Двуглавый Змей
Шрифт:
«Такими темпами, мы доберёмся до дома только к полуночи, — безнадёжно думала Тиа, устало перебирая ноги. — Да, прямо к полуночи.»
Эльфийка резко остановилась. Фараэль, заметивший это, обернулся, растерянно проговорив:
— Что с тобой, Тиа? Ты что–то увидела?
Эльфийка не ответила, смотря в одну точку и вслушиваясь, пока её напарник удивлённо мотал головой, пытаясь найти причину такого поведения лучницы. Безнадёжно.
Тиа сорвалась с места, быстро преодолев с добрый десяток метров, побежав в сторону одного из оврагов, находившихся за елями. Под возгласы Фараэля прыгнула вниз, скатившись по почве. Затормозила, больно стирая кожу пяток.
В одном из оврагов лежал человек. Весь в крови и грязи, он тяжело дышал, держась за солнечное сплетение. Тиа тут же выхватила лук, положив стрелу с серыми перьями на тетиву. Напружинилась, прыжком долетев до неизвестного, оказавшись прямо перед ним. «Мелкая. Значит девушка. Нет, даже для человеческой женщины слишком мелкая, в ней росту едва ли три с половиной локтя. Человек ли? Может, половинчик? Нет, для них она слишком высокая, а для дварфа слишком стройная,» — внимательнее разглядывая незнакомку, делала выводы лучница.
— Тиа!? — Раздался голос эльфа. — Ты где?
— Спускайся! — крикнула лучница, убирая стрелу. — Тут…тут раненный…
— И что нам с ней делать? — закончив последний осмотр и вытерев пальцы о траву, спросил Фараэль.
Охотница не ответила.
— Умыть её мы кое–как смогли, и рану её я тоже обработал. Корневица солнечного мака и ширилан, которое тебе повезло найти, остановит кровотечение, так что она могла бы быть в порядке… Другое дело…
— Что?
— Другое дело, — повторил эльф, — что с такими ранами не живут. По крайней мере, эльфы, а она, несомненно, эльф. У неё наверняка останется широкий, горизонтальный шрам на солнечном сплетении. Я даже не представляю, чем такую рану можно было бы нанести. Её сердце должно было быть задето в любом случае. Но вот только с ним вроде всё в порядке, а такая ужасающая рана уже почти затянулась.
— Но?
— Но кровь, она не успела даже толком запечься. Это невозможно. Хотя, честно говоря, она вся… — эльф мотнул головой. — Она вся какая–то невозможная. Я, разумеется, слышал, что эльфы, живущие вне леса, бледные, но, чтобы настолько? Даже волосы. Она и не дышит почти, сама посмотри.
— Не собираюсь я на неё смотреть, — недовольно проговорила лучница, нервно поглядывая в сторону солнца. — Мы и так потеряли кучу времени. Лучше подхватывай её и потащили к нам.
— К нам? — удивлённо спросил эльф, опешив и сверив неизвестную эльфийку взглядом.
Невысокая даже для эльфа, с худощавым лицом, бледная, как мрамор, она лежала на подстилке из травы и мха, почти не двигаясь. Её такая же бледная грудь, перевязанная льном, что прихватил Фараэль, еле вздымалась вместе с редкими вдохами. Порой, она прекращала дышать на долгую минуту, и именно в эти минуты она казалась натурально мёртвой. Фараэль несколько раз поднимал её веки, чтобы проверить реакцию зрачков на свет. Большие, завораживающие глаза, цвета ярчайшего в мире изумруда реагировали мгновенно. Жара не было.
— А ты собирался её бросить? Конечно к нам. Возможно, это тот самый знак, о котором ты просил. Знак о времени грядущих перемен. Так что давай быстрее вернёмся домой. Всё лучше, чем стоять тут, разве не так?
— Хорошо, — после недолгого молчания, согласился эльф.
Аккуратно подхватив бледнокожую эльфийку, Фараэль отпихнул ногой остатки верхней одежды незнакомки, больше напоминающей грязные лоскуты ткани. «Что же с ней случилось?» — промелькнуло в голове эльфа в этот момент. Он посмотрел перед собой, на ожидавшую его Тию.
— Пошли.
Кусты биризревка зашуршали, открывая путь к лагерю, стоящему под двумя дубами. Множество светлячков витало в округе, из–за чего голубой свет мягко стелился на траву, украшенную цветами цвета лазури и серебра. Несколько знакомых Фараэлю эльфов с именами Тирлариил и Кельральил тащили несколько свёртков внушительного размера. Из–за одного выглядывало древко копья, украшенного резьбой в виде волны. Лицо Фараэля чуть напряглось.
— Привет, Фэр. — Поздоровался Тирлариил, а после, заметив выражение лица и взгляд эльфа, пояснил, мотнув головой в сторону свёртков: — Чужаки. Сегодня забрались в самую чащу. Мы дали пару знаков, но они даже не думали о том, чтобы уходить. Подождите, а это кто? Кто–то из наших ранен? Фэр, ты тут?
Фараэль поначалу молчал, продолжая сверлить взглядом свёртки ткани. Наконец, поднял глаза. Сказал:
— Прости. Привет, Тилар. Нет, это… Мы нашли её по пути. Кажется, она из эльфов, живущих во владениях людей.
— Тогда она наверняка чужачка, — холодно проговорил эльф со свёртком. — Скорее всего, отстала от своей банды. Вам нужно было оставить её помирать в том же месте, где и нашли. Ты же знаешь правила, Фэр. Или дай угадаю, тебя Тиа надоумила?
Тиа, на удивление эльфа, вместо того, чтобы начать сыпать угрозами, лишь испуганно повернулась в сторону Фараэля.
— Нет, это была моя идея, Тилар, — не колеблясь, соврал он. — А если ты готов оставить умирать своего же собрата по виду, то, возможно, роль тупого рубаки подходит тебе лучше всего.
— Не зазнавайся, магик. — Эльф начинал вскипать, сильнее сжимая свёрток. — Не то…
— Не то, что? — посмотрел ему в глаза Фараэль, и, не дождавшись ответа, сказал: — А в прочем, нам нужно идти. К старосте. Увидимся завтра, Тирлариил. Спокойной ночи.
Фараэль развернулся, взял Тию под руку, заставив её охнуть от неожиданности, и повёл в сторону одного из шатров. Эльфийка, быстро перебирая ногами, не поспевала за высоким Фараэлем, безнадёжно пытаясь что–то сказать. Но резко замолкла, увидев крепко стиснутые зубы напарника. Молча пошла рядом.
Шатёр старосты не сильно отличался от других шатров в поселении, но его всегда можно было легко найти, ведь стоял он в самом центре, окружённый мисарисами — низенькими цветочками цвета перламутра, сияющими малахитом при лунном свете.
Фараэль скинул своё копьё на землю. Так же поступила и Тиа со своим луком. Выдохнув, эльф подошёл к самому входу. Выдохнул ещё раз. Прежде чем успел сказать первые слова, раздался звонкий голос старосты:
— Входи.
Он вошёл, держа на руках бледнокожую эльфийку.
— Ринн была необычной с того самого момента, как её нашли. Бледную и тускловолосую, её обнаружили Тиа и Фараэль во время охоты. Они принесли её без сознания ко мне, уговорив меня помочь. Разумеется, первым делом я проверила, нет ли на ней чар. Как оказалось, не было.
Ламлись сидел, не отрывая взгляда от Шантил и казалось, не дыша. Всё, что он делал сейчас, это внимательно слушал, ловя каждое витающее в этом тёплом шатре слово, сказанное её звонким голосом. Слушал и запоминал.