Чтение онлайн

— Хорошо спала, грязнокровка?

Иди к черту.

Он слегка смеется, глядя мне в лицо.

— Что за вопрос?! Конечно, хорошо. Простите меня. — Он жестом руки окидывает комнату. — А как Вам нравится ваше жилье? Это не самая большая комната, которая у нас есть, но здесь конечно близкая вам… атмосфера.

Я смотрю на него непонимающе.

— Ведь вы выросли в доме магглов, не так ли? — его лицо все еще перекошено этой кривой ухмылкой. — И, осмелюсь сказать, что эта очаровательная небольшая комната походит на дворец по сравнению с условиями жизни, к которым вы привыкли.

Это так похоже на то, что сказал бы его сын.

Как Гарри отвечал на оскорбления Драко? Обычно кулаками. Рон поступал так же, но всякий раз, когда он использовал слова, его ответы были всегда самыми простыми, и в то же время — самыми изящными…

Я смотрю Люциусу в глаза и чувствую, что слова Рона рвутся с языка:

— Отвали, Малфой!

Он поднимает брови, хотя остальное выражение лица остается бесстрастным.

— Я не собираюсь удостаивать этот жалкий выпад ответом. — Он протягивает мне руку. — Идемте. Мой хозяин желает видеть Вас, и он не очень любезен с теми, кто заставляет его ждать.

Его хозяин?

Нет, я не могу.

Мое тело дрожит от страха, и я сильнее вжимаюсь в стену.

Теперь он определенно улыбается. Но это не приятная улыбка. Она напоминает мне оскал животного.

— Ах, теперь мы не столь храбры, мисс Грэйнджер? — Он медленно идет через всю камеру, пока не останавливается рядом со мной. Ужасная злорадная ухмылка не покидает его лица. — Где же Ваша раздражающая гриффиндорская храбрость? Дрожите при упоминании о Темном Лорде, не так ли? — Он поднимает брови и смотрит на меня с отвращением. — Я не удивлен. Вы уж точно не его любимый тип людей. Но Вы можете быть уверены, что на данный момент Вы в полной безопасности. В его планы не входить убивать Вас… пока.

Я остаюсь на месте, тяжело дыша, цепляясь за это 'пока'.

Это 'пока' дает мне время, по крайней мере.

Время для чего?

Я не знаю. Просто… время.

— А теперь, — сказал он, отходя от меня, — Вы будете делать, что Вам говорят, и пойдете со мной или мне применить силу?

Нет.

Это все, что я могу сделать. Я не пойду. Нет.

Я не могу пойти с ним. Это невозможно.

Я еще сильнее вжимаюсь в стену, всем сердцем желая исчезнуть, раствориться в камне.

Он ждет несколько секунд, прежде чем закатить глаза и взмахнуть палочкой в моем направлении.

Невидимая непреодолимая сила как крюком подхватывает меня в области солнечного сплетения и тянет вверх, ставя на ноги. Он подходит ко мне, изучая лицо.

— Бессмысленно пытаться противостоять мне, грязнокровка, — говорит он, не заботясь, чтобы скрыть раздражение в голосе.

— Темный Лорд желает видеть Вас, и если Вы думаете, что он будет терпеть неповиновение, тогда Вы — дура.

Я смотрю в эти холодные серые глаза. Я не знаю, что пытаюсь найти. Возможно, сострадание или хотя бы намек на сожаление. Но там ничего нет. Я могу с тем же успехом смотреть в замерзшее озеро и увижу столько же теплоты, сколько и в его глазах.

— Вы — дура, мисс Грэйнджер?

Я хмурюсь.

— Нет.

— Тогда докажите это. — Он вращает палочку между пальцев. — Не усложняйте все еще больше.

Когда ситуация зашла в тупик, какой выбор я могу сделать?

Он заставит меня пойти в любом случае, даже если я попытаюсь ему отказать.

Неохотно, но я киваю. Он улыбается и, шагнув за спину, толкает к выходу.

Спотыкаясь, я выхожу в коридор, и он поворачивает меня налево. Вокруг полная тишина. Я иду настолько медленно, насколько возможно, когда тебе в спину упирается чужая волшебная палочка.

Я тяжело сглатываю. Я слышу… шум. Как будто кто то тихонько стонет или плачет… Он исходит от двери одной из камер. Ну что же, получается, что я не одинока в этом коридоре. Какой длинный коридор. Кажется, мы спускаемся уже целую вечность.

Мои босые ноги мягко ступают по холодному каменному полу. Позади меня бойко стучат ботинки Люциуса.

А потом… винтовая каменная лестница, которая столь длинна, что я чувствую, как пот течет по спине, пока мы поднимаемся наверх, но каждый раз, когда я замедляюсь, пытаясь перевести дыхание, он подталкивает меня в спину палочкой, пронзая тело вспышкой боли. Я стараюсь не реагировать и контролировать себя, но когда он прикасается ко мне, я просто задыхаюсь. Мне никогда не приходило в голову, что палочку, этот проводник волшебства и магии, можно использовать как изощренное орудие пытки.

Я стараюсь не останавливаться, в тщетной попытке избежать новой боли.

Следом еще один длинный коридор. Ни у одной из дверей нет решеток, и не слышно всхлипов.

Полагаю, это комнаты Пожирателей смерти, хотя можно только догадываться как они могут спать прямо над тюрьмой. Возможно, Люциус тоже живет где-то здесь, с тех пор как находится в бегах.

Хотя, впрочем, какая мне разница, где он живет. Скорей всего, как только я предстану перед Волдемортом, Люциуса я больше не увижу.

В конце коридора видна огромная резная дверь, которая медленно распахивается с ужасным скрежетом, как только мы начинаем к ней приближаться.

Я смотрю в дверной проем и вижу ту самую большую залу. На мои плечи ложатся руки и толкают в дверной проем.

Здесь стоит полная тишина, несмотря на присутствие людей — по моим подсчетам, их около десяти человек.

Это — ужасная тишина, полная напряженности и страха.

Они одеты в черные одежды и стоят полукругом вокруг гигантского кресла во главе зала. Трон с огромной каменной змеей.

И этот трон более не пустует.

О, Боже, О, Боже!

Все они в свою очередь, смотрят на нас, точнее, на меня, когда мы входим в комнату. Все они без масок.

Зачем им прятаться от того, кого не собираются оставлять в живых?!

Я прячу глаза. Я не хочу никого видеть или узнать.

Меня толкают вперед, к трону. Я пытаюсь дышать спокойно.

Будь храброй, Гермиона. Будь гриффиндоркой.

Несколько Пожирателей смерти расступаются, освобождая нам проход к этому гротескному креслу. Я ничего не могу сделать, это сильнее меня. Мои ноги подгибаются, и я падаю на колени. От удара коленями о каменный пол меня пронзает боль, и я слышу уничижающий свист Пожирателей смерти.

Не дайте им победить…

Я неуверенно поднимаюсь с пола; да, я напугана больше чем когда-либо прежде, но у меня все еще есть гордость.

Пусть я не буду смотреть на трон, но только благодаря гордости я до сих пор держусь.

Люциус обходит меня и идет вперед, чтобы поговорить с человеком на троне.

— Девчонка, как Вы и приказывали, мой Лорд.

Смех Пожирателей смерти замирает, поскольку они ждут его ответа, и ужасная напряженная тишина заполняет комнату еще раз. Кажется, это будет продолжаться вечно.