Чтение онлайн

– Ты их знаешь?

– Нет. Я, конечно, знаю многих скупщиков краденного. Почти все они ходят лечиться ко мне, а не к шарлатану из нижнего города. Но покупатель на камни жрецов - даже не могу представить такого. – Мумр от напряжения скреб шею и лицо. Исчесав все чуть не до крови, принялся за живот.
– Ну и задачу ты мне задал. – Он опять потянулся к камням, и тут же отдернул руку.

– Думаешь продать их не получиться? – где то в желудке потянуло холодком. Я аккуратно собрал камни обратно. Мумр, вскочил, побродил по комнате. Потом сел обратно.

– Не знаю, Семен, не знаю. С огнем играем. Как бы не поджариться. Деньги немалые. – Помолчал. Потом решительно хлопнул ладонью по колену.
– Ну да ладно. Нужно поспрашивать кой кого, поговорить, разведать информацию. И нельзя спрашивать в лоб, тут же сдадут страже или кому похуже. Надо тонко, незаметно.- Он вдруг успокоился, видимо приняв для себя важное решение. – Сделаем так. Ты отдыхай, набирайся сил. А я похожу, пообщаюсь с местными ловкачами и барыгами. Постараюсь найти покупателя. Камни пока спрячем. Есть у меня хороший тайничок в подвале. – Он протянул руку и схватил сумку, как ядовитую змею. Завязал и прижал к себе. И только тут опомнился. – Ты как – не против такого плана?

– Не против. Прячь. Ищи покупателя. У меня еще к тебе одна просьба.

– Какая?

– Посмотри, что у меня с головой. Кожа возле кольца так и чешется. Я снял капюшон и наклонил голову.

– Да я уже видел. Ты себе тут в кровь все разодрал. Аж коросты. – Он водил пальцами по коже, но к кольцу не притрагивался. – А нельзя его вынуть? Из долины ты убежал, зачем оно тебе теперь – одни проблемы.

Я дернулся так, будто он собрался вынуть кольцо прямо сейчас.

– Нет. Нельзя. – Меня затрясло как в лихорадке.

– Почему? Чего ты так испугался?

– Я видел что было с жрецом. Там, в долине. Его будто изнутри на части разрывали. Я точно этого не переживу. А у меня дело, и я должен его закончить. Так что тема закрыта, и не будем ее больше поднимать.

– Хорошо. – Мумр был явно не согласен со мной, но перечить не стал. – Я принесу тебе мазь. Не мою, не бойся, привезли из столицы. Дорогущая – ну да и пусть. Будешь мазать – точно пройдет. Не чеши только больше. Все, пошли обедать, завтрак ты пропустил. Впереди много дел.

Потянулись длинные, скучные дни. Мумр почти не появлялся. Днем он сидел внизу в лавке, принимая немногочисленных, но обеспеченных посетителей – и ход туда мне был строжайше запрещен. Многие болезни были до крайности надуманными, такими же надуманными были и лекарства. Ночами же он шатался непонятно где, общался с людьми, приходил под утро пьяный и злой, жевал какую-то мерзкую траву, чтобы не пыхать на больных перегаром, начинал пыхать чем-то кислым, травяным и молча валился спать. Я был предоставлен сам себе, и слегка этим тяготился. Не зная как еще убить время, я с утра до позднего вечера бродил по городу. Изношенный жреческий плащ я поменял на пустынную муфию. Ее капюшон хорошо скрывал кольцо, и она привлекала не столько внимания, как одежда из Храма. Случалось меня пытались остановить многочисленные в верхнем, и очень редкие в нижнем городе стражники. Придав лицу самое благочестивое выражение, я просто снимал капюшон, и меня отпускали. В оружейной лавке я прикупил пару кинжалов, и теперь не расставался с ними ни днем, ни ночью. Жить, имея на себе хорошо отточенную бронзу, стало намного спокойнее.

Так же удалось найти хорошего кожевника. Из тонкой кожи он сшил браслет-карман на предплечье, куда я спрятал второе кольцо. Теперь оно всегда было со мной, и при этом не разъедало кожу.

Проведя полгода в замкнутом пространстве долины, я не мог надышаться свободой. Я подолгу просиживал в портовых курманах, слушая байки рыбаков и пиратов. Иногда сам вступал в разговор, если тема меня интересовала. Некоторые из завсегдатаев уже узнавали меня и приглашали за свой стол. Не видя ужасного жреческого кольца и серой хламиды люди охотно со мной общались, принимая за простого наемника из пустыни. Вечно надвинутый на глаза капюшон никого не смущал. Чужие странности на этом острове никого не удивляли и не интересовали.

Однажды, забредя слишком глубоко в трущобы портового района, я чуть не вляпался в серьезные неприятности. Очередная исследуемая узкая улочка закончилась тупиком. Я повернул назад, в поисках другого прохода и понял, что попался.

