Чтение онлайн

Я давно свыклась со своим образом жизни, свободным от любви, но неожиданно встретила Меллана на той выставке, и мир изменился с первых же секунд нашей встречи. Нас представили друг другу, и, как только лорд Глоудейл склонился над моей рукой, протянутой для поцелуя, я уже не хотела её отнимать в пренебрежение всем светским приличиям.

Теперь у меня был официальный повод для того, чтобы оставаться с ним наедине — персональный заказ на разработку дизайна оправы к перстню с чёрным бриллиантом. Нечего и говорить о том, во что вылилось обсуждение заказа в президентском номере отеля, в котором остановился лорд Глоудейл.

К счастью, милорд Эльдендааль во время допроса не потребовал от меня подробностей … В эти подробности входили: разорванный лиф моего платья, утопленные в ванне трусики, застрявшие в сливе, неаккуратный засос на шее Меллана (воротник рубашки вполне мог скрыть пятно, да и тёмная кожа работала на конспирацию), и — синеватые следы его стальных пальцев на моих бёдрах. В тот вечер мы не любили друг друга — мы трахались в каком-то жутком угаре, не помня себя от страсти. И вот тогда я поняла, чего мне недоставало все годы совместной жизни с лордом Фириато: его дежурно-вежливые ласки так разительно отличались от всего, что делал Меллан Глоудейл…

Говорят, люди женятся по любви. Для отпрысков знатных эльфийских родов это недопустимо — речь идёт о сохранности генетики. Когда в прошлом году слухи о женитьбе Владыки Тёмных на обычной женщине достигли верхушки знати Светлых эльфов, реакция была, мягко говоря, неоднозначна. Да и Меллан выражал своё отношение не самым любезным образом:

— Любовница — сколько угодно, но жена?! Зато тупоголовая молодёжь всех рас и видов в восторге от такого новаторства… Пора это прекратить, пока смешанные браки не покончили с эльфийским родом!..

Я спросила его, а как же мы, пусть мы принадлежим к одной расе, но я Светлая, а он — Тёмный! В таких случаях браки между простолюдинами мало кого волнуют, разве что их непосредственную родню, а касательно нас…

— После того, как Эльдендааль выдал сестру замуж за Светлого лорда, никто уже не удивится. — Отмахнулся Меллан. — Даже моя мать уже успокоилась. Пора вас с ней познакомить…

Рассказ второй — о долгой переписке, мимолётных свиданиях в туристических и деловых поездках на территорию Тёмных, о встрече с Тилэйт Глоудейл и Энной Авейон. Я до сих пор не знаю, почему так быстро соглашалась с тем, что они говорили мне в два голоса, и почему сочла участие в краже Clосh B'an вполне допустимым и даже необходимым действием.

— Ничего удивительного, миледи. — Констатировал Морни Эльдендааль. — Нейролингвистическое программирование. Они умели убеждать, вы не единственная в списке пострадавших.

Рассказ третий. Связи с профессором Кейси Маб-Армлоном, сложнейшие механизмы конспирации, уничтожение всех следов общения, переводы финансов. Я тратила крупные суммы из своего личного состояния, тщательно маскируя расходы под нужды благотворительных фондов. Потом был скандальный развод с лордом Фириато, запрет общаться с детьми, осуждение высшего общества и муссирование слухов в «жёлтой» прессе. Дети вырастут и поймут — так я считала. Реакция эльфийской знати и моей семьи была мне безразлична, я хотела только одного — скорее воссоединиться с Мелланом, став Мирной Глоудейл.

Точными наводящими вопросами милорд Морни извлекал из моей памяти даже самые мелкие подробности и обстоятельства интриги, связанной с похищением Белого Камня и моим личным участием в этом деле. Состоялось семь поездок в Корк, семь допросов, каждый из которых длился от полутора до трёх часов. За это время я запомнила все детали отделки кабинета главы Департамента. И вот однажды…

— Сегодня наша заключительная встреча, миледи Мирна. — Услышала я мягкий баритон лорда дроу. — Я узнал всё, что хотел.

Невольно я похолодела. Эта фраза означала только одно: смерть стала ближе на маленький шажок. Я ведь знала, что так будет! Расплата за преступление неотвратима. Но разве я уже не мертва?.. Разве я не мертва с того момента, как мне сообщили, что Меллана больше нет?

Я не нашла ответных слов, они не нужны. Скоро в моей жизни будет поставлена точка, потому что милорд Ролэнт Маб-Зэйлфрид, Владыка Светлых эльфов, наверняка уже всё решил. Иначе не могло быть.

На стол передо мной легла какая-то бумага, рядом повис голографический скриншот копии. Сколько я их уже подписала? Не стоит и считать. Но это же не протокол допроса!

— Это?.. — спросила я у милорда Морни, хотя первой мыслью было то, что мне дали ознакомиться с заочным постановлением о смертном приговоре.

В синих глазах дроу мелькнуло непонятное лукавое выражение. Ответ же меня обескуражил:

— Это, миледи, документ, который позволит вам начать жизнь с чистого листа, как бы банально не звучали сейчас мои слова.

Строки прыгали перед глазами, а потому я смогла разобрать только отрывки предложений: «…удовлетворить просьбу милорда Одхана Маб-Кенхельма, Светлого эльфа… единоличное владение… собственность… бессрочное поражение в правах…»

Одхан Маб-Кенхельм! Опять меня кольнуло чувство вины. Я ведь выдала Энне Авейон, что милорд Кенхельм, как и я, принадлежит к ранителям Первой Крови. То, что в этой семье есть Хранители, никогда не было секретом, но кто именно — этот факт не был достоянием общественности никогда, оставаясь в разряде семейных тайн. Моё признание, данное, впрочем, не добровольно, вполне могло стоить милорду Кенхельму жизни. Все ранители знают друг о друге, нас не так много, — тех, кто имеет дар ощущать присутствие Белого Камня. А потому все генеалогические хитросплетения родства прописаны в закрытых семейных метриках.

Когда Энна Авейон назвала мне два имени приезжих «безопасников» и потребовала уточнить, не является ли кто-то из этих Светлых эльфов Хранителем, я ответила отрицательно. Я наивно думала, что смогу солгать — и жестоко ошиблась…

Первые две минуты после внутривенной инъекции мне хотелось спать, но болезненно колотящееся, выпрыгивающее из груди сердце, не собиралось давать мне заснуть. Казалось, оно выскочит из горла. Но это было только начало, повлёкшее за собой целый каскад чудовищных галлюцинаций. Я рассказала всё, что хотели узнать мои мучительницы об истинных способностях лорда Маб-Кенхельма.

Я никогда не видела его, не была знакома с ним лично. Скорее всего, на него было покушение в Ирландии, а возможно, даже не одно. И вот… Что, неужели он решил так мне отомстить?! Или это какой-то манёвр Зэйлфрида, но зачем? Владыка Светлых эльфов не станет разворачивать сложно сплетённую интригу в духе дроу. Он просто отправит меня на виселицу.

До меня дошло в полной мере, какие последствия влечёт за собой документ, подписанный Эриком Эльдендаалем, Владыкой Тёмных эльфов. Собственность?! Я — собственность милорда Кенхельма?!