Чтение онлайн

Джемма обернулась. В утреннем свете, среди деревянных панелей и вязаных салфеток, парень выглядел как со страниц рекламного буклета по интерьерному дизайну.

— Вы показали двух людей.

— О, это просто мой бойфренд. — Джемма легкомысленно махнула рукой. — Провинился и бегает от меня. Ищу вот по всей Ирландии. Счастливо!

— Бойфренд?

— За отзывчивость?

— Один — один, — согласился Кэл, но Джемма не собиралась останавливаться на ничьей:

— Шесть — один, потому что твоя чертова пробежка берет сразу пять баллов, Махелона. — Судя по лицу Кэла, досады на котором не отразилось, он и не надеялся, что она забыла. — Ты вообще читал инструкцию по безопасности? Ну, ту самую, под которой ты каждый год ставишь подпись?

— О, вон Норман, — сказал он и пихнул ее локтем в солнечное сплетение. Джемма на секунду лишилась воздуха. — И ты сама в жизни ее не читала. В ней пятьсот страниц. Шесть — два. Норман, мы тут!

Норман действительно маячил в конце улицы, при выходе из гостиницы. Стоя в своем хипстерском охровом пальто и зябко придерживая воротник рукой, он помахал им сквозь туманную дымку, укрывающую городок. На улице Норман был совсем один, и на мгновение Джемме стало тревожно, словно, если она моргнет, он растворится в здешнем тумане. Но в следующую секунду из-за поворота показалась бодрая парочка европейских пенсионеров, и глупая тревога отступила так же быстро, как и пришла.

— Агент Махелона, — продолжая смотреть на Нормана, сказала Джемма. — Ваш отчет?

Честное слово, обычно она сама на дух не переносила такую дотошность. Но Кэл прекрасно знал, какие условия ей поставили: образцово-показательное дело. А в образцово-показательные дела не вписываются третьи пропавшие за неделю агенты.

Кэл бодро отрапортовал:

— Главная улица, мост, река, периметр. Расслабься, было уже светло, а бабули тут рано встают. — Лучась дружелюбием, он улыбнулся проходящей мимо паре. — В общем, обежал я этот городок. Даже на кладбище местное полез, бегу весь такой загадочный, подозрительный, хватай не хочу… Ничего. Серой не пахнет, могилы все ухоженные, ритуалов никаких никто не проводил. Я, конечно, и не ждал, что на меня в семь часов утра нападет какой-нибудь гуль, но маленькая надежда-то теплилась!

Этот захватывающий рассказ о том, как на храброго солдатика смерти Кэла Махелона не напало ни одно чудище и как он таким их поведением разочарован, слушал и дождавшийся их Норман, и теперь они двигались по улице примерно в ногу. Из кармана у него робко выглядывала антенна параноскопа.

— Все равно, ты не должен был… Если мы на пост Гарды, нам туда. — Норман отвлекся, чтобы указать в на­правлении уходящей по косой улочки, а затем вернулся к нотации: — По крайней мере, разбудил бы меня, а не сообщение в чат скинул, ну ей-богу, твои выходки…

Улочка уводила от центра Кэрсинора, ведя их по старым стоптанным булыжникам в ту часть городка, которая находилась между рекой и заливом. Здесь было по провинциальному тихо, возможно, даже мило, но Джемме, выросшей в шумных кварталах Чикаго, такая тишина действовала на нервы. Когда переулок влился в широкую прямую улицу, спускающуюся к реке, Джемма притормозила. Норман, сверившись с телефоном, указал куда-то в сторону, но Джемму неожиданно привлек вид.

Что из окон поезда, что из трясущегося окна автобуса, на всем пути сюда им открывался один и тот же пейзаж: бесконечные долины и невысокие холмы, покрытые жухлой в этой время года травой. Пастбища и шоссе, кустарники и редкие кромки деревьев словно чувствовали себя лишними и оттого жались к фермам и автозаправкам. Изумрудно-волшебная Ирландия с фоток в интернете на поверку оказалась неприветливой и уныло-однообразной. Но больше всего Джемму удивило то, что вся она была открытой, словно на ладони: бесконечно тянущиеся поля, ничем не прикрытые от серого пасмурного неба. В таких полях трудно что-то утаить.

