Чтение онлайн

— Я могу надеяться, что Вы не обольете меня святой водой с воплями: "изыди, сатана"? — устало, но с вызовом спросила Анна.

— А я могу надеяться, что Вы не превратите меня в жабу, крича: "уйди, противный"? — поинтересовался Виктор.

Что собиралась ответить магичка, так и осталось неизвестным. Скорее всего, указать Виктору на пробелы в образовании — некроманты никого не превращают, не тот профиль.

Но их прервали. В приемную впорхнула секретарша шефа Светочка, юная красотка с идеальным почерком и прекрасной памятью. Она писала постановления для суда, регистрировала дела, вела архив и регулярно крутила романы — с кем угодно, кроме сотрудников управы. Даже самые восхищенные ее красотой сотрудники давно смирились со Светочкиной принципиальностью. Правда, нашелся один раз дурак, который решил, что он лучше всех. Шеф устранил проблему в полминуты, и нахального стажера, баюкающего правую кисть, здесь больше никогда не видели.

Сейчас, видимо, в разгаре был очередной роман — Светочка прижимала к груди огромный букет разноцветных хризантем.

— Анька! — радостно воскликнула секретарша, увидев магичку, — а я тебя искать собиралась! Ты не поверишь, у меня такое!

Анна примирительно посмотрела на Виктора.

— Вы дадите нам пятнадцать минут? Сейчас только полдень, нам хватит времени на все допросы.

"Всего полдень? — удивился про себя Виктор. — А, кажется, весь день прошел. Но нет, все правильно. Место убийства осматривали до шести утра, в полвосьмого эксперты начали работать над двумя телами, закончили они около половины одиннадцатого… вот черт, а поспать мне сегодня снова не светит"

— Вить, ну пожалуйста! — жалобно попросила Светочка. — Не сбегут ваши злодеи, пока мы тут чуть-чуть посплетничаем!

Виктор вежливо поклонился обеим и вышел. Его снова догоняла усталость после суток без сна. А ведь еще допросы проводить… Нужно выпить побольше кофе и хотя бы чуть-чуть посидеть в тишине. Иначе толку от следователя (уже не младшего!) будет, как с козла молока.

Сообщить шефу о том, что он валится с ног, Виктору в голову не пришло. Горностай в лучшем случае просто похохочет. В худшем — разочаруется и заберет дело вместе с новой должностью.

Так что заливайся кофеем, следак, и радуйся нечаянной передышке.

Виктор спустился на первый этаж, в дежурку.

— О, господин Берген! — приветствовал его недавно заступивший сержант. Виктору показалось, что он еле-еле сдерживает хохот. — А к Вам тут посетитель… Посетители. Свидетели по ночному убийству. Только я их сюда не пустил, на улице ждут. Сами увидите, — уже не скрываясь, хихикнул он.

Выяснять причины веселья Виктор не стал. Кивнул и вышел на крыльцо.

Неподалеку от входа, рядом с чахлой клумбой, мялся давешний сменщик покойного сторожа.

На клумбе лежал комок грязной рыжей шерсти солидного размера. Из этой кучи меха тянулась измочаленная веревка, которую сторож держал в руке. Громадная тварь подмяла под себя почти все полузасохшие цветы, только какой-то очень везучий темно-синий бутон торчал радом с мордой.

Глаза были закрыты, но морда слегка подергивалась — ее обладателю явно что-то снилось.

Виктор шагнул в их сторону. Сторож радостно подался ему навстречу, веревка натянулась, и улицу огласил жуткий визг. Тварь подпрыгнула, дернулась, сторож чуть не полетел с ног, но зверюгу удержал.

— Вы, начальник, давеча велели Рыжего привести, как появится. Ну вот, я привел. Забирайте, — и сторож протянул Виктору конец веревки.

Следователь слегка опешил.

— В смысле — забирайте? — строго спросил Виктор. — Это же ваша, сторожевая собака. Как осмотр проведем, верну. Нам еще надо протокол изъятия улики оформить, так что пойдемте-ка в управу.