Проход перегородила широко открытая дверь и два детины, на голову выше меня. Оба демонстративно держали в лапах корявые сучковатые дубины. У того что постарше из-за пояса торчала рукоятка плохонького бронзового кинжала. Вытаскивать его он не спешил. Дубина выглядела с его габаритами намного устрашающе. На обоих были лишь грязные штаны и толстенный слой грязи. От изодранных в лохмотья ушей и до широченных как лопаты ступней. Поначалу мне не было страшно, просто неприятно от ощущения замкнутого пространства.

– Господин, поделись монеткой с бедным человеком, кушать очень хочется.
– громила даже руку протянул ко мне, пытаясь изобразить нищего. Получилось плохо. Но это не помешало обоим громилам оглушающе заржать. Ломать комедию долго они не собирались. Второй сделал шаг вперед.

– Гони монеты, ублюдок пустыни. И побыстрей.
– Для придания веса словам он постучал дубиной по стене дома. Пора было с этим кончать. Я стянул капюшон, предоставив их взору знак моего статуса.

– Господа, давайте решим дело миром. Я сейчас уйду, и мы забудем об этой встрече.
– Я просчитался. Оба брата вздрогнули и слегка попятились, но дорогу не освободили. Тот, что постарше насупился, что-то решил для себя. Потом шагнул вперед.

– Гони золото, жрец. Нам плевать, что ты слуга богов, грехом больше, грехом меньше.

– Но, заблудший брат, а как же высший суд...

– Молчи. Молчи, тварь. До суда нам далеко, а деньги нужны прямо сейчас. Или отдай деньги сам, или я возьму их с твоего трупа. Мне без разницы!

От его крика заложило уши. Он судорожно и нервно перехватывал дубину, силясь взяться покрепче. Крепче было неуда, костяшки пальцев побелели от напряжения. Второй грабитель прижался спиной к стене и смотрел на меня насмешливо. Вот тут мне стало страшно. Я откинул полу и достал кинжал. Оба на мгновение напряглись, а потом первый бросился на меня, замахнувшись своей деревяшкой. Места для отхода и маневра было слишком мало - расстояние между стенами едва позволяло разминуться двоим. Как всегда в самый решающий момент тело сделало все само. Я прыгнул вперед и вниз, проскочил под опускающейся дубиной. Падая, я со всей силы резанул по голени противника чуть ниже колена. Завизжав, он выронил дубину, схватился за ногу. Если бы не стена, он бы сразу упал. Я начал подниматься, когда дубина второго опустилась на мою спину. Если бы я лежал, она сломала бы мне позвоночник, но я уже начал поворачиваться и она лишь скользнула по ребрам. Но даже от этого скользящего удара что-то во мне хрустнуло. Выронив кинжал, я опять растянулся в пыли. Решив, что со мной покончено грабитель перепрыгнул через меня, кинулся к вопящему напарнику. Я же собрав последние силы, вскочил и побежал.

Сзади раздался разъярённый рык, забухали тяжелые шаги. Я несся как ветер, заворачивая в повороты, сбивая бочки и ящики, но он нагонял меня. Я слышал поврежденной спиной, как стучит о стены его палка-переросток. Он, не переставая, покрывал меня бранью требуя, чтобы я остановился. Люди, завидев и услышав это, скрывались в дверях и накрепко их запирали. Нужно было что-то срочно придумывать. Завернув за очередной крутой угол, я резко развернулся, присел и вытянул руку с зажатым в ней вторым кинжалом. Я едва успел сгруппироваться, как громила вылетел из-за угла и с размаху напоролся животом на клинок. Падая, он успел схватить меня за шею. Мы покатились по утопающему в грязи и мусоре переулку. Его пальцы давили мою шею. Я хрипел и пытался крутить рукоятку кинжала, раздирая ему внутренности. Кинжал победил, утробно рыкнув громила брызнул на меня кровью и затих. С трудом выбравшись из под такой туши, я еще долго стоял держась за стену и хватая ртом воздух. Никто ко мне не вышел. Чуть поодаль я нашел кувшин с водой. Смыл грязь и кровь с лица, надвинул капюшон на голову и пошел искать другую дорогу в верхний город. Кинжалы я оставил в телах новых хозяев. Больше в трущобы нижнего города я не совался.

Раны оказались не опасны. Тугая повязка стянула ребра, на ссадины служанка Мумра наложила целебную мазь. Она же зашила дыры на плаще и отстирала кровь. Через два дня я был как новенький. Жалко было кинжалов, но торговец нашел мне точно такие же. А может, продал те же самые второй раз, я бы этому не удивился. Их новым неожиданным хозяевам такие игрушки были не нужны. А еще через три дня ко мне в комнату ночью ввалился пьяный Мумр.

Он упал на подушки, попутно ткнув меня ногой. Причем ногой не особо чистой. Я продрал глаза и сел, прижавшись к стене.