Чтение онлайн

Если поеду на запад, что через каких-то четыре сотни километров, окажусь у немецкой границы. Если на юг, до Чехословакии не более семисот верст. Это не СССР, с ее огромными расстояниями. Ближе к рассвету, брошу машину где-нибудь в придорожной канаве, найду попутку, доеду до какого-нибудь городка и сяду на поезд. И никто меня не найдет. А для такого автомобиля как Москвич-412 это четыре, ну путь пять часов пути. Считай к утру, буду в шаге от перехода в Германию.

Сказано сделано. Страна непуганых идиотов — Польша, отозвалась опущенным стеклом со стороны водителя, и ключами в замке зажигания. Похоже здесь не знают о том, что автомобили иногда живут своей жизнью и любят раскатывать по дорогам, без присутствия хозяина. Сев за руль, и бросив на соседнее сидение свой рюкзачок с чемоданчиком, неожиданно для себя, обнаружил и документы на автомобиль, заложенные за солнцезащитным козырьком, и еще раз порадовался польской беспечности. Насколько я знаю, здесь при наличии документов на автомобиль, не требуют доверенности. Поэтому можно не опасаться проверок, со стороны местного ГАИ. Осторожно повернул ключик, двигатель тут же заверещал на низких оборотах. Судя по звукам двигателя, за машиной явно следили. Датчик топлива показывал больше половины бака, что тоже радовало. Сняв машину с ручного тормоза, плавно двинулся вперед, не включая фар и выезжая на дорогу. Повернув налево, и стараясь сильно не газовать проехал около пятисот метров, оставив деревню далеко позади, где судя по тишине, никто даже не заметил моего отъезда, после чего включил наружное освещение, и переключив передачу, прибавил скорости. В этих местах я не бывал, но выйдя за околицу деревни, увидел указатель со стрелкой, говорящий о том, что до Гданьска пятьдесят километров. Поэтому не стал искать других путей, а просто двинулся, следуя по указанному направлению.

Уже через полчаса езды по местным дорогам выехал на знакомую автостраду, а дальше, уже поехал по ней, пересекая Польшу с востока на запад. Ближе к рассвету, преодолев по ночным дорогам почти четыреста километров въехал в Щецин. В перчаточном ящичке автомобиля, обнаружились около пятидесяти злотых с какой-то мелочью, поэтому, оставив автомобиль на обочине, подхватил свои вещи и зашел в только что открывшееся кафе, чтобы попить горячего кофе и съесть пару дежурных бутербродов. И тут до меня донеслось радиосообщение о том, что пограничные пункты Лекниц, Кочино и Лабентин, закрыты для проезда в сторону Германии, а пункт Колбасково-Помеллен, работает с ограничениями.

В голове сразу же возникли тревожные мысли. А вдруг все это связано с моим побегом? На всякий случай, решил уточнить у бармена, что происходит.

— Не обращайте внимания, пан, — Ответил тот на вполне приемлемом немецком. Граница была рядом и многие знали этот язык, хотя я выступал как немец, обратившись к бармену на польско-немецкой смеси языков, и поэтому со мною говорили весьма уважительно. — Русские выводят из Восточной Германии свои войска, поэтому пограничные переходы, работают в одну сторону. А в районе Колбасково, автострада разделена на две отдельные дороги, поэтому там организован двухсторонний проезд транспорта. Правда из-за закрытия других дорог, очередь там растянулась километров на десять, и когда это все закончится никто не знает. К тому же обслуживают в первую очередь именно грузовики. Так что если есть желание оказаться в Германии, лучше воспользоваться железной дорогой.

Впрочем, железная дорога, как и автомагистраль, были мне противопоказаны. Светить документами ГДР, находясь в Польше, при этом не имея в паспорте отметки о пересечении границы, не стоило. Сразу же возникнут вопросы, как я сюда попал, и почему не проходил пограничный контроль. И если с немецкой стороной еще можно было бы как-то договориться, то с поляками это был дохлый номер. К тому же у меня в рюкзачке лежало целое состояние, из более чем ста двадцати тысяч марок, да и оружие в чемодане, тоже говорило о том, что не стоит даже пытаться это сделать. Так что для меня был только один путь, и все говорило за то, что мне придется форсировать Одер. Где-нибудь в стороне от мостов и поселков, но другого пути, я пока что не видел. И сделать это будет достаточно сложно. Ширина реки в нижнем течении порой достигает ста пятидесяти метров, и пересечь ее на лодке будет довольно сложно. К тому же в отличии от Польши, немецкие пограничники следят за границами более пристально, и попасть под раздачу будет довольно просто.

Глава 7

7

Вот уже полчаса сидя на травке, пялился в расстеленную на земле карту, прижатую по углам термосом, налитой кружкой с кофе, парой бутербродов, и никак не мог понять, что же я упускаю. Какая-то мысль, связанная с моим теперешним местоположением, и этой картой, витала в воздухе, но я никак не мог за нее зацепиться. Остро хотелось закурить, чтобы прояснить свои мозги, но увы сигарет в автомобиле не нашлось, а в баре, где я недавно останавливался на завтрак, я просто даже не подумал об этом.

Наконец, решительно поднявшись со своего места, сделал несколько шагов в сторону, и вышел на берег реки. Некоторое время просто стоял, вглядываясь в ее воды, затем сместил взгляд на пригород Щецина, потом вновь на реку, и наконец до меня дошло, что я уже нахожусь на левом берегу Одра, и переправляться через него мне нет никакого смысла. Похоже волнение последних суток, изрядно ударило по моей психике, и я искал проблемы там, где их по сути не было. Хотя, тут, наверное, сыграло свою роль и услышанное утром объявление, о закрытии пограничных переходов, и я автоматически начал подумывать о том, что придется искать переход выше по течению реки, а там граница с Германией идет именно по реке на следующие семьсот пятьдесят километров.