— Не, начальник, не пойду я, у вас там сержант злющий, — замотал головой сторож. — Да и зачем идти-то? Рыжий теперь ничей, хозяин склад закрыл и всех уволил, гад, — он зло сплюнул на тротуар. — Говорит — скобянка нынче дело неприбыльное, гётские петли-гвозди, мол, с рынка местных, тьфу, вытесняют. За копейку давиться не надо, так и не вытеснят! А он, выжига… — Сторож сделал непристойный жест в сторону складов. — Так что это, вот, забирайте. Да и толку от него уже никакого, напужалась псина, на каждый чих визжит. Какой он теперь сторож. А вам, вон, улику надо. Вот вам улика. А я пойду, работу искать. Чтоб хозяину бывшему, козлине, икнулось, и все его железяки заржавели нахрен.

Сторож впихнул Виктору в руку конец веревки, и, ссутулившись, побрел по улице в сторону речного порта.

Псина, выбравшаяся из клумбы, оказалась не такой уж огромной, просто очень лохматой дворнягой. Стоя он доставал головой Виктору головой примерно до середины бедра. На собачьей морде было много седых волос. Двигался пес неуверенно, часто вздрагивал. Уходящего сторожа проводил тоскливым взглядом, но не попытался пойти следом, как будто все понял.

Виктор присел на корточки и погладил его между ушей. Пес неуверенно мотнул хвостом.

— Э, приятель, да ты седой, — успокаивающе приговаривал Виктор, продолжая гладить собаку, — ты старенький уже, но молодец, вернулся, хоть тебя и напугали. Хороший пес, хороший… И совсем ты не злющий, ты умница…

Рыжий завилял хвостом и ткнулся носом в грудь Виктору.

— Ну и что с тобой делать теперь, а? Ты же важная улика, тебя к делу приобщать надо, бумажки писать и инвентарный номер присваивать… А в хранилище тебя не сдашь, тебе бы колбаски… Хороший пес, молодец… Ладно, пойдем. Начнем с колбасы.

Пес одобрительно засопел и покорно пошел за Виктором в управу.

Виктор выдал курьеру, скучавшему в дежурке, несколько медяков и велел метнуться на рынок, за колбасными обрезками или требухой. Курьер на Рыжего посмотрел с опаской, протиснулся мимо сержанта и через несколько минут вернулся со свертком кусочков колбас, ветчины, шкурок от окороков и прочих не имевших товарного вида вкусностей. Мясники обрезки продают недорого, небогатый народ расхватывает этот товар на лету, так что курьеру сильно повезло.

Виктор частенько покупал похожие свертки, когда до жалования оставалось несколько дней, а денег было совсем немного. Если эту колбасу пожарить с капустой или яйцом, получалась вполне пристойная еда.

Сейчас Виктор с трудом сдержал желание вытащить из свертка немаленький обрезок грудинки с веревочкой, за которую ее подвешивали в коптильне, и съесть самому.

Рыжий потянул носом и жалобно посмотрел на Виктора. Получив кусочек, мгновенно сжевал и посмотрел снова.

— Господин следователь, вы бы налаживали контакт со свидетелем где-нибудь в другом месте, а? — осторожно попросил Виктора сержант. — А то свидетель ваш, простите, воняет псиной. Посетители вон, жмутся, опасаются к дежурке подойти, пока тут эта зверюга сидит.

Рыжий зевнул в сторону сержанта, продемонстрировав нехилые зубищи.

— Пойдем, свидетель, — сказал собаке Виктор, сложив сверток в карман мундира, — нас тут не любят.

Пес с тоской проводил глазами колбасу и послушно пошел следом за Виктором, цокая когтями по плиткам пола.

Рядом с управой работала кофейня, исправно снабжавшая следователей крепким кофе, булочками и блинчиками. Виктор взял пару кружек и устроился на скамейке — ждать, пока эксперт насплетничается. Веры в "пятнадцать минут" у следователя не было никакой. Он собирался допить кофе и сгонять сержанта за магичкой.