Чтение онлайн

А противостоял ему в июне 1941 г. командующий Южным фронтом генерал армии Иван Тюленев. Последними боевыми действиями он руководил в 1920 г., командуя кавалерийским полком. Вплоть до 1938 г. был инспектором кавалерии в разных соединениях. Только за год до войны вступил в командование армией, а фронтом стал командовать практически сразу после германского вторжения. Через полтора месяца его с этой должности сняли.

Тюленева сменил генерал-лейтенант Дмитрий Рябышев, тоже кавалерийский командир с Гражданской вплоть до 1939 г. В войну он вступил в должности командира корпуса и окончил ее в той же должности и чине. Южным фронтом Рябышев прокомандовал меньше двух месяцев.

Ему на смену в октябре 1941 г. пришел генерал-полковник Яков Черевиченко, тоже профессиональный кавалерист, командовавший в Гражданскую эскадроном. А больше не привелось ему командовать войсками в бою. И он руководил флотом меньше двух месяцев, был снят и войну завершил в должности комкора.

Войска Южного фронта, возглавляемые поочередно этими кавалеристами, за шесть месяцев отдали врагу Молдавию, Украину, Крым и докатились до Ростова. А потому как ни один из трех генералов не командовал за время своей службы такими крупными объединениями даже на карте, не говоря уж о маневрах, что могли они противопоставить многоопытному полководцу фон Рундштедту?

Командующий группой «Центр» 60-летний генерал-фельдмаршал Федор фон Бок еще в 1912 г. был офицером генштаба, в Первую мировую войну он командовал дивизией. Полным генералом он стал еще в 1931 г., командуя группой армий, которая оккупировала Австрию и Судетскую область Чехословакии.

В Польской кампании фон Бок возглавляет группу «Север», затем принимает группу «Б», которая под его командованием захватывает Голландию и Бельгию, побеждает в Западной Франции и доходит до Дюнкерка.

С советской стороны группе «Центр» противостоял Западный фронт, которым командовал генерал армии Дмитрий Павлов. В мирное время был он также кавалерийским командиром. Правда, получил некоторый опыт будучи советником в ходе Гражданской войны в Испании, но опыт этот не распространялся дальше действий полка-бригады. Накануне войны его назначили командующим войсками Белорусского военного округа.

Павлов сразу же после вторжения немцев утратил управление войсками, что привело к разгрому армий его первого эшелона. После того как в Смоленском котле войска Западного фронта потеряли только пленными 310 тысяч солдат и командиров, Павлов и все фронтовое руководство было снято и расстреляно. Фронтом стал командовать генерал-лейтенант Андрей Еременко, до этого также кавалерийский начальник, перед войной командовавший корпусом. Никакого боевого опыта после Гражданской войны у Еременко не было. Он прокомандовал Западным фронтом всего месяц. За это время немцы продвинулись на пятьсот километров, в Рославльском и Гомельском котлах они захватили в плен более триста тысяч солдат и командиров.

Еременко был снят, и командовать Западным фронтом назначен генерал-полковник Иван Конев. Он прокомандовал всего два месяца, продемонстрировав полнейшую оперативную беспомощность. На время его руководства войсками Западного фронта пришлись два самых, пожалуй, страшных поражения первого полугодия Великой Отечественной. С 30 сентября по 17 октября немцы окружили и уничтожили под Вязьмой и Брянском 81 дивизию. Только в плен попало 663 тысячи красноармейцев и командиров. Дорога на Москву немцам была открыта. Конева сняли, но судить не стали, и он впоследствии снова достиг степеней высоких. Видимо, выбирать не из кого было.

Генерал-фельдмаршал Риттер фон Лееб был не менее опытным и талантливым полководцем, чем два остальных командующих группами. Да к тому же – видным военным теоретиком. Кстати, на основе его трудов был создан действовавший в то время Полевой устав РККА. Во Второй мировой войне фон Лееб командовал группой армий «Ц» в Польше и Франции.

