Чтение онлайн

Искали мы её долго, но всё было безуспешно. Видно вся микро-галактика «Большого Магелланового облака» была, каким-то образом так устроена. Вся с большим количеством мерностей и их совместным взаимодействием, отличающимся от нашего «Млечного пути». Погрузившись в плотную туманность, пролетев ещё некоторое время, мы наткнулись на целый ряд больших молодых звёзд. Вообще-то это была огромная, очень плотная звёздообразующая туманность, где рождаются новые светила, где происходит концентрация материи, из которой появляется новое скопление. Мы ещё долго летели внутри этой туманности, но уже с небольшой скоростью. Дрейфуя по инерции между звёздами, экономя свою энергию. Саша с Ксенией давно, что-то обсуждали, к ним чуть позже присоединился Геннадий. По их лицам и эмоциям, было видно, что они активно обговаривают какой-то вопрос, подходя к нему со всех сторон. Я, не выдержав, вмешался: «Мне на вас глядя со стороны, – произнёс я, – стало интересно, что это вы так тщательно и усердно «перетираете» межу собой». Они мне по очереди выдвинули свои предположения о возможности перехода в свою галактику через черную дыру. Высказывание их я одобрил: «Да, мы здесь гости и наши организмы не приспособлены к длительному пребыванию в «Магеллановом облаке». По всей видимости, придётся «нырять» в этот ужасный энергетический омут». Мы этот вопрос сразу вынесли на обсуждение с молодёжью. Они были радикально настроены на возврат домой, в свою галактику, любым путём. Да и я, собственно говоря, над этим давно задумывался. Ведь другого у нас пути к реализации этого вопроса не было. Для нас оставалась одна возможность, это переход сквозь червоточину чёрной дыры только таким путём можно решить эту проблему.

Злата усиленно искала в рентгеновском диапазоне активную чёрную дыру, комментируя свои мысли вслух: «В оптическом диапазоне её плохо видно, а нам она нужна большая и полноценная. Да и времени, собственно говоря, на длительный поиск нет». Просматривая ближайший космос по кругу, Злата постепенно расширяла кругозор в пространстве, продолжая при этом рассуждать: «Как раз это плотная туманность в которых, как обычно и водятся эти дыры». Через время она с возгласом победителя, крикнула: «Есть! И довольно-таки большая, в этой туманности на расстоянии почти в одну десятую парсека, в скоплении вон тех молодых звёзд». Она указывала рукой в иллюминаторы, на большие яркие светила. Саша, на мгновение, призадумавшись, подтвердил: «Надо всё-таки лететь через эту коварную дыру, ведь расстояние в сто шестьдесят тысяч световых лет по-другому мы никак не сможем преодолеть. А оставаться нам здесь никак нельзя. Условия жизни в этой части космоса нам этого не позволяют».

Вероника, откорректировав курс, начала набирать скорость. «Одну десятую парсека мы пройдём без входа в червоточину, это не так далеко», – прикинула она. Мы еще раз, обсудили наши дальнейшие действия, время пока было. Решили постепенно готовить нашу новую ещё не опробованную нами аппаратуру прохода сквозь дыру. Достав инструкцию и описание, начали их настойчиво изучать, стараясь ничего не пропустить. В голове постепенно всплывали все

пояснения и рассказы, тех, кто нам это оборудование устанавливал. Датчики тёмной энергии показывали, что внутренняя часть резервуара была полностью заполнена. Проверив всю нашу аппаратуру и наличие двух трубчатых мачт, вынесенных по бокам передней панели корабля, их исправность, мы немного успокоились. Но волнение и тревога продолжали нарастать с каждой минутой пройденного времени и пути к опасной дыре. А время неумолимо шло, невзирая на наши волнения. С каждой нарастающей минутой приближения к дыре мы не находили себе место. Вдалеке появились признаки червоточины. Это был густозаселённый район. Но на небольшом участке, где именно находилась черная дыра, было пусто. Злата, поглядывая на неё, заметила: «Видно вокруг себя успела всё сожрать. Ты посмотри на неё какая она всё-таки ненасытная». Злата вывела всё изображение в рентгеновском диапазоне на большой монитор.

