Чтение онлайн

— Она у васъ очень ждетъ и въ Турціи, и въ Греціи… Мы и въ Египетъ икру возимъ.

— Почему же вы возите икру самаго дурнаго качества, только щучью и судачью?

— У насъ эту больше любятъ, отвчалъ онъ: — да она и дешевле; у насъ же народъ не богатый.

— У васъ въ Греціи, въ Турціи и въ Египт есть и богатые люди, разв и т не покупаютъ лучшей икры?

— Никто не покупаетъ: въ нашихъ мстахъ икры лучшихъ сортовъ совсмъ нтъ.

На носовой части палубы расположились козаки, хавшіе въ Астрахань за рыбой. Они подостлали себ войлока, шубы и въ полулежачемъ положеніи разговаривая между собой. Меня всегда поражала козацкая вжливость: козакъ отнесется всегда съ уваженіемъ въ вашему человческому достоинству, потому что онъ сознаетъ свое собственное достоинство, онъ самъ лицо самостоятельное, самъ себ атаманъ; а потому мн странно было видть около солидныхъ козаковъ вертящагося съ шутовскими увертками оборваннаго козака.

Я сидлъ около борта и ко мн на лавку подслъ козакъ-зеленая-шуба.

— Просто противно смотрть! сказалъ онъ съ негодованіемъ, указывая; на оборваннаго козака.

— Да, непріятно, отвчалъ я.

— И какой онъ козакъ?!..

— По платью козакъ.

— По платью-то, онъ старшій урядникъ.

— Стало, козакъ.

— Какой козакъ!.. онъ у того козака нанимается, прибавила зеленая шуба, указывая на одного изъ полулежащихъ козаковъ, около котораго шутъ больше всхъ вертлся. — Пошолъ въ холопья, такъ ужь козачество оставить надо.

Утвердительно сказать я не могу, но судя по тому, что я видлъ, и отъ другихъ слышалъ, донскіе козаки не любятъ наниматься въ работники. У низовыхъ донцевъ я не былъ, да и у верховыхъ мало что видлъ. Но, прозжая на почтовой телег отъ Новохоперска, чрезъ Урюпинскую и Усть-Медвдицкую станицы, на Калачъ, нельзя не замтить зажиточности козаковъ: избами по станицамъ и хуторамъ домовъ назвать нельзя; вс дома опрятны; вс дворы наполнены скирдами. Можетъ быть, это изобиліе всего для домашней жизни отучило козаковъ наниматься въ работники; но въ средней Россіи: въ Орловской, Тамбовской, Рязанской, Воронежской губерніяхъ изъ богатыхъ семействъ молодые люди, безъ которыхъ можно обойтись дома, идутъ въ работники. Я уже не говорю про Ярославскую, Владимірскую губерніи, откуда почти вс поголовно идутъ въ работники.

Можетъ быть, я и ошибаюсь, но скажите, чмъ вы объясните, что отъ Новохоперска до Калача, ни на одной почтовой станціи я не видлъ ни одного ямщика изъ козаковъ, а все уроженцы Орловской, Тамбовской, Воронежской губерніи. На разстояніи четырехъ сотъ слишкомъ верстъ хавши Землею войска донскаго, ни одного изъ донцевъ ямщика-работника! Содержатели почтовыхъ лошадей есть и козаки, а ямщики русскіе.

— А! посмотрите сюда, кричалъ козакъ-шутъ:- посмотрите, кумова вода подошла!

— Какая кумова вода? спросилъ я козака-зеленую шубу, сидвшаго со мной.

— Спросите его.

— Кумова вода, кричалъ шутъ:- кумова вода!..

— Что за кумова вода? спросилъ я шута.

— Кумова вода, вотъ и вся недолга!..

Я не сталъ большее спрашивать. — А вотъ какая кумова вода! самъ заговорилъ со мною шутъ: — сказать, что-лъ?

— Сдлайте одолженіе.

