Чтение онлайн

 - Ах, вот ты где! – раздался гневный голос откуда-то сзади, дверь широко распахнулась, в комнату вошёл высокий мужчина с бородой. В глазах его пылали молнии. – Николас, чёрт бы тебя побрал! Совсем нечего делать?!

 - Папа… - растерялся от неожиданности мальчик.

 - Негодный мальчишка! – рассвирепел отец, схватил больно за ухо и вытащил из-за стола, затем толкнул хорошенько в коридор, что ещё несколько метров Николас по инерции проскочил быстро. Едва не убегая. На глаза навернулись слёзы – он знал, чем это обычно заканчивалось. Сердце бешено стучало. Застали врасплох… И невольно мальчик содрогнулся при виде ремня и прутьев, зловеще висевших на стене. Да, читать по ночам вредно.

Отец вернулся вскоре, и дал сыну по щеке. Это было хуже розог! Дикая душевная боль прожигала всё тело насквозь, но, в общем-то, он был виноват в этом сам. Придя в комнату, Николас забился в угол, отрешённый, боясь гнева собственного отца, который в любую минуту может повториться. Страх и ужас объяли всю сущность, гипнотизируя сознание.

Николас резко открыл глаза. Тихо тикали часы в комнате, а тёмная пелена ночи уныло покрывала комнату. Он вновь оказался в маленькой комнате в Праге. Когда глаза стали привыкать к темноте, он разглядел стопку книг на столе. Поднявшись с кровати, он взглянул на часы и вздохнул. Больше уже он не мог спать этой ночью. До утра так и пришлось занимать себя чем угодно, кроме сна – он чувствовал себя в какой-то миг бодрым жаворонком, что однажды ему уже и подметил Гай.

Начинался выходной, и ещё не скоро на улочке Праги стали появляться люди, больше думающие о том, как и когда лучше выспаться. Зато через форточку проходил прекрасно запах ароматного кофе, который ветер нёс откуда-то с соседней улицы. Вот раздался звон какого-то колокольчика и чей-то приветливый голос, что серб не удержался и выглянул в окно. Удивлению не было предела, когда он увидел Гая, рассекающего на своём велосипеде и медленно подъезжающего к своему дому. То и дело он с кем-то здоровался, потом взглянул вверх и подмигнул правым глазом Николасу.

 - Пока ты спал, я уже и хлеба закупил, и Тима выгулял, и газетёнку нам приберёг. Вот. Только вот не надо пугать, что ты якобы всю ночь не спал, но никаких шумов о моём уходе или приходе не услышал, - усмехнулся Гай, когда уже вошёл в квартиру. – Сегодня нам предстоят опять великие дела, и отсидеться дома тебе не удастся – как ты не прячься и не вжимайся в стенку. И вообще, хватит дуться – бери пример с меня, давай делай бутерброды с маслом – поверь, они помогают держать жизненный тонус и не раскисать по пустякам, а то я смотрю, это последнее очень модным стало, никак не выведешь её.

Он присел на стул, вытянув вперёд ноги, да так удачно, что теперь весь проход был на кухню перегорожен. Не ведая об этом, легко и беспечно, Гай достал своего любимого белого хлебца, налил в чашку уже отваренного им кофе и принялся устраивать себе поздний завтрак. Увидев мнущегося у входа Николаса, он небрежно махнул ему рукой, поднялся и вынул на стол довольно аппетитные на вид булочки – купленные тут же, за углом, где располагалась прекрасная пекарня. Когда серб присел рядом, Гай, запив очередной бутерброд крепким кофе, принялся посвящать его в свои коварные замыслы по поводу проведения этого дня:

 - Сегодня такой прекрасный день может удаться – ты слышал, что сказал Вингерфельдт. Хоть сегодня можно нагрянуть к нему на работу. Вот этим-то мы и займёмся, в конце-концов, это моя обязанность – познакомить тебя со всем нашим персоналом состоящим из шалопаев и завсегдатаев. Так что доедай поскорее – а то пропустишь самое важное в твоей жизни.

 - Разве сегодня не воскресенье? – приподнял удивлённо брови Николас.