В итоге, все оказалось просто до невозможности. Проехал по окраине города, свернул на запад в сторону Доброва, а затем выехал на дорогу, идущую через лес, параллельно границы с Германией, и выбрав момент, когда остался на дороге один, резко крутанул руль съезжая с дороги, и углубился в лес. Этот лес, нужно было бы скорее обозвать парком. Никакого бурелома, сушняка, или мусора здесь не наблюдалось в принципе, даже иногда встречались кучи прелой листвы, упавшей с деревьев. Именно собранные в нескольких местах кучи, а не ровный ковер опавшей листвы, как это было хоть под тем же Калининградом. Хотя если сравнивать это место с тем, там бы я не проехал и десятка шагов, зато здесь, скорее заставил себя остановиться, потому что вполне свободно мог пересечь лес поперек.

Но в данном случае, этого делать было нельзя. Судя по карте до границы было, всего пять сотен метров. А рисоваться там на угнанном автомобиле, не стоило. Да и вообще, привлекать к себе внимание шумом мотора тоже, тем более, когда у тебя в рюкзаке, находится целое состояние. Остановив машину, подхватил рюкзак, вложил в него термос, проверил документы, затем накинул куртку, за спину рюкзак, и даже не став закрывать дверь в автомашину, отправился в сторону границы.

Что представляет собой, Польско-Немецкая граница? Здесь это обычная просека, вырубленная посреди леса, шириной около десяти метров. Ровно посередине просеки находится невысокий, примерно полутораметровый, заборчик из сетки рабица, укрепленный на легких металлических трубах, похожих на водопроводные. Местами проволока которая крепила сетку рабица к трубам прогнила, или просто была плохо закреплена, с сетка оборвавшись от крепления провисла волнами, а то и просто свернулась рулоном возле одной из стоек. По обеим сторонам этого заборчика проложена грунтовая дорога. Причем судя, по ее запущенности, со Польской стороны, ездят по ней довольно редко, предпочитая как и на советско-польской границе, скорее надеяться на пограничников сопредельного государства. С другой стороны заборчика, патрулирование происходило гораздо чаще, потому что явно прослеживаются две колеи от колес. Да и вообще, местами видны небольшие плакаты, говорящие о том, что на той стороне находится Германская Демократическая Республика, и проход здесь, без специального пропуска, запрещен. Причем было заметно, что краска на плакатах довольно свежая, то есть за этим следят. С польской же стороны, ничего подобного не имелось. А поросшая травой дорога, с еле угадываемым следом колес, говорила о вечной расхлябанности местной стражи.

Устроившись, возле одного из деревьев, около получаса, ждал, когда наконец хотя бы услышу звук мотора, патрульной машины, но так ничего и не дождался. После чего осторожно выглянул из леса, осмотрелся в обе стороны, и пригнувшись как можно ниже, скоренько пересек просеку воспользовавшись дырой в ограждении, и юркнул в противоположный лесок. Здесь, не останавливаясь прибавил скорости и некоторое время, бежал уходя, все дальше на запад, ориентируясь скорее по солнцу, которое светило почти мне в глаза, и немного слева.

Минут через сорок моего бега впереди показалось открытое пространство, и вскоре, я выскочил на опушку леса, за которым находились ухоженные вспаханные паля, а дальше виднелись дома, какой-то деревни. Внимательно осмотревшись, увидел отходящую от нее дорогу, ведущую на юг, которая похоже соприкасалась с лесом, в котором я сейчас находился. Поэтому, чуть углубившись обратно, чтобы не привлекать к себе внимания, отправился в сторону дороги, на которую и вышел достаточно скоро. Первый же проезжающий мимо меня грузовик, сразу же остановился, стоило мне только махнуть рукой, и уже через пятнадцать минут, угостив шофера кружечкой кофе из термоса, (здесь принято оплачивать подобные услуги, причем от денег, чаще всего откажутся, а вот поделиться с водителем кружечкой кофе, или чаще сигаретой, воспринимается вполне доброжелательно), и вскоре уже высадился в городке Лёкниц, неподалеку от железнодорожной станции.

Это была уже территория Германии, поэтому я без каких-либо проблем, приобрел билет на ближайший поезд до станции Пазевальк. Теоретически можно было взять и билеты до места, но прямого поезда не имелось, а то что предлагалось предусматривало несколько пересадок и вдобавок ко всему поезд шел через Берлин. В общем-то большой проблемы в этом не было, я и был-то в немецкой столице всего пару раз, и даже не опасался встретить хоть кого-то знакомого, но чем черт не шутит. Вдруг такая встреча все же произойдет, а это было очень нежелательно, поэтому решил, лучше выбрать более длинный маршрут, но зато более безопасный. Ехать пришлось довольно долго. Это на карте Восточный блок кажется небольшим, но на деле, тот же пригородный поезд, чаще всего заменяет местное сообщение. И если у союзе о некоторых автобусах говорят, что они кланяются, каждому столбу, тоже самое, можно сказать и о пригородных поездах. Хорошо хоть не выгоняют ночью из вагонов. В Пезеваль я прибыл уже к вечеру и коротать время до утра, пришлось в общем вагоне. Впрочем я находился здесь далеко не в одиночку, и поэтому опасаться, что меня ограбят не стоило. Вагон был заполнен работягами которые отправлялись в другой город к месту работы, и был чем-то похож на советские пригородные электрички, в которых частенько происходило тоже самое.