Чтение онлайн

Горничная привела Сарефа на этаж, где было целых четыре комнаты, пожелала приятно провести время и заверила, что вопрос с оплатой он может решить в любое момент, когда ему будет удобно. Подумав, Сареф с этим согласился. Им здесь предстояло провести, минимум, 9 дней в очереди до своего похода, так что вопрос с деньгами не убежит. А вот обсудить случившееся со своей командой хотелось сейчас.

Догадавшись по шуму, где находятся его спутники, Сареф толкнул нужную дверь. Судя по тому, что у кровати лежала небольшая котомка эльфа, которую тот, вероятно, носил с собой больше из чувства ностальгии, Сареф понял, что эту комнату Йохалле облюбовал для себя. Впрочем, об этом говорило и то, что Стив и Бьярташ аккуратно сели на стулья возле небольшого письменного стола, а Йохалле развалился в шикарном удобном зелёном кресле, да ещё и закинул ноги на мягкий пуфик, который, впрочем, именно для этой цели здесь, скорее всего, и находился.

— Вот это я понимаю, — довольно улыбнулся тёмный эльф, — на постоянку такую жизнь я бы себе точно не хотел… быстро заплывёшь и телом, и мозгом. Но вот иногда побаловать себя вот так… это да, это очень даже можно.

— Ну и что вы думаете по поводу случившегося? — спросил Сареф.

— А что тут думать? — пожал плечами Йохалле, в руках которого появился бокал с каким-то прозрачным шипучим напитком, из которого он щедро отхлебнул. — Она — твоя знакомая, ты, судя по всему, уже имел с ней дело. Тебе с ней было и говорить. Да и потом, главный интерес для драконов — это ты, и все это отлично понимают. Мы так, больше идём довеском, которому позволено тут находиться.

— Но меня всё равно интересует, что вы по этому поводу думаете, — возразил Сареф.

— Ну, что могу сказать, — пожал плечами эльф, — эта девочка — не самая глупая из тех, что мне доводилось встречать. Она явно сюда хотела, она явно знала, зачем, и грамотно оценивала свои шансы. Правда, всего, что она хотела, получить ей пока не удалось — но она явно активно над этим работает.

— Вообще-то меня больше интересуют предстоящие монстры, — пояснил Сареф, — как вы думаете, кого нам стоит выбрать?

— Мне кажется, что поход на Проклятое Пугало в качестве пробного будет в самый раз, — осторожно заметил Бьярташ, — тем более, что если монстры клана Айон и правда имеют больше здоровья… нет смысла замахиваться на что-то более крупное. По крайней мере, на данный момент, когда мы даже ни разу не ходили в поход вместе.

— А я думаю, что стоит пойти на Рубинового Паладина, — сказал Стив, — если главное его свойство в том, что он может серьёзно восстанавливать здоровье… ну, так у меня есть хилереми, и у Сарефа есть хилереми. Вместе в походе нас уже будет семеро, и мы уж обеспечим Паладину непрерывное получение урона, чтобы он не смог так просто лечиться. А так… надо было спросить Джинору, какой уникальный артефакт с какого монстра падает.

— Они падают с шансом в 0,5%, — махнул рукой Бьярташ, — вряд ли нам повезёт на это в экзаменационном походе. Нам бы потом… с Молоха выбить то, что нужно, — аккуратно закончил он.

— Не переживай, — сказал ему Йохалле, — нас не подслушивают. Я об этом забочусь всегда. Привычка осталась после бродяжничества по Глумидану. Очень уж до меня хотели добраться Тарлиссон с Красным Папочкой первое время, как я на материк вернулся.

— Ну а ты, Йохалле, — спросил эльфа Сареф, — что ты думаешь?

Тёмный эльф, на удивление, не стал спешить с ответом. Вместо этого он опустил взгляд, рассматривая пальцы на своих ногах так, словно бы впервые за долгое время их увидел. После чего посмотрел на Сарефа и проницательно улыбнулся:

— Но ведь этот вопрос на самом деле не имеет значения, не так ли? Ты для себя уже всё решил?

— В каком смысле? — опешил Сареф, — если бы это было так — стал бы я спрашивать у вас совета?

— Ой, брось, Сареф, — Йохалле хмыкнул, — Бьярташ и Стив, может быть, в это и поверят, но я пожил достаточно, чтобы уметь видеть вещи. Мне всё стало понятно после вопроса, когда именно на территории клана Айон появилась Осина Самоубийц. В конце концов, не так уж трудно сопоставить информацию, особенно после того, что случилось с Махиасом. Так что тебя можно понять.

— Ты это осуждаешь? — уязвлённо спросил Сареф, которого несколько смутило то, как легко тёмный эльф его прочитал.

