже завтра, но день у меня в запасе все же имелся. А на немецкой границе, в некоторых местах, стояли и наши воинские части, с которыми имелась договоренность о проходе. То, что о каждом подобном переходе вносится запись в журнал, а по истечению суток, все это переносится в общий реестр, значения не имело. По задумке тестя, я должен был добраться до польского городка Бранево, не доезжая до него постараться соорудить нечто похожее на аварию, или ограбление. Например, въехав в столб или дерево, после чего побрызгать в салоне кровью из ампулы, которую мне вручил тесть, сказав, что в ней моя группа. Затем забрав полученные деньги, и забыв, например, под сидением или в бардачке свои советские документы, добраться до железнодорожного вокзала, и воспользовавшись паспортом Карла Беккера, отправиться в Германию.

— О, полученном тобою наследстве не знает никто. Полковник Галушко, который видел тебя в Берлине, уверен будет молчать, как рыба об лед. В противном случае ему предъявят получение взятки, а это статья и срок. Поэтому по приезду в Германию, доберешься до Демица, передашь портфель с документами майору Табашникову, а затем спокойно езжай в Зальцведель, проходи натурализацию, устраивайся куда-нибудь на работу, и жди нашего приезда. Не обещаю, что это произойдет скоро, но думаю уже через годик, твоя супруга туда подтянется, а там и мы переберемся. Так что давай, сынок, не тяни.

В общем план был неплох. Конечно выглядел он очень примитивно, можно сказать по-детски, но как я понял тестя, именно такие примитивные планы, чаще всего и срабатывают. С первой частью плана, все решилось влет, ворвавшись в салон, я буквально снял со своей жены, бывшего сержанта Брылева, который числился грузчиком салона. При этом больше всего смущался именно сержант, на что я просто махнул рукой, сказав, что претензий к нему не имею.

— Во всем виновата, вот эта сучка! Не ты первый на ней лежишь, так что претензий у меня нет. А вот тебе надо бы провериться в кожвендиспансере. — Ромка Брылев, после моих слов слегка побледнел, и стремглав выскочил за дверь.

После чего, уже не обращая внимания, на ее визги, выгреб из сейфа всю наличность, которой оказалось шестьдесят две тысячи. Бросив ей, что все это делается по приказу ее отца. Но если она возражает, то может идти лесом. Потом отобрал у нее ключи от домашнего сейфа и отправился домой. И здесь меня ждал облом. Кроме нескольких сотенных бумажек, в сейфе ничего не обнаружилось, зато в самом углу, под какими-то бумагами, нашлось довольно дорогое на вид золотое колечко, усыпанное мелкими прозрачными камешками, с большим зеленым по центру композиции. Решив, что это тоже в какой-то степени заменит мне наличность, спустился в подвал. Здесь вскрыл дверь, вытащил из тайника чемодан со своими сбережениями, пересчитал их, и позвонил полковнику Терещенко, сообщив сумму, и услышав в ответ, место возможной встречи через час.

Немного подумав, решил забрать из тайника и всю имеющееся там оружие. Уж очень жаль было все это оставлять здесь. После чего сложив в автомобиль некоторые свои вещи, документы, прошелся по комнатам своего дома, мысленно прощаясь с ним, и понимая, что с этого момента, я если и вернусь когда-нибудь обратно, то этот дом к тому времени обретет для себя другого хозяина. После чего сел в машину, и отправился на встречу с интендантом.

Встреча с мужчиной ничего нового не привнесла. Я просто отдал ему пакет с деньгами, в ответ получил причитающиеся мне марки. На невинный вопрос зачем такая сумма, ответил, что имеется договоренность на покупку автомобилей из ФРГ, думаю довольно скоро будем снабжать союз «мерседесами».