— Ну, слушайте! И началъ онъ скоморошливо разсказывать, и отъ себя привирать и изъ псенъ выбирать.

— хали по рк на лодк кумъ да кума, началъ свой разсказъ шутъ:- хорошо. Вотъ кумъ и говоритъ кум:

Ты кумушка, Ты голубушка! Полюби кума кума, Моя душечка!

— Какъ же я тебя, кумъ, полюблю? говоритъ кума:- вдь мы съ тобой кумъ да кума, стало быть родня!

— Такъ чтожъ?

— Грхъ большой будетъ намъ съ тобой! твердитъ свое кума: — мы съ тобой кумъ да кума!..

— Э! нашла гд грхъ!..

— А какъ же?

— Здсь не согршимъ, въ другомъ мст согршимъ, все едино! пристаетъ кумъ къ кум: — а здсь согршимъ, грхъ, по крайней-мр, веселый!

Кумъ пристаетъ. Кума упирается: извстно, бабье дло — ломается!

— Слушай, куманекъ любезный, сказала кума: — видишь ты эту самую рчку?

— Вяжу.

— Видишь, куда вода бжитъ?

— Вижу.

— Внизъ, или вверхъ?

— Внизъ.

— Такъ слушай, куманекъ любезный! Когда вода въ рк побжитъ вверхъ снизу, тогда полюблю, куманечекъ, я тебя!..

— Полюбишь?

— Тогда полюблю!

— Не обманешь?

— Нтъ, не обману.

— Правое слово?

— Правое слово.

— Ладно!..

Вотъ дутъ кумъ съ кумой все по той же рк. хали, хали и нахали на стршную воду… Вода какъ къ кручи, къ бережку подбжитъ, воду-то отъ бережку навалъ отбиваетъ: вода-то будто въ гору идетъ; посл она опять-таки подъ низъ сходитъ, а на стршной вод видать въ гору идетъ.

— Видишь, кума, рку? спрашиваетъ куманекъ свою куму на стршной вод.

— Вижу.

— Видишь, куда вода бжитъ?

— Вижу.

— Вверхъ или внизъ?

— Вверхъ.

— А помнишь, кума, правое слово свое?

— Помню.

— Полюбишь, кума, кума?

— Полюблю.

И стала кума любить своего куманечка!..

— Оттого и прозывается стршная вода — кумовой водой! кончилъ шутъ.

Въ Черный Яръ мы пріхали довольно поздно, забрали дровъ и остановились до утра.

— Плохо мое дло, Павелъ Иванычъ, обратился ко мн машинистъ, съ которымъ мы въ сутки, проведенныя на пароход, совсмъ познакомились.

— А что?..

— Взялся я харчить пассажировъ; а теперь-то харчить-то и нечмъ.

— Отчего-же вы не запаслись на мст — въ Царицын? спросилъ я.

— Запастись-то я запасся, да мало: я думалъ, что только вы, да еще одинъ баринъ потребуютъ что кушать; а набралось теперь больше десяти человкъ… На завтра мало провизіи будетъ.

— Въ Черномъ Яру купите.

— Черный Яръ отсюда версты четыре будетъ: туда далеко посылать.

— Отчего же мы не остановились въ самомъ Черномъ Яру?

— Здсь всегда останавливаются.

— Отчего-жь не въ город?

— Тутъ конторки.

— Такъ въ конторкахъ купите провизію? спросилъ я.

— Въ конторкахъ купить нельзя, отвчая онъ: — а тутъ близко живутъ, у нихъ нтъ ничего.

Посланный вернулся съ одной щучьей икрой, которую онъ принесъ въ большой чашк.

— Ничего больше не досталъ, объявилъ онъ, входя на пароходъ и подавая икру.

— Что будешь длать?

— Все лучше, чмъ ничего, сказалъ я, желая утшить случайнаго буфетчика.

— Чмъ же лучше?

— Икра есть.

— Какая это икра!.. Кто эту икру сть станетъ?! Икра щучья!