Чтение онлайн

Стражники уже исчезли, объятый волнением Белик не сообразил заметить — куда. Он дал монетку прибиравшемуся в зале слуге и устроился поближе к очагу. Тот давно прогорел, но не успели ещё подёрнуться золой оранжевые угли. Белик улёгся на лавку и приготовился погрузиться в сладкие мечты, когда здоровая молодая натура победила, и вместо этого студент натуральной магии провалился в глубокий сон.

Рыжие за день не перетрудились и охотно поднялись в галоп. Звонкий топот отлетал от стен домов, плясал над дорогой, а когда вырвались из села на просторы полей, погнал тишину прочь.

Светили только звёзды с небес, но глаза уже притерпелись, и Марилев неплохо различал окружающее. Впереди темнела роща, а то и лес, дорога втекала в сумрачный строй притихших безлистных деревьев. Разбойники, конечно, не поджидали за первым же кустом, но совсем сбрасывать их со счетов тоже не следовало. Кроме того беспокоил поднимаемый шум. В морозном воздухе звуки вообще разносятся далеко, а подкованные добрым железом кони издают их немало.

Едва деревья обступили со всех сторон, как Марилев натянул поводья и поехал шагом, а потом и совсем спешился. Ирре тоже хотела спрыгнуть с седла, но он прикрикнул на неё с суровостью командира, ведущего свой отряд по неприятельской территории. В сущности, так и было. За пределами села простирался неизведанный мир, и каждый куст мог таить опасность.

Дорога впереди лежала плоская и открытая, оставаться на ней не стоило. Марилев, ведя в поводу обоих коней, свернул в заросли. Под деревьями казалось теплее и темнее, хотя голые ветви не обещали защиты, как от ветра, так и от звёздного света.

Ирре послушно пригибалась к конской шее, когда попадались низко нависающие сучья. Она вела себя благоразумно и хотя ночь явно страшила ее, как и высота навеса там, в заднем дворе, испытания переносила терпеливо.

Время от времени Марилев останавливался, чтобы прислушаться, но преследователи оказались то ли неоправданно хитры и сумели приглушить шум своего передвижения, то ли просто не рискнули пуститься в ночную погоню.

Последнее с одной стороны внушало надежду, с другой тревожило. Четверо всадников могли быть осведомлены об опасности местных шаек лучше проезжих кадетов.

Как и всякий человек, выросший в деревне, Марилев умел определять путь по звёздам. Держать направление на юг не составляло для него труда. При этом он старался не удаляться от дороги. В лесу могли встретиться препятствия, преодолеть который без твёрдого пути было бы сложно. Именно там и следовало ожидать засады, но Марилев решил пока не тревожить себя этой заботой.

Ирре дрожала от холода или страха, но не жаловалась. Марлев отдал ей свой плащ.

— Те люди, что прибыли на постоялый двор следом за нами не решились на погоню или просто убедились, как трудно отыскать кого-то в ночной тьме, — объяснил он Ирре, чтобы её успокоить. — За лесом наверняка есть фермы, вполне вероятно, что мы отыщем там ночлег.

— А разбойники?

Может быть, они отдыхают в своих берлогах до весны? Что за радость лиходейничать в такую стужу, да и страже нетрудно прочесать зимний лес, видный насквозь.

— Какой смысл торчать здесь ночью, когда все добрые люди спят в своих постелях? — рассудительно произнёс Марилев, пытаясь убедить не только Ирре, но и себя. — Выгоды не отыщешь на пустой дороге, а мы просто будем понемногу ехать вперёд. Набредём на жильё и там дождёмся обоза.

— Думаешь, нам безопасно путешествовать с ним дальше?

— Ирре, я не берусь судить о том с каким упорством эти люди готовы тебе преследовать. Если это вообще те люди, которых надлежит опасаться.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила девушка.

Голосок тонкий, да ещё дрожит. Марилев сообразил, что сам напугал её ненароком. Осторожнее надо выбирать слова, она и так натерпелась. Он попытался представить себя девушкой ночью в лесу на рыжей лошади и в компании парня, который вроде неплох, но кто знает, когда ему надоест её защищать. Нехорошее ощущение. Тяжкое. Как бы убедить Ирре, что он не оставит без поддержки. Побратимов в беде не бросают, да и просто так тоже.

— Ты успела разглядеть кого-нибудь из них? Мне показалось, что это люди другого полёта, не из той компании, что хочет тебя приневолить. Повадка их мне знакома, а затеявшие дурное дело ведут себя иначе.

— Я видела, но никого не узнала.

— Вот и посещает меня мысль, что устрашились мы не тех, кого следовало. Что ж, будем надеяться, что обошла нас стороной новая беда, даже если не отвязались от старой.

Ирре промолчала, и Марилев дальше повёл в поводу обоих коней.

— Я сумею тебя уберечь, — сказал он, обернувшись, чтобы тихие слова достигли девичьих ушей. — Я и мечом неплохо владею и на кулаках меня Белик учил.

Показалось или она улыбнулась? Разве под маской и двумя плащами разберёшь?

— Спасибо.

— Только не дрожи и не бойся. Ночь нам друг сейчас, а не враг, она уютна и позволяет оставаться невидимыми, ну почти.

Марилев замолчал, потому что зорко озирать дорогу тоже было полезно для дела общего спасения. Лес то сгущался, и приходилось осторожно пробираться сквозь чащу, то редел и просвечивал так, что становилось не по себе. Когда впереди наметилась совсем лысая поляна, Марилев невольно придержал коней, не решаясь вот так сразу выйти на звёздный свет.

Отдалённый шум подсказал ему, что поступил правильно. Звук отражался от деревьев, дробился, частично лес его гасил, но даже на значительно расстоянии Марилев понял, что встречь их движению скачут всадники. К частому стуку копыт не примешивался скрип тележных осей, грохот колёс по твёрдой дороге.

Ирре припала к конской шее, подобралась в седле, словно стремясь сделаться меньше, Марилев огладил тёплые морды: совсем рыжую и с проточиной, ласково заговорил, успокаивая лошадей. Они пока вели себя смирно, только насторожили уши, да чуть более нервно стали жевать удила.

Звук приближался и скоро на дороге, неплохо видной с этого места показалось тёмное пятно. Марилев невольно проверил, легко ли вынимается меч, и пожалел, что не взял с собой лук или арбалет. Сражаться с группой нелегко, но что они делают здесь ночью в лесу? Разбойникам выгодно вести себя тихо, а честные люди не скачут без нужды галопом, сотрясая округу и загоняя коней.

Кавалькада пронеслась мимо. Марилев всеми силами старался успокоить своих лошадей, которые не слишком уверенно чувствовали себя в лесу и жаждали присоединиться к скачке, но успел разглядеть достаточно.

Облачение и оружие выдавали в этих людях рыцарей большой дороги. Такие маленькие шапки и меховые куртки без рукавов носили только они. Одежда, которая хорошо грела и не мешала скрываться в лесу, скакать или бежать среди деревьев. Вооружены неплохо, если не сказать хорошо, их четверо. Что же могло напугать до такой степени, что у лошадей пена летела с удил, а возможно и кровь.