Чтение онлайн

Чижав нетерпеливо вскочил и направился на кухню вслед за удаляющейся блондинкой, при этом весело приговаривая:

— Не помню, кто изрек, но подмечено пра­вильно — люблю повеселиться, особенно по­жрать. Антон, догоняй.

Майор неторопливо поднялся и зашагал за ними, держа между пальцами истлевший оку­рок. В отличие от каскадера, он не выглядел таким уж голодным, скорее относился к пред­стоящей трапезе как к чему-то утомительному, но необходимому.

Маша, как и подобает женщине, уже вовсю хозяйничала на кухне, чем напрочь лишила мужчин возможности продолжить прерванную беседу. Но и они сами не стремились вести вол­нующие их разговоры в присутствии девушки, здраво рассудив, что всему свое место и свое время.

* * *

Гвоздик не пытался скрыть искренней ра­дости, когда оказался за воротами следственно­го изолятора, — его лицо расплылось в доволь­ной улыбке, а во всем теле появилось ощущение легкости, даже некоторой невесомости. И он едва ли не вприпрыжку направился по улице к

ближайшей станции метро, бросая на встречных прохожих гордые, слегка насмешливые взгляды, как будто они могли разделить с ним его весе­лье.

Единтвнным его желанием в эту секунду было как можно скорее добраться до спрятан­ных на соседском балконе денег и где-нибудь загулять с обворожительными бестиями.

Вдруг он вспомнил пышногрудую Лелю, ко­торой подарил никчемную, как тогда казалось, безделушку, и мысли вора переключились на злополучную цепь..

«Что же это мусора так в нее вцепились, — удивился про себя Дегтярев, — наверняка она какая-то антикварная редкость. Но почему Абрашка не увидел в этой цепочке ценности?

Хотя, в конце концов, он просто ювелир, а не антиквар. Надо бы найти эту шалашовку и вертануть обратку — в крайнем случае я Лельке заплачу, и она мне ее отдаст. Только вот где ее искать? Ладно, сейчас на хазу, а вечерком прошвыр­нусь по Тверской, там видно будет», — решил Гвоздик, на том и успокоился.

Дверь в квартиру он открыл своим клю­чом — это, пожалуй, был единственный замок в его жизни, к которому не нужно было подбирать отмычек.

Соседей дома не оказалось, и Дегтярев без­боязненно проник на их территорию. То, что дверь была заперта, его никоим образом не сму­тило.

На балконе еще сохранилась влага вчераш­него дождя, но заначка оказалась нетронутой, хотя, сказать по чести, вор в этом и не сомневался, — разве придет в голову людям искать в соб­ственной берлоге чужие деньги.

Пачка шелестящих купюр лишилась поли­этиленовой упаковки и перекочевала в карман шустрого парня, а пакет был предусмотрительно выброшен в помойное ведро.

Войдя в собственную комнату, Гвоздик рас­тянулся на смятой постели и собирался пару ча­сиков вздремнуть, но ему помешал настойчивый звонок в дверь.

Резко вскочив на кровати, как ошпаренный, Юра судорожно пытался сообразить, кому вдруг понадобилось явиться к нему в столь неподхо­дящее время. Вполне могло случиться так, что за ним вновь явились стражи порядка, наковыряв­шие за это время еще чего-нибудь, чтобы упечь его за решетку.

Недавно извлеченные из тайника деньги мо­гли стать веской уликой, и вор обдумывал, как с ними поступить. О том, чтобы вернуть их на прежнее место, не могло быть и речи.

Тогда он принялся методично скручивать купюры в тонкие трубочки и запихивать их за подкладку куртки, которую не успел снять с се­бя, — на самом деле это было весьма легкомыс­ленное убежище, но не выбрасывать же деньги в унитаз в самом деле?

Покончив со всеми предосторожностями, Гвоздик подошел к входной двери и заглянул в маленький глазок. На площадке стояли двое мужчин, одетые в белые медицинские халаты.

Облегченно вздохнув, Юра открыл дверь и нагло уставился на непрошеных медиков:

— Ну, чего вам надо? — спросил хозяин квартиры.

Один из незнакомцев — мужчина в марлевой повязке, поверх которой на Гвоздика взира­ли сосредоточенные, внимательные глазки, — спросил картавым, не выговаривающим букву «р» голосом:

— Пгостите, «Скогую» вы вызывали?

— Никого я не вызывал, — улыбаясь, отве­тил Дегтярев и уже собрался захлопнуть дверь перед непрошеными посетителями, но ему по­мешала вставленная в дверной проем нога вто­рого.

Высокий широкоплечий детина, точно в та­ком же наряде, что и картавый, нагло вторгся в жилище вора, не удосужившись хоть что-то объ­яснить.

Между тем все тот же картавый заговорил, входя вслед за коллегой:

— Нехогошо получается, вызов был, а боль­ного нет. Пгедъявите ваши документы.

Гвоздик откровенно обалдел от такой на­глости. Сощурив глаза до размеров тонких ще­лочек, он сквозь зубы процедил, глядя на обнаг­левших визитеров:

— Чего ты сказал, рожа? Я тебе сейчас пгедъявлю, — он намеренно передразнил санита­ра, — такие документы, что ты у меня собствен­ным говном подавишься...

Договорить Юра так и не успел; стоящий позади него гигант крепко обхватил вора за шею, одновременно затыкая ему рот огромной ладонью, — в правой руке «медика» появился маленький одноразовый шприц.

Тонкая металлическая иголка вонзилась чуть ниже правого уха жертвы, и хозяин кварти­ры обмяк в руках широкоплечего мужчины — по-видимому, лекарство действовало мгновенно.

«Картавый» на миг исчез на лестничной площадке, но через пару секунд вернулся, держа в руках брезентовые носилки.

Вдвоем они погрузили бесчувственного Гвоз­дика на импровизированную койку, пристегну­ли его ремнями и внесли в тесную кабину ли­фта, поставив вертикально в углу.

Пока лифт опускался на первый этаж, никто из присутствующих не проронил ни слова.

Разошлись в стороны автоматические двери, и «медики» вынесли носилки на улицу, где их поджидал пестрый реанимобиль.

Проворный водила с пышными усами уже распахивал заднюю дверцу, куда и поместили отключенного пациента.

Не прошло и пяти минут с тех пор, как у подъезда затормозила машина «Скорой помо­щи», а она уже резво рванулась вперед, выскаки­вая на простор Профсоюзной улицы и увозя в неизвестном направлении горемычного вора.

Отъехав от дома на приличное расстояние, водитель выключил сирену и заметно сбавил обороты, изредка поглядывая в зеркало заднего вида.

— Ну как он там, очухался? — спросил сидя­щий за рулем мужчина.

— Гановато еще, пусть поспит пагу часи­ков, —охотно отозвался «картавый» и много­значительно посмотрел на сосредоточенного то­варища.

Тот мгновенно понял немой вопрос и, обер­нувшись к заднему стеклу, шепотом произнес:

— Вроде бы все тихо.

— Дгужище, — обратился человек в маске к шоферу, — дуй туда, где ты нас подобгал.