Чтение онлайн

— Выходи сей же час, — потребовала девушка, остановившись прямо перед дверью.

Услышав ее голос, с печной лежанки спрыгнул огромнейший пушистый черный кот, который уставился своими желтыми глазами на испуганного юношу и грозно зашипел. Шерсть его вздыбилась, отчего котяра стал похож на большой пушистый шар.

— Или ты меня испугался? — стала дразнить Йошку девушка.

Юный королевский следователь не смог стерпеть подобного издевательства и тут же вышел из лачуги, представ перед незнакомкой. Он покраснел словно вареный рак, отчего девушка звонко засмеялась:

— Вот так герой!

Возлюбленная Йошки смеялась с таким задором и столь заразительно, что юноша сначала нехотя, а затем все сильнее и сильнее засмеялся ей в ответ.

— Да, здорово же тебя ухват огрел, — прекратив смеяться, посочувствовала незнакомка, подойдя к Йошке и поглаживая теплой рукою довольно внушительную шишку, успевшую уже вырасти у него на лбу. — Пойдем в дом, я тебя полечу, — предложила она, бесстрашно входя в логово злой колдуньи.

— Осторожно, там… — успел крикнуть ей вдогонку Йошка и тут же понял, насколько он ошибался, когда счел, что в такой лачуге непременно должна жить старая злобная колдунья, пожирательница одиноких заплутавших путников.

Черный кот, тот самый, что так сильно напугал Йошку, когда тот полез было на печку, выскочил из дверей и стал радостно тереться о босые ноги хозяйки.

— Привет, Пушок, — ласково сказала девушка, погладив котяру по голове, отчего тот блаженно заурчал. — Не напугал ли ты этого юношу? — спросила она, краем глаза лукаво поглядывая на Йошку.

Хозяйка лачуги вошла внутрь, приглашая юношу следовать за ней. Йошка, едва войдя, тут же уселся на лавку. Быстро затопив печь, девушка поставила небольшой горшок с водой, в который насыпала каких-то трав, кореньев, все это перемешала, ловко сцедила в чистую тряпицу, завернула и подала юноше.

— Вот, приложи к шишке. Все как рукой снимет.

— Да ладно, так пройдет, — начал было отнекиваться Йошка, которому, что явственно читалось по глазам, было чрезвычайно приятно то внимание, которое ему оказывала столь красивая девушка. — А как тебя зовут? — поинтересовался он у незнакомки, заботливо перевязывающей ему голову.

— Катаринка. А тебя?

— А меня Йошка. То есть Йозеф, — поправился юноша, вспомнив о важной миссии, с которой он прибыл в Городок. — А ты здесь совсем одна живешь?

— Совсем одна.

— И тебе не страшно? — неожиданно вырвалось у Йошки помимо его же собственной воли.

Катаринка звонко засмеялась:

— Кого же мне бояться, скажи на милость? Люди из города сами меня боятся, хоть и приходят за помощью. Они считают меня колдуньей, — гордо добавила девушка. — Как, впрочем, и ты.

Йошка опять покраснел:

— Вот еще глупости. Я пока что не пришел ни к какому определенному мнению, — добавил он, вспомнив, что именно так говаривал аптекарь, пан Ванек, когда изготавливал микстуру от кашля, а получал совершенно новое лекарство.

— Ну-ну, — смеясь, сказала Катаринка. — Тогда пойди и посоветуйся со своим мастером. Кстати, я видела его ранним утром идущим из домика алхимика в сторону трактира. Совсем как пан Новотный. Тот точно так же ходил каждое божье утро в трактир.

— Откуда ты знаешь, что пан Платон мастер? — изумленно спросил Йошка.

— Так ведь мастера сразу видно, — простодушно ответила Катаринка. — Ну все, тебе пора идти.

Она чуть не силком выпроводила влюбленного юношу за порог, правда, на прощание поцеловав его в щеку.

Йошка, вдохновленный поцелуем, словно бы на крыльях долетел за считанные минуты до постоялого двора. Он вбежал в залу трактира и сразу же увидел сидевшего на их обычном месте пана библиотекаря, в задумчивости курившего трубку и глядевшего прямо перед собой. Заметив севшего на скамью прямо перед ним юношу, Платон улыбнулся своей обычною доброй улыбкой:

— Прости, сын мой, что оставил тебя одного, но ты так сладко спал, что грех было будить тебя.

— А вы, учитель, похоже, совсем не спали, — заметил Йошка, ухватывая лежавший на столе кусок хлеба и с жадностью поедая его.

— Да, и в этом кроется сущность разницы между молодостью и возрастом, — философски заметил мастер. — У тебя крепкий сон и отличный аппетит, по всей видимости еще и нагулянный в лесах, что за садом.

— Точно, — изумился догадливости учителя Йошка.

Пан Паливец лично вышел к постояльцам и поставил перед ними миски с дымящейся гречневой кашей и мясом. Юноша с жадностью набросился на еду, в то время как Платон лишь отщипывал пальцами мякиш от хлеба и медленно жевал, глядя в пустоту.

— А ведь вы были правы, учитель, — насытившись, сообщил Йошка. — Если смотреть на выстроенный вами не далее как вчера на этом самом столе план, то напротив пивоварни в лесах, что за садом, стоит лачуга одной колдуньи. — Тут влюбленный юноша сильнейшим образом покраснел.

— Да? Это хорошо, — медленно проговорил пан Платон Пражский, совершенно не замечая то смущение, кое вызывало в юноше упоминание им о хорошенькой колдунье. — Ты насытился? — неожиданно спросил он у своего помощника.

Тот закивал. Мастер встал из-за стола, кинул несколько монет и твердым шагом человека, решившегося на что-то очень важное, вышел из трактира. Йозеф, прихватив краюху хлеба, кою он предусмотрительно посыпал обильно солью, пошел следом. Платон направлялся к центру Городка, туда, где на площади, сверкая в лучах утреннего солнца, блистал всеми цветами радуги и искрился фонтан. Горожане провожали настороженными взглядами королевских следователей, о прибытии которых им уже давно стало известно, низко кланяясь им, а после того как мастер и ученик проходили мимо, тут же обсуждали цель прибытия столь важных особ, таких важных, что даже сам бургомистр обязан подчиняться следователям. Но Платон, совершенно не замечая ничего и никого вокруг, шагал себе к площади, с одной стороны которой красовалось здание ратуши, а с другой — костел.

Йошка так же, как и его учитель, совершенно не замечал того, что творилось вокруг него. Удивительное дело, как все вокруг разом переменилось, думалось юноше. Как изменился Городок и его обитатели, причем в лучшую сторону. Солнце в небе светило ярче, птицы над головой пели веселее, а лица горожан казались влюбленному ученику привлекательными. Даже грязная лужа в канавке, что тянулась вдоль дороги, и та в мгновение ока преобразилась в чудесное подобие озерца. Вот какие чудеса порой совершает с миром любовь, друзья мои!