С того места, где стояли они сейчас, вид открывался на реку. Серо-голубая полоса отделяла последние домишки с синими крышами от заросшего берега: за водой высокие холмы были сплошь покрыты лесом. Неожиданно.

— Эй, — позвала Джемма ушедших вперед Кэла и Нормана, не отрывая взгляда от реки. — Эй! Норман. Что на той стороне? Вон там?

Норман близоруко сощурился за очками, силясь разглядеть, что она имеет в виду, а потом сообразил:

— А! Ты вообще? В радиусе двадцати миль нет крупных посел…

— Это я знаю.

Ближайший к Кэрсинору городок с развитой инфраструктурой был расположен в четырех часах езды отсюда, в остальном — редкие фермерские дома, раскиданные по холмам.

— Спортсмен, а ты к реке бегал?

— Там ничего нет. — Кэл пожал плечами. — Тут вообще нигде ничего нет, веришь? Это настоящая глушь.

Джемма недовольно скривилась:

— А что по энграмме?

— Ну, или у нас накрылись все сканеры, или, я серьезно, в этой сказочной деревеньке все по нулям.

Вынув из кармана параноскоп — тот смахивал скорее на тетрис, поэтому никогда не вызывал подозрений у прохожих, — Норман покачал головой. Ничего.

— Тьфу. Ну неужели тварь?

Следы паранормальной активности не бывали точечными. Любое заклинание, аркан, вызов демона («Ребята, давайте развлечемся на дне рождения!» — «Ты не говорил, что нас будет расчленять кровожадный монстр, вселившийся в Мэри! Хреновый у тебя день рождения!»), порча, любой призрак — все, что так или иначе было связано со свечками из ИКЕА, красным красителем натурального происхождения и мертвыми ребятами с того света, оставляло после себя сильный электро­магнитный след. На языке спецов — Джемма терпеть не могла язык спецов — это называлось «проскопической энграммой».

Призраки и магия — фонят. Монстры на любой цвет и размер — нет. Это одно из первых правил, которым учат, если ты вляпался в эту работу.

— Давайте сделаем крюк, — предложила Джемма, снова возвращаясь взглядом к берегу. — Хочу спуститься к реке.

— О! Совершим туристический праманад!

— Променад, Кэл, — закатил глаза Норман. — Про-ме-над. Ну прекрати ты уже употреблять слова, которые не знаешь, как произносятся…

В ответ он получил лишь дружный гогот.

— Официант в пекарне видел Суини, но не видел Купера. — Джемма пнула камешек, и тот отлетел к ограде, но вниз, в реку, так и не упал. — Это все больше убеждает меня в мысли, что агент Унылая Рожа здесь не останавливался.

Она облокотилась на железные перила, вглядываясь во вьющийся по реке туман. Ограждение шло вдоль всей набережной с этой, облагороженной стороны; противоположный берег же уходил в воду рваными откосами. Густой покров деревьев надежно укрывал холмы от чужих глаз.

— Что это за лес? — спросила Джемма, оборачиваясь на уткнувшегося в телефон Нормана. — Есть о нем что-нибудь?

Кэл, примостившись локтями рядом с ней, с охотой предположил:

— Может, он по чудесному стечению обстоятельств называется лес Пропавших Агентов УНР?

— Точняк, — согласилась Джемма. — Лес Гиблых Душ.

— Лес Злобных Ведьм.

— Лес…

— Я понял, понял, — убирая телефон в карман, сдался Норман. — Разве у нас не было правила: никакого коллективного креатива до полудня? Что ж, теперь оно есть.

Джемма расхохоталась. Норман не сдержал короткой улыбки, а затем указал на противоположный берег: