Чтение онлайн

Дверь в спальню открылась, и зашла совершенно преображенная Аня, в «горке», берцах, черной шапочке-маске. Вид получился забавный – как будто очень молодо выглядящего призывника зачислили сразу в спецназ ГРУ как минимум. Но зато нас таких стало уже пятеро. Следом за ней зашли Вика с Татьяной, тоже обе в брюках от «горок», без парок, как и мы, в одних зеленых свитерах М-1 с тряпочными вставками. Да, отряд наш уже и единой формой обзавелся. Это хорошо, форма мобилизует. И не только мобилизует. Она вводит в заблуждение относительно твоего статуса, а в драке помогает отличать своих, что важнее всего.

– Ну как? – спросила Аня.

– Спецназ отдыхает, – уверенно ответил ей Леха, подкрепив слова решительным жестом.

– А вы думали! – гордо заявила девушка.

– Мы не думаем, – сказал я. – Военным думать не положено. Мы в тебя верим.

Оставив Леху как самоназначенного начальника службы РАВ [8] вооружать личный состав, выдавать боеприпасы и инструктировать, я сам пошел топить баню. Дров у меня хватает, прошлой весной целых пять кубов березовых закупил, надо что-то гостям хорошее сделать. В кухне у плитки возилась Алина Александровна, добровольно и незаметно взявшая на себя обязанности повара. Никто и не возражал, в общем. Ей уже помогала Вика.

Прошел через двор, обогнув машины, откинул полосу рубероида с поленницы, набрал в корзину дров, потом зашел в предбанник, присел перед печкой. Горящей бумагой ликвидировал потенциальные воздушные пробки в дымоходе, принялся за растопку. Дрова пролежали в поленнице чуть не год уже, так что были сухими и занялись почти мгновенно, стоило лишь поджечь в печи кучку коры и щепок. Закрыл чугунную дверку, пошел за следующей порцией. Не думаю, что понадобятся, но мало ли?

У поленницы столкнулся с Алиной Александровной. Она пришла и попросила меня рассказать, что я видел сегодня в городе. Мне удалось вместить короткую версию рассказа примерно в пятнадцать минут, попутно вместе с ней убирая в бане и предбаннике. Когда я закончил, она сказала, что по телевизору объявили наконец о беспорядках в городе и вводе войск. Всех призвали к спокойствию и сообщили, что в город войдут Таманская и Кантемировская дивизии, дивизия Дзержинского и еще какие-то части. Новость меня обрадовала, все же наконец правительство проснулось и намерено что-то делать.

– Но это же хорошо, – сказал я, – войска смогут держать ситуацию под контролем.

Она как-то грустно усмехнулась, посмотрела в сторону, потом на меня.

– Нет, Сережа, не смогут. Я же не зря расспрашивала вас, что вы видели и как все это выглядит. Вы помните, кто я по профессии? Психолог и социолог, и я долго думала, чем это все закончится. Так вот… прогноз у меня самый пессимистический. Войска ничего и никого не спасут. Во-первых, их недостаточно, чтобы взять каждый двор в городе под охрану. Во-вторых… это следует объяснять подробней. Вы же сказали, что инфицируются все, и, скорее всего, даже мы с вами инфицированы. Так?

– Да, именно так, – кивнул я в ответ. – А если у вас улучшилось самочувствие в последнее время, то вы инфицированы наверняка.

– Значит, ничего не препятствует распространению вируса, верно? Зомби можно задержать кордонами и заборами, а вирус нет. Я все правильно говорю? – уточнила она.

– Абсолютно, – заявил я. – Вирус ничем не угрожает здоровью, даже наоборот, и люди не поймут, что заражены, если передача произошла естественным путем, а не через укус.

– Тогда давайте сделаем первый вывод – в других городах тоже начнется, причем не позже чем завтра. Верно?

– Верно, – подтвердил я. – На сто процентов.

Она достала из кармана пачку сигарет с ментолом, закурила. Затем чуть виновато сказала:

– Видите… Бросила два года назад, а сегодня снова начала. Нашла в одной сумке сигареты и… Хорошо, продолжим. Солдаты несут службу исправно тогда, когда они знают, что защищают еще и свой дом, свою семью. Армия защищает страну от внешнего врага. Пусть даже от врага внутреннего, но персонифицированного, находящегося в определенном месте, районе, регионе. Так?