 - Ах, в нашей компании время идёт совсем другим ходом – мы отдыхаем, когда все работают, и работаем, когда все отдыхают. Зато так тише и спокойнее. К тому же, для многих работать в этом коллективе – уже немалый отдых. Так что всё для нас складывается вообще прекрасно. И наконец, запомни туда дорогу – второй раз я тебя уже не поведу. И не повезу, как не проси.

Они вышли быстро из дома, причём обделённый вниманием Тим ещё долго скрёбся в закрытую дверь, пока на него холодным тоном не гаркнул Гай, после чего пёс по ту сторону двери вздохнул и так и остался сидеть на половичке.

Сделав все дела, они со спокойной совестью вновь принялись петлять от улицы к улице, пока не вышли в какой-то широкий квартал, где пространство чувствовалась повсюду. Среди стареньких пражских домов с их красными крышами хорошо возвышалось вверх сооружение, не лишённое архитектурных изысков, но явно чем-то отличающимся ото всех.

Это здание было отмечено сербом в тот раз, когда он чинил здесь электромотор. Как и подумал Николас, это и оказалось то самое здание, принадлежавшее компании Вингерфельдта. На здании даже висела памятная табличка, сделанная явно со вкусом, на которой и виднелось имя компании, сделанное красивым готическим шрифтом, что перепутать это здание с каким-либо другим было просто невозможно в принципе.

Гай толкнул калитку, но она явно не поддалась ему, рассчитывая на большее применение силы. Что-то буркнув себе под нос, он довольно тяжеловато всё-таки открыл её, тут же смотря по сторонам – пытаясь разгадать этот забавный феномен с тяжёлой дверью у входа в здание компании. Николас тоже стал оглядываться по сторонам, но оба так и не нашли ничего, что могло послужить разгадкой этому странному феномену. Глаза им открыл сам Вингерфельдт, взявшийся из ниоткуда, как чёртик из табакерки. Гай тут же поспешил на него нажаловаться, особо не стесняясь в выражениях:

 - Мне кажется, такому гению как ты, можно было придумать вход в компанию и получше. В конце концов, чем тебе помешал старый вход? Где советы от меня? Меня игнорируют? Я уже не нужен?!

 - Ну, кто ж тебе сказал такую ересь, Гай? Уж не этот ли молодой человек? Хм, на мой взгляд – устройство просто гениальное. И имеет особую коммерческую выгоду. Иначе бы я не стал усложнять жизнь членам своей организации, или как ты её называешь, «банды лиходеев». Каждый, кто приходит ко мне в здание, накачивает в бак двадцать литров воды. Мне кажется, калитка сконструирована просто гениально. Она соединена с насосом домашнего водопровода…

 - Хитрец! – фыркнул Гезенфорд. – У тебя и воздух скоро даром пропадать не будет, и на нём ты сделаешь себе нехилое состояние…

 - А что, хорошая идея! – густые брови слегка приподнялись. – Я уже давно подумывал над тем, чтобы продавать у нас воздух, скажем, из какого-нибудь Тибета, завозить его в Прагу и продавать. Люди будут дышать свежим воздухом, кроме того, это полезно для здоровья, чёрт побери! Да, пока ты держишь калитку, Гай, там вода всё ещё набегает вверх. А от избытка она имеет свойство выливаться, как ты знаешь. И мускулы тем самым наращивать себе не надо. Заходи.

Николас и Гезенфорд вошли в здание, а Вингерфельдт тут же поспешил исчезнуть в неизвестном направлении, предоставив право экскурсовода вице-директору компании. Они оказались в широком фойе, в котором, не смотря на выходной, сновало множество людей, всяко-разных, интеллигентно одетых. Но всех их объединяло помимо одежды – темы разговоров. Они не обратили внимание на двух появившихся в проёме людей, а куда-то организованной толпой направились. Тем самым, пробка рассосалась, и они спокойно смогли пройти вперёд. Оба завернули за угол, прошли через узкий коридор и оказались в довольно небольшой зале, в которой работа кипела, не прекращаясь. Множество столов, понатыканных на таком узком пространстве, применялись для самых различных целей. В воздухе висело напряжение и жар коллектива, но внешне люди были абсолютно спокойны.