Чтение онлайн

Роль и место танковых соединений в боевом составе Сухопутных войск представляются в следующем виде:

Танковый корпус – специальное оружие глубокой операции, своего рода рапира, которая проникает через взломанный иными соединениями Красной Армии разрыв в боевых оборонительных порядках противника и уходит в его тылы на оперативную глубину, способствуя охвату и окружению крупных масс вражеских войск. Для вооружения танковых корпусов в 1940 году предполагается использовать танки БТ-7. По мере освоения промышленностью производства танков Т-34 планируется насыщать ими в первую очередь, после, конечно, учебных частей, именно танковые корпуса.

Отдельная тяжелая танковая дивизия представляет из себя инструмент, противоположный танковому корпусу – это своего рода топор, даже, скорее, колун. Тяжелая танковая дивизия предназначается для преодоления сильных, хорошо оборудованных в инженерном отношении оборонительных позиции. Фактически, танков для тяжелых танковых дивизий у нас нет, но для учебных целей на 1940 год вполне пригодны танки Т-28, количественно усиленные БТ-7. По мере освоения промышленностью производства танков КВ планируется насыщать тяжелые дивизии именно танками КВ с одновременным выводом и Т-28 и БТ-7 на базы хранения.

Отдельная танковая дивизия – типовое соединение танковых войск. Если продолжить аналогии с холодным оружием седой древности, танковая дивизия – это меч. При достаточном насыщении пехотой и артиллерией, танковая дивизия способна как обороняться на танкоопасных направлениях (играя роль мобильного противотанкового средства в арсенале командующего фронтом), так и наступать (в случаях, когда противник недостаточно хорошо оборудовал оборонительные позиции).

Форсирование рек и озер в ходе грядущей войны будет представлять собой известную сложность. В частности, представляется необходимым иметь силы и средства для захвата плацдармов и их удержания передовыми отрядами до подхода основных сил. Очевидно, что быстро наладить и развернуть переправочные средства наступающим войскам удастся не всегда. Хорошим подспорьем будет наличие танковых бригад РГК на плавающих танках, заранее обученных быстрому форсированию водных преград и быстрому укреплению плацдармов. Число таких бригад не должно быть большим, вполне достаточно иметь одну на Востоке, одну на границе с Финляндией и еще две на западной границе СССР. Несправедливо, пожалуй, будет оставить танковые бригады плавающих танков без аналогии. Если танковый корпус – это рапира, тяжелая танковая дивизия – это колун, танковая дивизия – меч, то танковая бригада РГК плавающих танков – это абордажная кошка.

Боевая подготовка войск должна логически вытекать из целевого оперативно-тактического применения частей и соединений.

Все танковые соединения в равной степени должны быть обучены маршу, технической эксплуатации танков, постоянному поддержанию их боевой готовности, умению маскировать танки на местности. Мотострелковые полки в составе танковых дивизий должны уметь все то, что умеют лучшие стрелковые полки Красной Армии, а кроме того они должны не бояться танков, знать их сильные и слабые стороны, уметь обороняться от неприятельских танков и защищать свои танки от пехоты противника с противотанковыми гранатами и бутылками с зажигательной смесью. Особое значение имеет для танковых соединений разведка, в том числе и инженерная разведка как метод определения возможных танковых путей для своих и вражеских танков.

Личный состав бригад плавающих танков надо учить плавать и быстро ориентироваться в незнакомой обстановке, в том числе и в условиях неопределенности, в условиях морально-психологического напряжения и опасности. При обучении вождению танков здесь особенное внимание надо будет уделить форсированию водных преград.

Личный состав танковых корпусов должен умело сочетать использование авиации, артиллерии, танков и пехоты в глубоком наступательном бою и операции.

Танковые дивизии на Т-26 являются противотанковым мобильным оборонительным средством в составе армии или фронта. Тут особое значение имеет навык инженерного оборудования и маскировки позиции и ведение боя в обороне против танковой дивизии противника.

Танковые дивизии на БТ-7 являются средством контрудара и контрнаступления армии или фронта. Тут особое значение имеет маскировка позиции в месте концентрации танкового соединения и встречный бой против пехотной дивизии противника.

Личный состав тяжелых танковых дивизий надо учить штурму укрепленных позиций, во взаимодействии с артиллерией главного командования и саперными частями.

Вышеуказанная Народным Комиссаром Обороны Маршалом Советского Союза товарищем Уборевичем неудовлетворительная оценка боеготовности автобронетанковых войск за 1939 год переполняет весь личный состав автобронетанковых войск неутолимым желанием исправить все выявленные ошибки и к исходу 1940 года выйти на первое место по проценту боеготовых частей среди всех родов войск Красной Армии. Этих результатов мы можем и должны достичь вне зависимости от производства танков новых типов.

