Чтение онлайн

К середине тридцатых годов XX века культ Сталина достиг в СССР гигантских размеров, и все или почти все крупные военачальники не упускали случая продемонстрировать свою преданность генсеку. В 1934 г., выступая на XVII съезде партии, Тухачевский тоже не поскупился на дифирамбы в адрес «великого вождя». Но вся эта верноподданность практически не повлияла на разгул кровавой вакханалии, развязанной Сталиным.

Диктатор убирал соперников и тех, кто в той или иной степени был ему не угоден, избавлялся от людей ярких, самостоятельно мыслящих. Ему нужны были покорные исполнители, люди-винтики, нужен был тотальный страх, на котором держалась его власть.

Созданная по всей стране и в армии атмосфера всеобщего доносительства приводила к тому, что людей сажали и расстреливали просто так.

Часто задают вопросы, почему военачальники, имея реальную силу, не восстали? Ответ может быть один. Тоталитарный режим растлевал и тех, кто в боях не раз проявлял личную храбрость. Ревностно служа неправедной власти, военачальники изначально попирали извечные нравственные ценности.

Не составил исключения и Тухачевский. Обладая недюжинным интеллектом, он не мог не задуматься, почему восстали кронштадтские моряки, недавние активные участники Октябрьского переворота, и тамбовские крестьяне? Или не понимал, что продразверстка в деревне – форменный государственный грабеж? Конечно же понимал и ради карьеры делал все, что ему велели Ленин и партия, в которую он вступил в 1918-м. При новой власти рассчитывал сделать быструю карьеру.

Поправ честь русского офицера, интеллектуал Тухачевский не погнушался ролью карателя. С жестокостью опричника подавлял восстание в Кронштадте, издавал людоедские приказы, согласно которым крестьян на Тамбовщине (граждан своей страны!) травили газом, сжигали деревни, расстреливали заложников…

Когда в 1930-м начались аресты «военспецов», ни за одного из них член Реввоенсовета Тухачевский не вступился, хотя многих хорошо знал.

Так вели себя и участники Военного совета, из состава которого Сталин подобрал судей для скорой расправы.

Несчастные! Они еще не знали, что своей беспринципностью, предательством боевых друзей подписали и себе смертный приговор.

Почти все участники того Военного совета были расстреляны.

К 1920 г. в Красной Армии на высших командных должностях, которые по сегодняшней терминологии можно назвать генеральскими, было более 200 евреев. Достичь высокого воинского звания, особенно еврею, как и во все времена, было не просто. Для того чтобы достичь генеральской карьеры, нужно было быть физически крепким и сообразительным солдатом, пройти сложную процедуру аттестации, проявить мужество в бою, высокие показатели в учении. Представление к очередному званию обязательно сопровождалось военно-политической характеристикой, которую необходимо было заслужить безупречной службой. В положительной характеристике обязательными были такие тезисы: «…грамотный командир… пользуется уважением подчиненных… скромен в быту… делу Ленина – Сталина беззаветно предан». В личном деле каждого офицера и генерала можно обнаружить десяток подобных характеристик. Они составлялись и при представлении к наградам.

Написание упомянутых документов осуществлялось штабными работниками, в большинстве случаев неевреями, что позволяет оценивать их весьма объективно.

Сведения о советском генералитете, в том числе и еврейском, всегда были конфиденциальными. Авторам, которые пытались по косвенным данным сделать какие-то обобщения и опубликовать их, инкриминировали разглашение военной тайны.

Армейский военный юрист Ульрих оправдал доверие и орден Ленина, полученный в августе 1937 г. «За успешную работу по укреплению революционной законности и охраны интересов государства». Военная коллегия Верховного суда СССР под его руководством только за 28 и 29 июля 1938 г. приговорила к расстрелу восемьдесят два человека – государственных, партийных и военных деятелей.

Оказалось, что у главы советского правительства Молотова «врагами народа» были его заместители Н.А. Антипов, В.И. Межлаук и Я.Э. Фудзутак, а у первого маршала, наркома обороны Ворошилова – заместители Я.И. Алекснис, В.М. Орлов, начальник разведки Я.К. Берзин.