Ему противостояли генералы Ф. Кузнецов (июнь – июль), П. Собенников (июль – август), П. Курочкин (сентябрь – октябрь) – командиры, не имевшие практики командования войсками в боевых действиях, реального сопротивления немцам не оказавшие, в результате чего германские дивизии быстро вышли к Ленинграду. Не лучше проявили себя командующие Юго-Западным фронтом М. Кирпонос (выросший за полтора предвоенных года от начальника училища до командующего войсками Киевского военного округа) и Ф. Костенко, также бывший кавалерист. В конце концов, и Кирпонос, и Костенко погибли в «котлах», куда по их же вине попали войска.

Наконец, необходимо оценить боевую деятельность самых высоких чинов военной иерархии – так называемых сталинских маршалов. Их было четверо, и все они очень быстро продемонстрировали полную профессиональную беспомощность в войне «моторов», потому как были и остались кавалеристами времен Гражданской войны. Семен Тимошенко в июле – августе 1941 г. командовал Западным, в сентябре – октябре – Юго-Западным фронтами, которые в это время беспорядочно отступали, несмотря на высокий чин их командующего. Меньше месяца потребовалось Климу Ворошилову, чтобы довести положение на Ленинградском фронте до критической отметки. Он едва не сдал Ленинград немцам. Семен Буденный фронтом командовал четыре месяца – по два Резервным и Северокавказским. Больше его к фронтовому управлению не подпускали, использовали как личного посыльного Верховного. Под командованием Григория Кулика отступление из Крыма превратилось в паническое бегство, и маршал был разжалован в генерал-майоры.

Как видим, «сталинские» маршалы и дюжина генералов в первые полгода после германского вторжения проявили полнейшую неспособность руководить в современной войне такими крупными массами войск, какими являются фронты. Многим из них и до войны не приходилось этим заниматься даже в ходе учений. При реальном боестолкновении с опытными и умелыми мастерами современных операций, какими и были германские фельдмаршалы, эти военачальники потеряли управление войсками, проявили безволие и полнейшую нищету оперативного мышления. Сложилась ситуация, подобная схватке боксера, который до того дрался лишь с надувной «грушей», а вдруг встретился на ринге с мастером кулачного боя.

В начальном периоде войны вообще сколько-нибудь опытные и умелые военачальники в Красной Армии исчислялись единицами, но и они еще не были готовы к успешному командованию фронтами. Да потому что те, кто мог бы это сделать, были давно уничтожены. Последняя горстка – 25 генералов и высших офицеров, полуживые от зверских пыток, в момент германского вторжения томились в подземельях Лубянки. Их вывезли в Куйбышев в конце октября 1941 г., как раз тогда, когда немцы устремились к Москве [48] .

В Москве назревала паника, достигшая своего апогея 16 октября. Насколько угрожающей стала обстановка для столицы, когда враг вплотную подошел к Москве, свидетельствует следующий приказ Председателя Государственного Комитета Обороны «Об эвакуации столицы СССР г. Москвы». Постановление Государственного Комитета Обороны от 15 октября 1941 г.:

«Сов. секретно

Особая папка

Ввиду неблагополучного положения в районе Можайской оборонительной линии Государственный Комитет Обороны постановил:

1. Поручить т. Молотову заявить иностранным миссиям, чтобы они сегодня же эвакуировались в г. Куйбышев (НКПС – т. Каганович обеспечивает своевременную подачу составов для миссий, а НКВД – т. Берия, организует их охрану).

2. Сегодня же эвакуировать Президиум Верховного Совета, а также Правительство во главе с заместителем председателя СНК т. Молотовым (т. Сталин эвакуируется завтра или позднее, смотря по обстановке).

3. Немедля эвакуироваться органам Наркомата обороны и Наркомвоенмора в г. Куйбышев, а основной группе Генштаба – в Арзамас.