Пока никакого расхождения с элементарной логикой я не видел, поэтому согласно кивнул. После моего подтверждения она продолжила:

– Солдаты выполняют свой долг, который им ясен и понятен, потому что понятие «страна» включает в себя и его семью. И тогда они будут защищать жителей другого города от опасности. А теперь представьте себя на месте солдата сегодня. Вы не москвич, вас привезли в столицу и поручили вам защищать от блуждающих мертвецов, скажем… Кремль. Или мэрию. Представили?

– Предположим… – Мне уже стало понятно, куда она клонит.

– И вам известно, что по улицам вашего родного города, какого-нибудь Красноармейска или Урюпинска, ходят такие же зомби, они угрожают именно вашей семье, но стоит ли там вокруг вашего дома цепь солдат? Сомнительно. Вы представляете себе, как в двери вашего дома, пока вы здесь, ломятся ожившие мертвецы, и некому защищать ваших близких. Ваши действия?

– Вы предполагаете, что начнется дезертирство? – уточнил я.

– Не просто дезертирство. – Она воздела кверху дымящуюся сигарету как указующий перст. – Начнется дезертирство с оружием и техникой, дезертирство отрядами и группами, теми, кому домой по пути. Для защиты семей и родных. Офицеры и те, у кого или нет семьи, или семья живет у места их службы, будут под разными предлогами или без предлогов уходить к ним и занимать оборону в своих частях, где у них много оружия, много консервов, много медикаментов, много всего. Бедствие разойдется по всему миру, так что внешний враг как главный объединяющий фактор отсутствует. Общий враг не какая-нибудь Америка, где завтра или послезавтра начнется такой же кошмар, а враг, который везде, он не объединен, он стихиен. И вы можете с ним драться даже в одиночку, будь у вас оружие.

Я задумался. В словах Алины Александровны была железная логика. Рассчитывать на то, что армия спасет страну, не стоило. Обычная схема борьбы с эпидемиями с помощью кордонов и карантинов здесь не срабатывала. При эпидемиях солдат знал, что с болезнью могут бороться лишь врачи, а его дело – стоять на посту, обеспечивая карантин, потому что ничем другим он помочь не сможет. А сейчас он будет знать, что сможет помочь, потому что у него в руках автомат, а выстрел из автомата в голову убивает мертвяка на месте. И значит, если он доберется до своей семьи и принесет с собой свой автомат, то сможет ее защитить. А если приедет на бэтээре или на машине, то сможет увезти близких в безопасное место. И солдаты будут стараться добраться, массового дезертирства не избежать. Я сам сбежал бы первый, будь у меня семья в другом городе, а мне поручили бы обеспечивать безопасность властей в столице. А сама власть становится бесполезной – у нее все равно нет ни методов борьбы с новым бедствием, ни знаний, ни умения. Ни мобпланов, а это – самое главное.

– Алина Александровна, когда начнется, как вы думаете? – уточнил я.

– Думаю, что уже завтра к вечеру начнется дезертирство, – осторожно сказала она. – Послезавтра все войска из Москвы разбредутся или образуют отдельные очаги сопротивления, защищая самих себя и тех, кто сможет к ним примкнуть. И к послезавтрашнему дню войска начнут покидать город, стараясь переместиться туда, где легче обороняться и где есть запасы всего необходимого для жизни. А Москва превратится в гигантский источник заразы. И завтра уже появятся новые очаги по всему миру. Если объявили в средствах массовой информации, что здесь проблемы, то завтра будет массовый отток иностранцев. А среди них будет множество инфицированных. Или все будут инфицированы. К завтрашнему вечеру ждите новостей со всего мира. Если в нашей стране останутся новости к этому времени. Мы не знаем толком, что сейчас происходит, но я думаю, что даже лесной пожар в засуху распространяется не так, как эта зараза.

Ближе к вечеру никаких изменений в обстановке не произошло. Салеев с заместителями и Домбровским сидели у телефонов и радиостанций. «Ковчег» пришел в движение, добрый десяток автобусов, каждый в сопровождении грузовика и двух внедорожников, поехали по Москве собирать тех «праведных», кому досталось место в ковчеге. Все шло как задумано, без проблем. То, что бойцы армии Бурко заодно стали сотрудниками ФСИН, открывало им дорогу сквозь выставлявшиеся тут и там армейские блоки.