Чтение онлайн

Обряжать Василия, превращая его в прислугу женского пола, начали заранее. Грудь и живот парня закрыли овальным металлическим подносом, шею Васьки Колычев лично обмотал бинтом, пряча в нем плоские медные пластины. Василий жаловался на большое неудобство от такой защиты, но хозяину так было спокойнее — не хватало еще всерьез рисковать Васиной жизнью.

Дусино платье оказалось тесным и коротким для рослого парня. Когда платье стали натягивать поверх подноса, оно затрещало по всем швам. Колычев пообещал Дусе купить новое платье, муслиновое, в розочках, как у барышни, и безжалостно подпорол швы, особенно в талии, чтобы Васе было удобно двигаться. На спине платье не застегивалось, его кое-как стянули булавками.

Дусе велели бегом бежать на ярмарку, пока торговали платочные ряды, и принести большую шаль. Эта шаль с малиновыми розами и бахромой была тоже обещана Дусе после того, как Васька один раз в ней пройдется. Шаль удачно прикрыла и разошедшуюся застежку, и слегка выпирающий поднос, и подпоротые швы.

Подол Дуся удлинила оборкой от простыни, наскоро приметав ее к юбке. Длинная пышная оборка спрятала мужские башмаки.

На голову Васе повязали кокетливый платочек, второй платочек закрепили на шее поверх бинта. Василий и впрямь стал похож на рослую, нескладную деревенскую дуреху.

Дуся, глядя на него, никак не могла удержаться от смеха и все время хихикала. Колычев тоже посмеялся бы от души над переодетым Васькой, но его слишком тревожило предстоящее дело.

Задорожный, переволновавшийся днем, воображая наедине с самим собой весь ужас своего положения в случае провала, сейчас соблюдал абсолютное спокойствие и даже казался апатичным.

— Вася, ты все понял? — снова и снова спрашивал Колычев. — По улицам пойдешь не спеша, гуляючи, но при этом все время будь готов к нападению. Мы с господином приставом будем рядом и не дадим убийце причинить тебе вред, но он не должен застать тебя врасплох. Дойдешь до сада Новинских, внутрь можешь не заходить, он не станет убивать девушку на собственном крыльце. Если на пустыре возле сада никто тебя не тронет, то и дальше ничего не случится, дойдешь до калитки, повернешься и уйдешь восвояси. А мы будем следить, чтобы на тебя не напали со спины. И ничего не бойся, мы с Тарасом Григорьевичем вооружены.

Колычев еще раз проверил револьвер и сунул его в карман. Задорожный, одетый для маскировки в черную сатиновую косоворотку и картуз, встал, перекрестился и сказал:

— Ну, соколы, с богом! Стемнело.

В дверях он обернулся к Дусе:

— А вас, барышня, попрошу ожидать нас здесь, никуда не выходить, дверь никому не открывать, а главное — ни с кем ничего не обсуждать. Смотри у меня, девка, с полицией не шути!

И погрозил Дусе пальцем.

Василий, широко шагая и путаясь в юбке, шел по середине улицы, где дорогу освещала луна. За ним в тени, вдоль заборов крались две темные тени, старавшиеся не шуметь, не шуршать и почти не дышать.

Васька выглядел весьма комично, и его появление на людях в подобном виде вызвало бы в городе немалые пересуды. Но сейчас он шел без особых приключений. Поздних прохожих теперь на улицах не было, без крайней необходимости народ по городу не шатался, с наступлением темноты все демьяновцы забивались по домам, и полюбоваться на нелепую, замотанную в платочки и шали девицу было некому.

Правда, нельзя было исключить, что, пользуясь безлюдьем, психопат решится напасть на одинокую женщину где угодно. Ведь известно, что служанка пойдет от дома следователя Колычева к дому Новинских — значит, маршрут ее может пролегать только по определенным местам, где нетрудно устроить засаду. Если бы переодетый Вася столкнулся с убийцей, не дойдя до страшного пустыря, он мог от неожиданности растеряться и забыть все инструкции.

Опасным местом были задворки Народного сада, где недавно Бетси еле отбилась от демьяновской ведьмы. Следователь и полицейский пристав настороженно прислушивались к каждому постороннему шороху. Но Вася прошел мимо сада благополучно, а если кто и позволил себе пошуршать в кустах, то только уличные кошки…

Представление в цирке уже закончилось, но в цирковом «таборе» еще не все спали, там горели два костра. Василий обошел стоянку цирковых самой дальней стороной пустыря — не хватало еще привлечь внимание артистов, дежуривших по охране, да и вообще, попасться кому-то на глаза в бабском наряде было неприятно.

Колычев мысленно похвалил парня — он прошел подальше от людей и поближе к кустам, за которыми могли укрыться его «сопровождающие». Втроем незаметно пересечь пустырь рядом с цирком или на открытом участке даже в темноте было бы трудно.

Вася подошел к заборам царицынских садов. До калитки Новинских было рукой подать, но никто не делал попытки нападения на одинокую «девушку».

«Неужели я ошибся? — мелькнула у Колычева мысль. — Неужели все впустую?»

Дойдя до калитки, Вася остановился и потрогал ручку. Вроде бы дальше ему идти не велели. Но ведь так ничего и не случилось, что ж, уже возвращаться? Может, хоть в сад заглянуть?

Василий чувствовал себя разочарованным — все-таки ему обещали интересное приключение, нападение убийцы, поединок, возможность спасти всех женщин города от неминуемой смерти… А что получилось? Прогулка в бабских тряпках для смеху? Пожалуй, в сад все же надо зайти…

Он медленно потянул ручку калитки на себя… За открывшейся калиткой стояло существо в темном платке.

Дальнейшие события разворачивались слишком стремительно. Темная фигура выпрыгнула из-за калитки и метнулась к Васе, замахиваясь чем-то — вероятно, ножом.

Василий схватил нападавшего за руку и стал ее выкручивать — хватка у парня, с детства знакомого с крестьянским трудом, была железная. Колычев и Задорожный со всех ног бросились к ним. Парень уже отшвырнул от себя напавшего, но тот, вскочив и подобрав с земли нож, готовился к новому прыжку. Сбросив мешавшую ему шаль, Вася тоже стал на изготовку и снова перехватил занесенную для удара руку.

И тут из-за забора Новинских грохнули выстрелы. Этого никто не ожидал — всем казалось, что убийца будет один и при себе у него должен быть только нож. Следователь и пристав закричали одновременно.

— Вася! — Колычев больше всего испугался, что с парнем случится беда.

— Полиция! Не стрелять! Бросить оружие! Руки вверх! — Задорожный в любой ситуации оставался прежде всего полицейским приставом. Он выхватил свой револьвер и, продолжая кричать, метнулся в калитку, туда, откуда прогремели выстрелы.

Существо в темном платке оседало у ног Василия на землю. Он наконец догадался отпустить руку противника, и нелепая фигура распласталась на траве.

— Вася, ты цел? С тобой все в порядке? — Колычев слегка похлопал обомлевшего парня по спине. Похоже, Василия пули не зацепили. Дмитрий поднял глаза и опешил от неожиданности.

В проеме распахнутой калитки стоял с поднятыми руками Новинский. Рядом валялась охотничья винтовка. Задорожный держал его на мушке револьвера, приговаривая: