Чтение онлайн

Вопреки опасениям Игната, ожидавшего увидеть рафинированного интеллигента, рукопожатие эфаналитика оказалось крепким.

– Присядем? – показал Грин-Калаев на два кресла в углу небольшой комнаты. – Какие напитки предпочитаете?

– Летом – квас и морс, – улыбнулся Игнат; манера парня держаться – просто, спокойно и несуетливо – ему импонировала. – Зимой – смотря где нахожусь, либо тот же морс, клюквенный и жожоба, или кофе с вериандром и лимоном.

– У нас одинаковые вкусы, – показал свою улыбку-невидимку Антон; это была скорее тень улыбки.

Сели, юркий киб-домовой принёс поднос, ловко расставил чашки и графины, один с зелёным напитком, второй с оранжевым.

Игнат налил зелёного, глотнул.

– Вкус специфический: лимон, кориандр, перец, мята, малина.

– Что вас привело ко мне? – мягко напомнил Антон о своей занятости.

Игнат извинился, отставил стакан.

– Ульрих пленил мою… будущую жену.

– Я в курсе.

– Вы нашли фрегат в Сатурне.

– Я кое-что… э-э, вижу.

– Тогда нам по пути. Я тоже вижу и при этом не могу вызвать Лилию через ментал. Хотя всегда делал это в любое время и при любых обстоятельствах.

– Фрегат «Мао» имеет хорошую систему «инкогнито», она вполне способна экранировать внутренние пси-излучения.

– Твоё мнение, – Игнат не заметил, как перешёл на «ты», – где они могут быть?

– Хорст имеет какой-то интерес в Солнечной системе, а может, и на Земле, иначе давно убрался бы отсюда подальше. На кладбище моллюскоров он оказался случайно, его просто загнали туда безопасники. Точнее, загнали в Сатурне, а он прыгнул в чашу портала «червивого» метро.

– В ганглий.

– Почему в ганглий?

– Селим фон Хорст назвал подобный портал на кладбище ганглием. Мне сказали, что цель в атмосфере Сатурна указал ты?

Антон снова наметил улыбку.

– Так получилось.

Игнат с любопытством глянул на лицо эфаналитика, полное удивительного покоя. Чем-то Грин-Калаев был похож на Лилию, хотя улыбки у них были разные: Лилия преображалась, излучая море света, Антон как бы подчёркивал, что он всё понимает.

– Отец говорил, что ты тоже увлёкся теорией эволюционных рядов и пользуешься той же терминологией.

– Какой той же?

– Ангелоиды, УММ, «ум за разумом», «доразум». Лилия часто приводила примеры.

– Этой терминологией пользуются все ксенологи.

– Тогда ты меня поймёшь быстрее. На мой взгляд, Ульрих действительно подготовил какой-то сюрприз, а поскольку он выкрал не только фрегат «Мао», но и хроноинвертор, его замысел связан с инверсией времени. Он хочет…

– Нырнуть в будущее.

– Или в прошлое.

– Допускаю.

– У меня идея: пока этого не произошло, надо найти соратников. В недавней сваре с инвазерами, инициировавшими раздувание Великой Пустоты, нам помогали «свистами» ангелоиды.

– Не только, по моим подсчётам, к Великой Пустоте было отправлено десять в пятнадцатой степени «свистов». Ни одна цивилизация, ни один УММ не в состоянии это сделать без помощи других УММов.

– Логично. Но я имел в виду постчеловеческий УММ – ангелоидов. Договориться с ними проще, чем с негуманскими УММами. Хочу добраться до центра Галактики и предложить ангелоидам совместно отразить новую атаку инвазеров, угрожающую не только нашей независимости, но и их судьбе. Заодно я освобожу Лилию.

Антон покачал головой:

– Едва ли твоя мечта достижима.

– Почему? Я нашёл… мы нашли сеть метро Червей Угаага, она наверняка имеет выходы на центральные звёзды ядра.

– Ангелоидов не существует, дружище. Они – жители будущего.

Игнат озадаченно пригладил волосы.

– Но «свисты» приходили в наше время…

– «Свисты» – носители иной метрики, заставляющие пространство вырождаться в двумерные многообразия. Они одинаково легко могут проваливаться в прошлое и подниматься в будущее. Я проанализировал эксперимент с остановкой «свиста» за орбитой Плутона и пришёл к выводу, что они – посланцы из будущего.

Игнат с сожалением развёл руками.

– Я до этого не додумался. Да и занят был другими делами. Значит, ты считаешь, что соваться в ядро Галактики не стоит?

– Ангелоидов там в настоящий момент нет.

– Чёрт! – Игнат стукнул кулаком о ладонь. – Я надеялся, что мне подскажут, где искать Хорста.

– Это могут сделать и наши современники.

– Кого ты имеешь в виду? – удивился Игнат.

– Инспектора американского ГУИН Еву Рутберг. Её связь с Хорстом доказана.

– Но она живёт в США…

– Какая разница? – прищурился Антон.

Игнат встретил его взгляд и понял, что нашёл союзника.

Мысль – бежать! – пришла в голову сама собой, когда Ульрих понял, что бессилен противостоять моллюскору. Хвалёная инвазерская сила не помогла уберечь фрегат от выпада чёрного щупальца, защита фрегата не выдержала удара, и кормчий принял единственно доступное ему решение.

К счастью, моллюскор не стал его преследовать.

Повреждённый, с дырой в корпусе, фрегат «Мао» прыгнул в чашу «цветка», из которой выплыл десять минут назад после бегства из недр Сатурна, и терминал Червей Угаага послушно принял груз, чтобы отправить его по сети метро в соответствии с заложенной в него программой, которая откликалась прежде всего не на сознательные мысли человека, а на его инстинкты и рефлексы.

Встряску таймфагового режима Ульрих пережил тяжело. Открыл глаза, чувствуя себя так, будто ему по затылку ударили бейсбольной битой, поднял голову.

Инк, оценив состояние кормчего, сделал ему укол адаптогена.

Голова прояснилась, зрение восстановилось.

Не загнулся бы там Бегоевич, мелькнула вялая мысль, не то снова придётся искать спеца.

В отличие от него, защищённого коконом кабины управления, конструктор хроноинвертора всё это время находился внутри своей «машины времени», и броски на «струну» и обратно вряд ли отражались на его здоровье благоприятно.

Вспомнился пленник, вернее, пленница, спутница Ромашина, которую ловко зацепил Цзе Дун.