Чтение онлайн

— Андрей, это тебя.

Он закрыл воду, положил тарелку в раковину, вытер руки о полотенце. Мать уже спешила воспользоваться этим, чтобы самой вымыть посуду.

— Кто звонит? — спросил Андрей.

— Какой-то парень, голос незнакомый. Он не представился.

Андрей прошел в свою комнату. Номер не определился.

— Да, я слушаю.

Пауза. Андрей решил, что связь прервана, но в ухо ударил хриплый, грубый голос:

— Точно слушаешь? Клево, парнишка, клево, если ты слушаешь. Только слушай внимательно, усек?

— Кто это? — пробормотал Андрей, из чувств было одно лишь недоумение.

— Ты что, следователь, вопросы задавать? — звонивший хмыкнул. — Короче, мудак, будешь борзеть, хреново кончишь! Очень хреново, мудила!

— Кто со мной говорит?

— Я тебя порежу, так и знай. Порежу, не отмахнешься.

Сердце совершило болезненный кульбит. Непроизвольная реакция, необоснованная.

— Может, ты не туда звонишь?

— Ты, козел, закрой пасть! Я тебя предупреждаю еще раз: не успокоишься — в реанимацию отвезут!

Андрей разозлился. Отчасти из-за собственного страха. Ведь ясно, что кому-то делать нечего, но угрозы не прошли абсолютно бесследно.

— Да в чем дело?!

— Бля, мудак! Завали хавальник! Говорю, порежу, если будешь дергаться!

— Уверен?

На том конце провода рассмеялись. Напрасно он вступил в перепалку.

— Ну, все! Теперь я тебя точно порежу! Завтра же, мудак!

Андрей попытался вернуть себе хоть какое-то хладнокровие.

— Можно узнать, с кем я говорю? Как твое имя?

Снова смех, неприятный, хриплый, словно человек выкуривал по пять пачек в день.

— Ну, ты, олень! В реанимации все узнаешь!

— Кто ты такой? — Андрей снова завелся.

— Бля, сука! Ты мне еще вопросы задаешь? Ты не понял, что тебе сказали? Тебя скоро похоронят! Веришь, нет?

Андрей заметил, что за дверью спальни в прихожей остановилась мать. Наверное, он слишком громко разговаривал, и она услышала интонации. Словно чувствует, что происходит что-то не то.

Он заставил себя понизить голос:

— Если я тебе что-то сделал, напомни что именно.

— Ну, олень! — тот же смех, самоуверенный, будто человеку все нипочем, даже умереть сию минуту не страшно. — Нет, придеться тебя все-таки порезать. Ладно, я тебя найду.

На том конце грохнули трубкой, и пошли противные короткие гудки.

Андрей почти минуту стоял, прижимая трубку к уху. Не хотелось выходить из комнаты, отвечать на вопросы матери.

Руслан ехидно захихикал и передвинул фигурку королевы на три клетки.

— Ну, вот и все, дружище. Вашему королю каюк.

Они с Андреем играли в шахматы в комнате Руслана. Всю эту неделю у Андрея был ослабленный рабочий режим в связи со школьными каникулами, и он приходил к другу каждый день. И почти каждый день они играли в шахматы. Можно было засиживаться допоздна, и они не спешили расставаться.

Руслан глянул на часы.

— Эге, Андрюха. Всего двадцать пять минут. Что-то ты ослаб. Прежде ты самый минимум час держался. Ну, минут пятьдесят.

Андрей виновато пожал плечами. В этой древней игре Руслан его гораздо сильнее, почти всегда выигрывает, но Андрей давался ему нелегко. Бывало, и по три часа сидели. Двадцать пять минут — действительно полный провал. Слишком быстро. Еще и фигур на доске достаточно.

— Вот, — пробормотал Андрей. — На секунду расслабился, и ты тут как тут со своими штучками.

— Так ты не расслабляйся, — заметил Руслан.

— Хорошо, постараюсь.

Руслан снова глянул на часы.

— Еще одну партию?

Андрей устало покачал головой.

— Наверное, нет. Завтра уже к восьми на работу. У деток каникулы закончились. Еще засидимся. Ты же знаешь, пока не закончим, не разойдемся.

Руслан хитро прищурился.

— Не засидимся. Обещаю. Получишь мат не позже, чем через полчаса.

Андрей снова покачал головой.

— Нет, Руслик. Спасибо, конечно, за мат, но не надо. Я сегодня что-то плохо сосредотачиваюсь.

— Проблема в чем? Дети не накормлены? Влюбился?

Последнее предположение почему-то вызвало у Андрея усмешку.

— То же скажешь, влюбился! Влюбишься тут, ага.

— Что тогда?

Андрей не собирался говорить Руслану про телефонные угрозы, в общем-то, бестолковые, не имеющие под собой никакой основы. Чего мусолить то, о чем хочется поскорее забыть? Как-то само собой вырвалось.

— Звонил тут один тип. Всякую ерунду нес.

Собирая шахматы в коробку, Руслан посмотрел на Андрея.

— В смысле?

— Грозился, понимаешь, меня порезать, — Андрей издал неестественный смешок. — Ничего толком не сказал, кто, откуда, только орал в трубку.

Руслан сдвинул брови, после чего хмыкнул.

— И кто ж это так шутит, интересно?

Действительно, кто?

После ночных звонков Андрей был уверен, что это Ковалевская. У него уже вошло в привычку отключать на ночь телефон и утром включать его снова. Потом, когда позвонил тот кретин, оравший, что порежет всех и вся, Андрей уже никого себе не представлял.

Что и говорить, неприятно. Понимаешь, что все это — пустые угрозы, но на нервы действует.

— Не знаю, — признался Андрей. — В начале недели кто-то баловался ночью. Звонили и молчали. Думал, это та брюнетка, что я тебе рассказывал. Потом вот мужской голос прорезался. Парень явно молодой, не старше меня.

— Так он один раз звонил?

— Два.

После первого звонка в четверг Андрей не думал, что это повторится, но неосознанно ждал подобного. Вчера, в субботу, это случилось. Тот же голос. Только говорит невнятно, будто надрался, почти кричит. Что-то выяснять, тем более, не имело смысла, и Андрей положил трубку. Звонок тут же повторился. Пришлось отключать телефон в половине восьмого вечера. Мать порывалась поговорить со звонившим, и Андрей едва уговорил ее не делать этого.

Сегодня звонков не было, но кто его знает, Андрей ведь ушел к Руслану. Где гарантия, что тот ненормальный не позвонит в другой день?