— Трудно сказать, — Йохалле свёл ладони и хрустнул пальцами, — для меня главное, чтобы Житель Системы чётко понимал, что и с какой целью он собирается делать.

— Я понимаю!.. — возмущённо начал было Сареф, но эльф его остановил.

— Послушай, что я тебе скажу, Сареф, — он поднял ладонь, прося тишины, — я не о том, насколько безрассуден этот поход. Нет, в том, что мы его потянем, я не сомневаюсь. В плане экипировки ты позаботился и о себе, и обо всех нас. Мне ты подарил Глаз Снайпера, Бьярташу — Стихийный Мундштук, Стиву — Перстень Умного Безумца — вещи, за которые та же гильдия ходоков забрала бы нас в рабство на десять лет, потому что все эти вещи идеально закрывают наши слабые стороны — и позволяют лучше раскрыть сильные. А на самый крайний случай, если всё-таки случится что-то фатальное — у тебя есть Власть Жизни, которая исправит и эту ошибку.

— Но тогда что не так? — искренне не понимал Сареф.

— Ну, вот, смотри, — Йохалле убрал ноги с пуфика и выпрямился в кресле, пронзительно глядя на Сарефа, — допустим, мы этот поход удачно завершили. Ты получил возможность задать этому монстру свои вопросы — и узнать так волнующие тебя ответы. И вот ты узнал, что, например, в этой Осине заперты души умерших Севрогандских Дьяволиц, и с самого момента своей смерти существование для них — невыносимая пытка каждую секунду. Которая ненадолго утихает тогда, когда им удаётся заставить кого-то покончить жизнь самоубийством. Что тогда ты будешь делать с этой информацией?

— Но ведь… ты же умеешь убивать навсегда? — тихо спросил Сареф, — ты же ведь… сможешь прекратить их страдания, если это будет так?

— Легко, — кивнул Йохалле, — но готов ли ты ко всем последствиям этого поступка? Сейчас Ильмаррион, скорее всего, не знает, что тебе известно о Мимси и остальных. Он лишь знает, что Махиас улетел от тебя, когда узнал имя своей матери на одной из гробниц. Неприятно, но ничего фатального: даже если магистр драконов прочитал его память — он видел, что Махиас не стал ничего объяснять, и этим обезопасил и себя, и всех нас. А вот если ты уничтожишь Осину при таких раскладах — вот тогда магистр драконов поймёт, что ты знаешь всё. Все твои усилия, чтобы наладить с ним отношения, пойдут прахом. После этого драконы в пять раз сильнее будут желать тебя поймать. Твой драгоценный Махиас останется в поместье драконов навсегда. Фарвиго и Джинору тоже схватят, будут пытать, чтобы вызнать о тебе всё, что только можно, после чего они окажутся рядом с Махиасом. Жизни Стива и Бьярташа после этого, конечно же, тоже изменятся навсегда, и вряд ли в лучшую сторону — даже если они сумеют унести ноги отсюда. Вот к этому ты готов, Сареф? Или ты выберешь уйти и оставить их и дальше страдать? Ты готов настолько шагнуть в бездну, Сареф? Я пойду за тобой в любом случае. Но готов ли ты ради этого пожертвовать жизнями тех — всех! — кто тебе поверил?

Сареф в ошеломлении замолчал. Он и представить не мог, что этот его самоубийственный порыв может вызвать столько последствий. Но вместе с тем… он понимал, что Йохалле был прав. Он… не имел права требовать так рисковать ради него. И даже если Стив и Бьярташ сейчас согласятся — хотя им было, что терять! — Йохалле прав и в другом. Махиас, Фарвиго, Джинора… все они в той или иной степени поверили ему. Все они не виноваты в этой ситуации. Но именно они попадут под раздачу первыми, если он сейчас сделает неверный шаг.

— Мне, — Сареф поднялся на ноги, — мне надо подумать об этом.

— Подумай, — Йохалле уважительно кивнул Сарефу, оценив то, что он не стал спешить с ответом, — хорошенько подумай. И позволь дать тебе пару советов. Первый: отказаться от непосильной ноши — это не слабость. И второй: не жалей мёртвых, они прожили свою жизнь, они сделали в ней свои выборы, и твоя жалость им уже не поможет. Лучше жалей живых: в отличие от мертвых, им всегда есть, что терять.

Кивнув, Сареф вышел из комнаты. Йохалле же снова водрузил ноги на пуфик, достал из Инвентаря очередной пакетик с мармеладом и, зачерпнув из него щедрую горсть, отправил её себе в рот. После чего снисходительно посмотрел на Стива и Бьярташа: