Чтение онлайн

Члены совета тоже понимали эту проблему. Жора хмурился сильнее обычного, Витас нервно постукивал пальцами по столу, Сюсюкин то и дело протирал очки.

С одной стороны — армия императора, с другой — монголы и ещё рядом джунгары. Поэтому…

— Я поеду! — заявил.

Мой голос прозвучал неожиданно громко в наступившей тишине. Все взгляды тут же обратились ко мне — удивлённые, обеспокоенные, недоумевающие. Я выпрямился в кресле. Решение созрело давно и было единственно верным.

Нам нужны союзники, торговые партнёры, дипломатические отношения. И лучший способ их получить — личный визит правителя. Монголы уважают силу и личную храбрость. Если я приеду сам, это будет воспринято как жест уважения и одновременно — демонстрация силы. Джунгары, хоть и враждебны монголам, могут стать нашими партнёрами при правильном подходе. А за их территориями лежат земли, где влияние империи слабее, где можно найти новые рынки и ресурсы.

Решение было рискованным, даже авантюрным, но риск — неизбежная часть большой игры.

— Павел Александрович!

— Муж!

— Господин!

Зазвучали голоса всех хором.

Реакция была мгновенной и оглушительной. Голоса слились в единый возмущённый поток, в котором трудно было различить отдельные слова. Лица присутствующих выражали всю гамму эмоций — от шока до ужаса, от недоверия до откровенного возмущения.

Жора вскочил со своего места, его обычно спокойное лицо исказилось от волнения. Он даже сделал шаг в мою сторону, словно собирался физически помешать мне покинуть комнату.

Витас остался сидеть, но его осанка стала ещё более прямой, если это вообще было возможно. Глаза военного сузились, он оценивал ситуацию с профессиональной точки зрения.

Жёны-перевёртыши обменялись быстрыми взглядами, полными тревоги, прежде чем обратиться ко мне. В глазах Елены блестели слёзы, а Вероника побледнела настолько, что, казалось, из её лица выкачали всю кровь. Их руки инстинктивно потянулись друг к другу, ища поддержки.

Медведь грохнул кулаком по столу с такой силой, что подпрыгнули чашки. Его лицо побагровело от гнева — не на меня, а на саму идею такого рискованного предприятия.

Сюсюкин просто застыл, и рука с пером замерла над бумагой, оставляя расплывающуюся кляксу.

Изольда и Лахтина, обычно соперничающие во всём, сейчас выглядели одинаково ошеломлёнными. Даже Клаус вышел из своей привычной расслабленной позы и выпрямился, глядя на меня с недоверием.

— По-другому никак, — пожал я плечами. — Попробую заключить мир. Предложу, что-нибудь, разведаю обстановку.

Мои слова не убедили никого, я видел по их лицам. Но это и не было моей целью. Я не просил одобрения, а просто информировал о принятом решении.

— Мы отправим с вами армию! — заявил Витас.

Военный стратег внутри Лейпниша не мог допустить, чтобы его командир отправился в опасное путешествие без надлежащей защиты. В глазах Витаса читалась абсолютная уверенность в своей правоте. Кажется, он уже мысленно формировал отряд, отбирал лучших бойцов, планировал маршрут и стратегию.

— Не, — помотал головой.

Я отклонил предложение, объясняя свою позицию. Армия привлечёт внимание, вызовет подозрения, замедлит движение. К тому же большой отряд требует соответствующего снабжения — еда, вода, фураж для лошадей. Всё это создаст дополнительные проблемы, не говоря уже о дипломатическом аспекте. Появление вооружённого отряда на чужой территории может быть расценено как акт агрессии.

Лицо Витаса выражало несогласие, но он не стал спорить открыто. Вместо этого он обменялся быстрыми взглядами с Жорой, словно призывая его поддержать. Жора едва заметно кивнул. Они явно собирались продолжить эту дискуссию позже, когда эмоции улягутся.

— Ну, тогда!.. Тогда!.. — начал Медведь. — Мы отправимся!

Фёдор встал во весь свой внушительный рост, его массивная фигура возвышалась над столом, как живая гора. Голос прогремел, словно раскат грома, отразившись от стен комнаты. В его тоне не было вопроса — только утверждение, почти приказ. Он отправится со мной, и точка. Этот человек скорее умрёт, чем позволит мне отправиться в опасное путешествие одному.

— А кто делами заниматься будет? — спросил я.

Мой вопрос был простым, но бил в самую суть проблемы. Каждый из присутствующих здесь был необходим на своём месте. Жора и Витас организовывали оборону и управление, Сюсюкин занимался документацией и законами, Медведь отвечал за строительство, Смирновы — за науку и медицину. Если кто-то из них уедет со мной, система начнёт давать сбои. Даже девушки и Тарим. Они все нужны тут.

Я обвёл взглядом собравшихся, отмечая реакцию каждого на вопрос. Жора нахмурился ещё сильнее, осознавая справедливость моих слов. Витас едва заметно кивнул: стратег в нём понимал. Сюсюкин растерянно моргал, явно пытаясь найти решение проблемы, которого не существовало. Медведь открыл рот, собираясь возразить, но тут же закрыл, не найдя аргументов. Его плечи слегка опустились.

Почти все хлопали губами, чтобы что-то ответить. Но я уже крутил эту мысль. Тут ещё и Магинск у нас появился. Работы — непочатый край.

Пока мои советники пытались найти аргументы, чтобы я не ехал один, подошёл к Изольде. Она слегка склонила голову, выражая внимание. Её стройная фигура напряглась, как у хищника, почуявшего добычу. Даже в человеческой форме сохраняла грацию и настороженность своей звериной сущности. Тонкие ноздри едва заметно трепетали, словно Изольда пыталась уловить запах моих намерений.

— Слушай, а ты же от Лахтины бежала тогда? Или, точнее, не так, она за тобой гналась, — начал. — Откуда?

Я говорил тихо, так, чтобы только Изольда могла слышать мои слова.

— От джунгар, — ответила женщина.

— А они рядом с монголами же? — уточнил я.

— Да.

— Ты там была?

— Пару десятков раз, — хмыкнула дамочка. — Я же деток собирала не только с империи.

Кивнул своим мыслям. Кого я возьму с собой из монстров — решил.

— Павел! — очень мягко взяла меня за руку. — Мои девочки… Они… Мы говорили. Они уже еле держатся.

— Понял, — кивнул.

Прощание заняло больше времени, чем я планировал. Каждый хотел сказать что-то важное, дать совет, выразить беспокойство или просто пожелать удачи.

Жора настоял на детальном обсуждении всех текущих дел, которые требовали моего внимания. Список получился длинным, и мы потратили добрых полчаса, расставляя приоритеты и решая, что можно отложить, а что требует немедленного вмешательства.

Витас, всё ещё не смирившийся с моим решением идти в одиночку, пытался хотя бы обеспечить меня всем необходимым для защиты. Договорились, что я загляну к нему перед отъездом.

Сюсюкин суетился с документами. Он подготовил несколько видов верительных грамот, подтверждающих мой статус. Неизвестно, насколько такие документы будут полезны на территориях монголов и джунгар, но сам факт их наличия придавал моей миссии официальный характер. Его очки запотели от волнения, когда адвокат объяснял, какую печать и когда использовать.

Елена и Вероника не отходили от меня ни на шаг, словно пытаясь насытиться моим присутствием на время разлуки. Их глаза были красными от слёз, но они держались достойно, не позволяя эмоциям взять верх.