Однако, уже с 1940 года будет совершенствоваться и наша материальная часть. По ряду оценок, европейская война продлится два-три года. Будем обращаться в правительство с просьбой нарастить производство танков новых типов, и к концу 1942 года не менее 80 % танковых дивизий перевооружить на новую технику.

{АИ}

К 1940 году Главное управление гражданского воздушного флота «Аэрофлот» (ГУ ГВФ «Аэрофлот») представлял собой мощную и хорошо организованную силу. В подразделениях ГВФ работало около 25 тысяч человек, в том числе свыше 3 300 пилотов. Без учета учебных заведений имелось более 2 500 самолетов. Хуже обстояло дело с качеством материальной части – широко эксплуатировались устаревшие типы, такие как тихоходные К-5 и ПС-9, многие из которых выдерживали по несколько ремонтов, другие его ожидали. Более половины самолетного парка занимали бипланы У-2 и различные его модификации, включая санитарные и транспортные. Из современных машин имелись несколько ПС-89, ПС-43, а также ПС-84 (в дальнейшем Ли-2), которые начали строить в Москве по лицензии американской фирмы «Дуглас» в 1939 году, а также 900 самолетов моей конструкции. В ГВФ числилось 100 легких пятиместных транспортных самолета САМ-5-бис, 600 легких пятиместных транспортных самолета САМ-5-2-бис, и 200 САМ-10. Самолеты моей конструкции с 1938 года заняли около половины выпуска в производственной программе ленинградского авиазавода № 23, но, в отличие от специализированного для ГВФ САМ-10 существенная часть произведенных самолетов САМ-5-бис и САМ-5-2-бис была отгружена в Красную Армию).

/Примечание Автора: В фактический самолетный парк ГВФ по источнику {90} внесены изменения по тексту АИ/

Успех эксплуатации в ГВФ освоенного в 1939 году легкого транспортно-пассажирского самолета САМ-10 с мотором ММ-1 вызвал закономерный интерес Наркомата Обороны. {АИ}

САМ-10 был развитием самолета САМ-5 2 бис, но в низкопланном варианте с крылом и оперением тех же размеров, но пересчитанными на новую массу. Двигатель ММ-1 в 220 л. с. конструкции А. А. Бессонова, шестицилиндровый перевернутого типа. Первый самолет САМ-10 был выпущен еще в июне 1938 года. Конструкция – деревянная. Фюзеляж – ферменный, безрасчалочный, с фанерной обшивкой бортов кабины, верхней и нижней сторон фюзеляжа и с полотняной обтяжкой бортов за кабиной. Фонарь – из целлулоида на металлическом каркасе, в средней своей части открывающийся в стороны. Крыло – двухлонжеронное с расчалками и полотном, над баками обшивка – фанерная, под баками – съемные фанерные панели. {09}

САМ-10 отличался высокой максимальной скоростью (336 км/ч, что более чем в два раза превышало максимальную скорость У-2), вместительным салоном (кроме летчика, в кабине САМ-10 размещалось 4 пассажира), хорошей продольной и поперечной устойчивостью, следствием которой была легкость и комфорт в управлении. Вес пустого самолета САМ-10 886 кг не намного превышал вес пустого У-2 770 кг. Себестоимость САМ-10 в 1939 году была больше, чем у У-2, но по мере расширения серийности нового мотора ММ-1 себестоимость и мотора, и самолета предполагала снижение.

Интерес Наркомата Обороны заключался в том, что штатным расписанием ряда корпусов, дивизий, бригад Красной Армии предусматривалось наличие авиационного звена связи из самолетов У-2. Обладая в качестве самолета связи рядом существенных достоинств, в частности, У-2 был способен взлетать и садиться с неподготовленных аэродромов (разбег самолета У-2 составлял 70 метров, а пробег – 120 метров) {81}, самолет У-2 имел и два важных недостатка – низкую максимальную скорость и низкую пассажировместимость. Фактически, при размещении в пассажирском сиденье стрелка с пулеметом, самолет У-2 не мог перевозить других пассажиров, а потребность в этом иногда была достаточно существенная.

САМ-5-2-бис, напротив, требовал 180 метров для разбега при взлете и 260 метров пробега при посадке, что означало его использование только с аэродромов, но возможность вместо одного-двух пассажиров перевозить 4 пассажира, и при этом поднять максимальную скорость в полтора раза (со 152 км/ч у самолета У-2 до 204 км/ч у самолета САМ-5-2 бис) повлияла на то, что САМ-5-2-бис заменили ранее использовавшиеся в качестве самолетов связи У-2 в большинстве авиадивизий и авиаполков.

Теперь возникло предложение относительно возможной переделки легкого транспортно-пассажирского самолета ГВФ САМ-10 в военный вариант с целью замены строевых У-2 в авиазвеньях связи на новый легкий вооруженный самолет связи САМ-10ВС (последние две буквы как раз и означали «вооруженный связной»).