Впереди нас находилась во всей своей жуткой красе быстро двигающаяся, с огромной скоростью вращения большая чёрная дыра. Мы мирно некоторое время наблюдали, любуясь этим зрелищем. Но иногда бежал «мороз по коже», когда мы понимали, что нам придётся туда падать. Мы, стараясь отвлечься, как по команде принялись за работу, подготавливая всю аппаратуру. Проверяя датчики и телескопические трубчатые мачты по бокам лобной части корабля для выброса тёмной энергии при полёте. Злата, повторно обращаясь к нам, заявила: «Давайте ещё раз всё проверим, потом будет поздно. Когда пройдём границу горизонта событий, будет точка невозврата для любого вещества, падающего в центр диска этой черной дыры. Этот ужасный процесс жуткого падения обязательно коснётся всех нас».

Проверив всё ещё раз, все опять собрались на командном пункте. Я настойчиво напомнил: «Повторяю ещё раз, чтобы потом не было паники и «непонятки». Гравитация черной дыры очень большая, тем более что она такая громадная». «Но мы не будем резко падать в центр. Минуя точку невозврата – это когда вторая космическая скорость превысит скорость света. Но огромная гравитация замедлит время падения нашего корабля. Чем больше в диаметре дыра, тем медленнее время. Падая в дыру, корабль сильно замедлит своё движение. Всё что пересечёт границу сингулярности этой дыры, возврата не имеет. Последний раз спрашиваю, вы все сейчас готовы рискнуть? Чтобы вернуться в своё космическое пространство». Все как один ответили молчаливым согласием, кивая головами. «Ну, тогда начнём», – тихо сказал я. Артём мне тут же задал вопрос: «Так получается, что чёрная дыра является», – не дождавшись завершения вопроса, я тут же ему ответил: «Да она является одним из самых больших естественных проколов пространства времени, то есть природной червоточиной. Чем больше дыра, тем дальше во времени и пространстве она связывает реальные точки между собой. Она я так понимаю, создана природой для баланса материи и энергии, как обычной, так и тёмной во всей вселенной. А может и между ними, то есть между различными вселенными. Ну, это уже касается, скорее всего, огромных чёрных дыр в центре спиральных галактик, которые иногда достигают размеров в один парсек и больше. Ведь обрати внимание, кроме этих чёрных дыр, поглощающих материю, есть белые дыры, которые выбрасывают эту же материю, превратив её в энергию. Я так предполагаю, попав в эту дыру, если всё пройдёт гладко, мы вынырнем из белой дыры, где-то я думаю в нашей галактике. Нам главное удержаться, двигаясь строго по центру этого тёмного прохода. Иначе нас чёрная дыра, как и всё остальное, перемолотит и превратит в энергию, разложив на элементарные частицы». «Дай то бог пролететь нам и остаться живыми и невредимыми», – в конце моих слов, проронил Александр.

