Чтение онлайн

Жрецы могли показать парочку чудес, но их сила была так слаба, что любой обученный чародей средней руки легко заткнёт слугу бога за пояс. Самое ценное, что могли дать жрецы — стать ходячей точкой связи с сущностью. Да и то выдерживали это далеко не все, а кто не сломался под мощью бога, вошедшего в тело жреца, жили тем меньше, чем чаще сущность проникала в мир через них.

Именно на то, чтобы избежать участи выгореть от божественной мощи, и были брошены все силы Руенара. Он заступил на службу, когда правил король, которого уже сменили двое новых монархов. С тех пор его крайне редко требовали пред свои очи правители. Понимали, что многого от мистика не добиться, а потому обращались лишь в крайнем случае.

Вот и сейчас в дверь Фоллуина постучались.

— Войдите, — проскрипел старик, усиленно делая вид, как будто действительно что-то видит в зеркале, проецирующем космос.

В кабинет заглянул молодой слуга рода Талия. Поклонившись перед служащим его величеству загадочным волшебником, он проговорил:

— Вас желает видеть король, эннар, — сообщил слуга.

Руенар не стал заставлять себя ждать. Довольно быстро для своего возраста поднявшись из кресла, он жестом приманил к себе деревянный посох, тщательно украшенный затейливой резьбой, и твёрдой походкой направился к выходу.

Сколько раз он ходил по королевскому дворцу, уже и не сосчитать. Фоллуин был, пожалуй, самым старым придворным, когда-либо жившим в Элендоре. Он помнил многих слуг младенцами и такими же сопляками — их предков. Однако время отметило главного мистика лишь раз — избороздив лицо морщинами.

Природа эльфов не давала им настолько состариться. Несмотря на это, у Руенара были свои секреты, распространяться о которых старик не собирался. К чему плодить себе конкурентов?

Сейчас одного взгляда достаточно, чтобы любой из окружающих подсознательно признавал в главном мистике мудреца, которому нет равных. Если бы не это, Фоллуин давно бы свёл все морщины — всё-таки он чародей не из последних. А откровенно говоря, сильнейший в стране.

Стал бы он таким, если бы не проводил мудрую политику снижения магической грамотности среди населения? Нет, давно бы подросли щенки, что заняли бы место главного мистика. Так что голодные до званий и титулов маги воспитывались совсем не так, как учился в своё время Руенар. И в результате были отличными специалистами, но слишком узкими, чтобы действительно проникать в суть вещей.

Гвардейцы поклонились, приветствуя Фоллуина ровно так же, как требовалось для всех высших эннаров Элендора. Двери распахнулись перед стариком, и он, опираясь на посох, вошёл в тронный зал.

Его величество сидел на своём месте, со скучающим выражением лица выслушивая зачитываемый документ. Руенар даже прислушиваться не стал, что там за доклад — не его дело лезть в политику. Короли приходят и уходят, а Фоллуин остаётся. И останется, когда и этот монарх сойдёт из реальности на страницы истории.

Взмахом руки остановив вельможу, король перевёл взгляд на вошедшего старика, и на его губах появилась лёгкая улыбка.

— А вот и наш главный мистик, — оповестил всех присутствующих он. — Тот самый, что предрекал нам победу над вторгшимся в наш мир человечеством. Скажи, Руенар, что ты можешь добавить к своим словам?

Фоллуин чуть наклонил голову, изображая старческую немощь, чуть прикрыл глаза, а после заговорил:

— Портал, ведущий в земли Российской Империи, закрыт, ваше величество, — сообщил он. — Боги явили нам свою волю — людям не место в Аэлендоре. Да, их оружие мощное, опасное… Но они не могут сами восполнять запасы для него. Так что это лишь вопрос усилий, которые нужно приложить, чтобы выкорчевать эту заразу из нашего мира.

Один из придворных презрительно хмыкнул:

— Да что ты можешь знать, старик? Эти твои люди вырезали целую армию, которую мы с таким трудом собрали, чтобы уничтожить ложную принцессу, которую они откуда-то вытащили.

Руенар посмотрел на заговорившего с таким равнодушным видом, что молодой вельможа нервно сглотнул. Как-то сразу вспомнилось, что этот маг — старейший и сильнейший из живущих. По слухам, с ним говорят сами боги. Опасно такого делать врагом.

— Я сказал то, что сказал, — вновь повернувшись к королю, произнёс Фоллуин. — Ваше величество, сейчас самое подходящее время, чтобы нанести удар. Помощь людям не придёт, а без их поддержки Арканор падёт в тот же день, когда умрёт последний человек. Их, собственно, даже убивать не нужно, достаточно отобрать оружие, которое и Элендору может сослужить неплохую службу.

Монарх улыбнулся, довольный услышанным.

— А что ты скажешь насчёт их принцессы, Ликсис? — уточнил он, не сводя взгляда с мистика.

Руенар Фоллуин изобразил задумчивость, после чего его рот резко распахнулся, из него вырвался зелёный свет. Такой же проливался из глазниц, озаряя тронный зал. Эльфы отскакивали от его лучей, ошеломлённые происходящим.

Вибрирующий женский голос зажурчал изо рта старика.

— Девочка верит в чужого бога. Ты обязан убить её. Или умрёшь сам. У тебя есть три месяца, чтобы свершить нашу волю.

Руенар рухнул на пол, его били судороги. Никто не посмел ни слова сказать, пока старик, на глазах возвращающий свою молодость, не замер, глядя на собственные руки. Осторожно поднявшись, Фоллуин перевёл взгляд на окружающих, и не сразу нашёл короля, который так и остался на своём троне.

— Ваше величество, — поклонился главный мистик, только что прикоснувшийся к настоящему чуду. — Полагаю, теперь моё личное мнение не важно. Боги сказали своё слово.

Глава рода Талия, сохраняя каменное спокойствие на лице, величественно кивнул.

— Итак, Ликсис должна умереть, — объявил он. — Кому поручить эту миссию?

Аэлендор, баронство Скальное. Ярослав Владиславович Князев.

Ждать армейских пришлось совсем недолго. Сказывались не такие уж и большие расстояния на земле Российской Империи в мире эльфов. Уже на рассвете следующего дня к особняку подъехала целая колонна тяжёлой техники вместе с забитыми бойцами до упора бронетранспортёрами.

Я вышел на крыльцо с чашкой кофе в руке. Напиток на прохладном утреннем воздухе парил, и я не спешил его пить, наблюдая за тем, как с присущей всякому служивому деловитостью люди осваиваются на территории. Осмотру и оценке подвергалось буквально всё — от вкопанных в землю ДОТов до речных порогов и скальных выступов на той стороне водоёма. Разглядели солдаты и пристань, которой ещё только предстояло стать таковой.

Наконец, прибыла последняя машина. Внедорожник, плавно затормозив, замер у самого крыльца. Наружу выбрался водитель, поспешивший открыть заднюю дверь начальству.