По армии и флоту был нанесен удар сокрушительнее, чем расстрел «группы Тухачевского» в июне 1937 г.: из восьмидесяти двух осужденных тридцать два принадлежали к высшему командному составу. Среди трагически погибших – тридцать пять русских, двадцать три еврея, тринадцать латышей, четыре поляка, три украинца, два армянина, грузин, литовец, серб и швед.

Известно, что было репрессировано 408 человек руководящего и начальствующего состава РККА и ВМФ, к высшей мере наказания приговорен 401 человек [13] , евреев среди них было 180 человек. В книге профессора Ф.Д. Свердлова «Евреи-генералы Вооруженных сил СССР. Краткие биографии» они названы поименно. Следовательно, все евреи, входившие в состав руководящего и начальствующего состава армии и флота, за исключением нескольких, таких как Мехлис, были расстреляны.

Но вот грянула война. Армия и флот оказались в катастрофическом положении, в особенности в кадровом вопросе. Почему? На этот вопрос ответил Ворошилов на заседании Военного совета при Наркомате обороны СССР 29 ноября 1938 г. «Вы знаете, что собой представляла чистка рядов РККА, – говорил он. – Чистка была радикальная и всесторонняя… с самых верхов и кончая низами… мы вычистили более четырех десятков тысяч человек». Затем следовал совершенно параноидальный вывод: «Именно потому, что мы так безжалостно расправились, мы можем теперь с уверенностью сказать, что наши ряды крепки» [14] .

Но война оценила состояние армии по-другому, и за три коротких, невиданно трагических месяца докатилась до Москвы. Теперь война диктовала свои условия – срочно создавался новый генералитет армии. И здесь повторилось то, что неоднократно происходило в ходе двухтысячелетней истории еврейства в изгнании: советской власти понадобились умы и таланты, героизм и духовный потенциал евреев. В составе генералитета, созданного в критических условиях войны, шестнадцать генералов-евреев стали Героями Советского Союза, 276 офицеров стали генералами в ходе Великой Отечественной войны. За особые заслуги после войны семидесяти полковникам было присвоено это звание.

7 мая 1940 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР в Красной Армии устанавливались звания: генерал-майор, генерал-лейтенант, генерал-полковник и генерал армии. Прежние высшие звания: комбриг, комдив, комкор и командарм – были упразднены, для Военно-воздушных сил вводились звания генерал-майор авиации, генерал-лейтенант авиации и генерал-полковник авиации (кроме генерала армии). Генеральские звания вводились и для других родов войск: артиллерии, танковых войск, войск связи, инженерных войск, технических войск, интендантской службы, береговой службы, например генерал-майор артиллерии, генерал-лейтенант артиллерии и т. д. В военно-морском флоте устанавливались воинские звания: контр-адмирал, вице-адмирал, адмирал флота Советского Союза (упразднено 3 марта 1955 г., восстановлено 28 апреля 1962 г.). В июне 1940 г. новое звание получили 1056 человек, из них 982 стали генералами и 74 адмиралами.

Когда фашистские дивизии в полной боевой готовности стояли, ожидая команды фюрера о нападении на Советский Союз, в Кремле вспомнили, что еще не все опытные военачальники расстреляны. «В 1940–1941 гг. в строй вернулись А.В. Горбатов, К.Н. Галицкий, Л.Г. Петровский, К.К. Рокоссовский – всего свыше пятидесяти лиц высшего начальствующего состава, невинно осужденных» [15] .

Всего в период Великой Отечественной войны в советских Вооруженных силах проходили службу около четырех с половиной тысяч генералов и адмиралов. В 1941–1945 гг. потери советского генералитета составили 440 человек. В немецкий плен в силу разных обстоятельств попало семьдесят два генерала. Красная Армия за годы Великой Отечественной войны захватила в плен 550 немецких генералов, в том числе генерал-фельдмаршала Ф. Паулюса.