Мы все разошлись по своим местам. Саша сел в кресло за пульт подачи тёмной энергии, подготавливая и прогревая аппаратуру. Вероника быстро выруливала, барражируя высоко над центром чёрной дыры. Злата долго высчитывала курс, для ручной корректировки на случай отказа автомата центровки и движения корабля точно к центру дыры. Ксения приготовила аннигилятор, на случай если нам вдруг будет мешать какой-нибудь заблудший астероид или осколки, случайно попавшиеся нам на пути. Все остальные сидели, молча, ожидая своей участи. Ведь нырнуть в такой энергетический омут, где даже по бокам сверкают огромной мощности разряды не то, что страшновато, а ужасно жутко, «мороз по коже пробегает». Задумываясь над тем, что физически жить мы здесь не сможем, из-за различия в мерностях. А, ещё вспоминая их рассказ, я пояснил всем, что один экипаж корабля уже проходил с этим оборудованием сквозь черную дыру и, по-моему, всё произошло удачно. Сопоставляя все факты за и против, мы все как один склонились к риску, да и дома давно не были. В гостях хорошо, а дома всё-таки лучше. Все со страхом в глазах, ожидая чего-то плохого, нервно переглядывались. «Ну, с богом!» – промолвил громко я. Нервное напряжение у всех дошло уже до критического состояния. Вероника, разворачивая корабль, выходила на центр огромного аккреционного диска чёрной дыры, постепенно передавая управление кораблём автомату центровки. Она, контролируя работу нового, ещё не опробованного аппарата, в любую секунду готова была взять на себя, в случаи отказа электроники полноправное управление нашим кораблём. Подменив полностью вышедшую из строя аппаратуру. Нам необходимо было пройти точно посредине глаза. Это есть самое безопасное место в этом страшном «плазмовороте». Вспоминая строение циклона на нашей Земле и его глаза, где все динамические силы его сводятся к нулю. Где атмосферное давление всегда было в норме и, как правило, стояли хорошие погодные условия. По-другому выражаясь, центр чёрной дыры можно сопоставить с глазом циклона на Земле. Фактически разница только в мощности, в скорости вращения и огромной массе. Вся аппаратура центровки корабля относительно средины дыры работала исправно. Выводила наш звездолёт на верный курс. Мы выходили на ось вращения большого аккреционного диска. Заходили мы на центр этого природного монстра, быстро опускаясь перпендикулярно вращению огромного диска. Как её назвала Ксения: «Это бездонная пропасть поглотитель любой материи и энергии, это настоящая обжора не брезгующая ничем». Геннадий все события фиксировал на свою видеокамеру, стараясь поймать в свой объектив самые интересные и захватывающие моменты этого страшного погружения в тёмную пучину.

Вращающийся диск настойчиво приближался наезжая на нас своей огнедышащей массой. Александр с Ксенией готовили, прогревая всю свою аппаратуру. Мы же с ужасом в глазах и с замиранием сердца наблюдали за быстро происходящими событиями. Корабль, приближался к самому центру природной червоточины. Вращением его начало потихоньку раскручивать.

Мы уже являлись как бы осью вращения всего горячего диска огромной черной дыры. Вдруг неожиданно рядом возле корабля появились четыре больших и острых обломка каменных глыб. Их хорошо было видно на большом мониторе за кормой корабля. Откуда они появились мы так и не поняли, видимо сильные переживания происходящего момента отвлекли внимание. Всем было не до астероидов в это время, никто не наблюдал, что происходило сзади вдалеке от двигателей нашего корабля. Хаотически быстро вращаясь, астероиды, угрожая кораблю, явно двигались в нашем направлении, догоняя нас с большой скоростью. По все видимости, перед тем как попасть в объятия чёрной дыры они уже имели огромную скорость полёта.

Гена не теряя времени, активировал кормовую ракетную установку, развернув её на сто восемьдесят градусов, приготовился к атаке. Саша, поглядывая на большой монитор обзора

сзади нашего корабля, настаивал: «Необходимо их как можно быстрее уничтожить. Иначе они нас догонят, скорость-то у них намного больше. Ударив по корме, они точно развалят нам все наши двигатели». Геннадий, приготовив ракеты, произвёл пуск двумя залпами по четыре штуки. Направив их по две в каждый астероид. Но все ракеты тут же, не успев вылететь из установки, повинуясь силам мощной гравитации изменив заданный курс, увеличивая скорость, ушли куда-то в сторону горячего аккреционного диска. Превратившись без взрывов в яркий поток энергии. Тем временем астероиды, опасно приближаясь, вырастали в своих размерах, догоняя нас. Ксения не растерявшись, разминая руки, уселась в своё боевое кресло. Хорошо хоть её аппаратура была готова к стрельбе. Направив свои четыре аннигилятора в сторону каменных идолов, нажала на педаль пусковой гашетки. Четыре ослепительно ярких потока антивещества вырвавшись на свободу моментально атакуя коллапсировали уничтожив всех. Молниеносно стянув одной яркой вспышкой всю совместную массу в одну еле заметную точку. При этом быстро бесследно исчезнув. Ксения, удивлённо произнесла: «Вы обратили внимание, какой яркий был поток антивещества. Скорее всего, это на него оказывает огромное воздействие очень сильная гравитация, увеличивая его мощь и возможности в несколько раз».

