Как приручить джигита
Шрифт:
– А… – растерянно смотрю, как он надевает на мое запястье золотой браслет и не сопротивляюсь. – Да я не собиралась тебя… ну…
– Какой этаж? – усмехается мужчина.
– Четырнадцатый. – чувствую, как щеки начинают пылать.
Он подумал, что я снова собираюсь обороняться и хватать его за член? А я только что призналась, что просто лапала его?
Дамир нажимает кнопку нужного этажа и лифт, дрогнув, плавно двигается вверх.
– Дамир, – сглатываю пересохшим горлом и опускаю глаза, – может, моя помощь уже не требуется?
– В смысле? – слышу голос с возмущенными нотками над головой. – Юля,.. тебе не нравится?
Да мне, блин, наоборот что-то капец, как начинает нравиться! И свидания, и сам Дамир! И я прекрасно понимаю, что ни к чему хорошему это не приведет. Я так уж точно не хватаю звезд с неба.
– Да нет, все нормально, – поднимаю на него глаза. – Просто, боюсь, что ты разоришься.
Дамир пару секунд молчит, а потом его губы расплываются в улыбке, и я понимаю по его вздрагивающим плечам, что он сдерживает смех.
– Очень смешно, – хмурюсь, и мужчина все же начинает смеяться, не удержавшись.
– Извини, Юля, – выдыхает он. – Просто я не ожидал таких выводов. Не переживай, я не разорюсь.
Да, конечно! Смотрит на меня теперь, как на дуру. Другие у меня совершенно выводы, но не озвучивать же их ему!
– Я рада, – вздыхаю и уже с нетерпением жду, когда лифт приедет на нужный этаж.
– Юля, ты опять злишься? – Дамир тут же снова становится серьезным.
– Нет, – усмехаюсь. – Просто мы с тобой из разных… сословий. Я понимаю, что мои слова прозвучали глупо. Так что, это ты меня извини. Давай сделаем перерыв пару дней, а то я только и делаю, что охреневаю от того, насколько разные у нас миры. Мне надо немножко отдохнуть. А потом с новыми силами продолжим шокировать твоих родственников.
А то глупая Юля начинает примерять этот новый мир на себя и ей, блин, потом будет очень тяжело возвращаться в реальность, где карета превращается в тыкву.
Наконец-то двери лифта открываются, и я буквально выскакиваю из него.
– Спасибо, пока, – оборачиваюсь к Дамиру, а он внезапно оказывается слишком близко.
Отшатываюсь, но он обхватывает меня за талию и втягивает обратно в лифт, молча хлопает по кнопке первого этажа.
– Ты чего? – выдыхаю испуганно, снова прижатая к мощному телу.
– Мы забыли пахлаву, – усмехается Дамир, не торопясь отпускать меня от себя.
Блин! И далась она ему! Я уже давно заметила, что забыла пакет в машине и даже успела мысленно посокрушаться по этому поводу, но напоминать не стала, желая побыстрее слинять домой, в свою норку!
Вижу, как напряжены скулы и плотно сжаты губы Дамира, будто он… сердится.
– Ты сердишься? – хмурюсь.
– Нет. – отзывается он.
– Сердишься, – со вздохом выношу вердикт.
– Да нет же, – теперь Дамир тоже хмурится.
– Почему?
– Что “почему”? – усмехается он, но как-то хмуро.
– Почему ты сердишься? – поясняю.
– Юля! – внезапно рычит Дамир, отчего я даже вздрагиваю. Вот уж не ожидала, что он так умеет! Мое имя вообще прорычать не так-то легко. – Я не злюсь.
– З-злишься, – выдыхаю тише.
– Нет.
– Ну я же вижу! – возмущаюсь и в ту же секунду ахаю, потому что Дамир внезапно прижимает меня еще крепче и медленно наклоняется к моему лицу. – Все, все! Не злишься! Мне показалось!
– Точно показалось? – выдыхает он так близко, что я чувствую дыхание на своих губах.
– Точно! – взвизгиваю в панике, и он отпускает меня, а я тут же делаю шаг назад и смущенно прячу глаза.
Мне показалось.
Мне показалось, что мне в живот упиралось что-то очень большое и твердое.
Будем считать, что это кинжал. У настоящего джигита ведь должен быть… большой кинжал?
Ну, не может же он и впрямь меня хотеть?
Мы молча выходим из лифта, затем на улицу. Дамир забирает пахлаву из машины и снова идет со мной в подъезд. Нажимаю кнопку лифта и двери тут же открываются. Шагаю внутрь и разворачиваюсь к Дамиру. Он не заходит, просто вручает мне в руки пакет.
– Спасибо. – вздыхаю, принимая пахлаву и чувствуя себя как-то странно. Стыдно, что вывела такого терпеливого человека на эмоции. – Извини.
– Все хорошо, Юля, – будто с облегчением выдыхает Дамир. – И ты меня тоже извини. До завтра.
– До завтра, – улыбаюсь и двери лифта закрываются.
Опираюсь на стенку и закрываю глаза. Тут же открываю и ошарашенно смотрю на себя в зеркало на стене.
В смысле “до завтра”?
Глава 18. Родня
– Юль, ты чего такая задумчивая?
– А? – поднимаю голову от листа бумаги, на котором будто по волшебству рука сама выводит клинок.
Прикрываю рисунок рукой, будто на нём изображено что-то такое, что может намекнуть окружающим о моих мыслях.
Мне всю ночь снились такие непотребства, что проснулась я в состоянии, будто на самом деле участвовала в секс-марафоне, а не крепко спала до самого будильника.
– Торт будешь? – говорит мне Зоя с улыбкой.
Сегодня мы работаем вдвоём, потому что Таня отпросилась по каким-то своим делам.
– Не, не хочу, – морщусь.
Утром я от души натрескалась пахлавы с кофе, и мне кажется, меня даже немножко подташнивает от сладкого.
– Я тебя не узнаю, – усмехается Зоя и наливает себе воды.
– Зоя, – вздыхаю и, скомкав листок со своими художествами, выкидываю его в мусорное ведро. – Вот скажи мне, пожалуйста, ты же тоже ешь торты и сладкое, как тебе удаётся сохранять фигуру? Я понимаю, если бы я жрала что-нибудь круглосуточно. Но ведь вот: я завтракаю, потом на работе с вами пьём чай, потом ходим на бизнес-ланч, а потом я вечером ужинаю. Почему в тебе сорок килограмм, а во мне восемьдесят?
А судя по тому, сколько я сожрала пахлавы за последние несколько дней, уже может быть и восемьдесят пять.
– Ну, не сорок, а пятьдесят, – усмехается Зоя.
Кажется, всего тридцать пять килограмм разницы, а визуально – небо и земля: она – тростиночка, я – баба на чайнике.
– Я не знаю, Юль, – пожимает она плечами. – У меня с детства такой проблемы не было, хотя ем я достаточно много. Может, дело в метаболизме?
– А может, ты ведьма? – усмехаюсь.
– Ну, подожди, – улыбается Зоя. – Вот я вечером ем салат с куском мяса. А ты что?