Этот очередной стресс нас немного отвлёк от всех остротекущих событий. Все своё внимание опять сосредоточили на опасном тёмном объекте. Мы к этому времени погрузились уже довольно глубоко. Попав в «водоворот» всех событий, вовлекаемые динамикой вращения диска, мы поняли, возврата назад уже нет. Сам глаз чёрной дыры или сердцевина составляла почти одну треть всего вращающегося диска. Остальные две третьи его – это была насыщенная энергией раскаленная плазма. Постепенно темнеющая, переходя к дальним границам чёрной дыры в горячий газ и тёмную пыль. Окраина глаза состояла из синеющей тёмной материи и сингулярной перетекающей массы энергии, проходящей сквозь эту дыру. Часть поглощаемой энергии переходила в диск, обильно обогащая раскаленную плазму энергией. Постепенно увеличивая большую массу чёрной дыры и огромного окружающего её энергетического диска. Тем самым быстро умножая неизмеримо нарастающую гравитацию. Остальная часть энергии погружалась в тёмный глаз дыры. Вся эта вращающаяся система по периметру была упакована в мощную систему небольших «Гало» облаков. То есть весь этот диск имел продолжение, которое состояло из тёмной материи. Эти «Гало» облака раскручивали и без того очень мощный гравитационный диск. Двигаясь всё быстрее и быстрее к центру глаза тёмного диска. Мы наблюдали в иллюминаторы, которые смотрели прямо в центр этого омута. Как частички материи, пыли, различные мелкие обломки, плотный газ, всё, чем была заполнена эта тёмная туманность, выстраивались как по команде в один широкий поток. Эта масса вещества, двигаясь к окраинам глаза, нагревалась, превращаясь в энергетическую плазму.

Опускаясь ещё ниже, вся эта раскалённая масса энергии быстро погружалась в темный сингулярный поток. Откуда луч света уже вырваться не мог, который в итоге падая, сливался с окраиной глаза дыры. По всему огромному диску, от раскаленной плазмы, до потемневших окраин постоянно, то тут, то там происходили пробои мощных разрядов энергии, озаряя весь диск. Огромный коловорот приближался, медленное совместное вращение не увеличивалось, как бы замерло в своём равномерном беге. Мы вращались вместе с диском, как одно целое. Богатый окружающий звёздный пейзаж начал быстро искажаться и меркнуть. Изображение постепенно начало таить, мы перестали видеть и ощущать присутствие мерцающих звёзд. Один раскаленный диск светил по окружности в иллюминаторах, а посредине была тёмная мгла. Саша включил аппаратуру подачи тёмной энергии и перехода сквозь сингулярную сердцевину чёрной дыры. Мы, двигаясь, начали интенсивно увеличивать скорость свободного падения.

Саша через две большие телескопические мачты подачи тёмной энергии продолжал обильно выбрасывать энергетическую розовую субстанцию. Эта вся энергия продолговатым облаком собиралась вокруг обшивки нашего корабль. Облако розовой субстанции двигалась вместе с нами. Ей просто некуда было деваться. Со всех сторон окружая её, сжимала огромная сингулярность, но фактически на это всё и было рассчитано. А она как мы знаем стремиться освободиться от любой гравитации. Тёмная энергия, всем своим объёмом под воздействием внешнего огромного давления прижимаясь к внешним стенкам, окружила плотным облаком корпус нашего корабль. Она стремилась как можно ближе держаться к его поверхности. Сама того, не понимая, что очень хорошо и качественно оберегает весь наш корабль от излишнего давления и очень сильной гравитации. Тем самым, давая возможность нам невредимыми пролететь сквозь эту страшную червоточину. С каждой секундой скорость падения росла. Я, не выдержав, произнёс: «А по нашим ранним наблюдениям она должна замедляться, а здесь, наоборот происходит. Видимо то, что мы обозревали перед погружением, не соответствует процессам, происходящим здесь, в этой сингулярной зоне, в самом преддверии чёрной дыры». Вращение как таково, перестало ощущаться, вся вселенная для нас перестала существовать.