Чтение онлайн

Дафна дернула Флоренс за руку, желая сделать больно, сломать все кости в ее хрупком теле. Та завыла от боли, но потом перехватила руку дочери.

– Ты – Дафна, да? – прошептала она, подходя ближе. Дафна не могла вздохнуть, ощущая касания той, что пугала ее, будоражила фантазию, щекотала мозг, даря все новые вопросы все эти годы. Детский страх вернулся и сжал горло еще сильнее, чем раньше. – Конечно, ты – Дафна. Я узнаю тебе всегда… Моя девочка…

Флоренс провела по ее щеке, Дафна закусила губу, не зная, что делать. Сердце колотилось где-то в горле, адреналин струился по венам.

– Я писала тебе судьбу… ужасную судьбу! И я так рада, что меня победили тогда. Ведь ты сама смогла выбрать будущее! Благодаря этому я поняла, как люблю тебя! Я бы никогда… Я желаю тебе добра и счастья, родная.

– Я тебе не родная.

Дафна стряхнула руку Флоренс: пора уходить, ведь она больше не хочет видеть эту женщину. Надо отпустить воспоминания о ней, забыть, сделать вид, что кровной матери не существует. Блэр ласково коснулась плеча сестры, привлекая внимание, кивнула в сторону двери. Дафна обернулась, уже зная, кого там увидит, поняла это по взгляду Блэр: загнанного в угол котенка, которого ждет наказание, но вместе с этим там было и восхищение, как и всегда, когда отец обыгрывал ее, оказываясь там, где Блэр его вовсе не ждала.

Дафна встретилась взглядом с Элайджей, тот приложил палец к губам, указал на Флоренс. Она кивнула в ответ, понимая, что отец провел достаточно времени в палате и хочет знать, что имела в виду Флоренс, говоря о душе Блэр.

– Что за поворот?

– Поворот? – пробормотала Флоренс, садясь на кровать. Такая уставшая и изнуренная, словно уже одной ногой была на том свете. Волосы упали на впалые щеки, сорочка топорщилась на угловатых плечах. – Ах, поворот! Не люблю спойлеры, мышки мои.

– Говори! – Блэр схватила Флоренс за волосы и резко потянула. Та завизжала, но Дафна закрыла ей рот ладошкой, понимая, что они привлекают много внимания.

– Ладно! Ладно!.. Скажу так… Тебя ждет Хаос, хорошая моя. А нас всех – моя последняя пьеса! Лучшая пьеса! Поистине гениальная пьеса! Шедевральная! Нет! Богоподобная!..

– Говори уже! – прошипела Блэр.

– Я умру и… начнется последняя пьеса. Ведь моя смерть – ключ к уничтожению Врат меж мирами. И это будет… Гениально! Одно жаль: я буду слишком мертва, чтобы это увидеть.

Флоренс хохотала, как сумасшедшая. Она кашляла, давилась слезами, но продолжала хохотать. Казалось, ее тощее тело переломится надвое. Смех царапал уши и пробирался под самые ребра.

Элайджа оттолкнул дочерей, схватил Флоренс и поставил на ноги.

– Слепая стала, стерва! Говорил же: земля круглая, и все возвращается на круги своя.

– Элайджа! – проворковала Флоренс, едва дыша. Элайджа покрепче сжал ее горло, но Блэр коснулась руки отца и яростно помотала головой. Тот опомнился, выругался и выпустил бывшую мойру, та повалилась на кровать. – Хорош паршивец, а! Ну какой же ты!.. Лучший мужик моей дрянной пьесы! Пьеса – дрянь! Но ты…

– Заткнись!

Элайджа схватил дочерей за руки и выволок за дверь, указал Филиппу на врача в конце коридора, и тот ушел отвлекать его.

– Мы должны ее спасти! – закричала Блэр. – Прости, что мы сбежали! Но я должна была помочь Даф, а она должна была поговорить с ней! Но ты же видишь, что все к лучшему! Мы должны были поговорить с ней! Чтобы теперь спасти!

Блэр тараторила, не в силах сдержать эмоции.

– И почему мы должны это сделать? – спокойно спросил Элайджа. Блэр видела в его глазах, что он уже принял решение, но позволял ей объяснить, хоть у них и не было на это времени. Это был очередной урок, практический на этот раз. – Она – та, кто ослепила твою мать, пыталась убить меня, Даниэллу и убила Джейкоба. Правда, мы его потом вернули…

– Не ради нее! Ради нас! Попадет туда, где есть магия, мама сможет помочь ей. Поделиться с ней годами жизни! Я готова, если надо!

– И? – Элайджа положил руки на плечи Блэр, его глаза мерцали от нетерпения.

– И это даст нам время, чтобы понять, как открепить ее жизнь от Врат. Или хотя бы подготовиться!

Элайджа улыбнулся, а Блэр, не веря, вздернула брови. Она что, дала верный ответ? Правда?

– Ты это сделаешь. Вперед!

– Я?

– Ты – следующая королева.

– Нет… Дафна старше….

– Я отказалась, Би, – ответила Дафна, наблюдавшая за разговором, теребя подол футболки. – Ты – королева. Не я! Ты понимаешь, каково это, ты словно родилась для этого! И королевская магия твоя по праву.

– Но, Даф… я не могу…

– Поговорим об этом дома, хорошо? – Элайджа подтолкнул Блэр к двери. – А сейчас я хочу, чтобы ты зашла туда и сказала Флоренс, что она идет с нами. И быстро! Вы тут полбольницы на уши подняли.

– Не мы… Это она орать начала… – пробормотала Блэр, но пошла к Флоренс. Папа прав. Это ее решение, а значит, она должна это сделать. Душа начала ныть, едва она осознавала, что потащит в Соларис ту, кого все ненавидели.

Блэр вошла в палату, чтобы сказать то, что меньше всего хотело срываться с языка, но не успела. Безумная улыбка застыла на лице. Кровь хлынула из шеи. Скальпель выпал из руки. Флоренс повалилась на кровать, готовая отдаться в руки смерти, чтобы запустить свою последнюю пьесу… И у них нет магии, чтобы спасти ее. Чтобы сделать хоть что-то.

Флоренс умирала. Элайджа звал врачей. Дафна плакала. А Блэр вздрогнула, едва на ее плечо опустилась рука, а горячий шепот коснулся души.

– Останови время, пчелка.

Блэр покачнулась, ощущая, как голос заполнял ее, оплетал каждую частичку. А магия ворвалась в тело, смешалась с кровью и заструилась по венам. Рука обхватила ее за талию, не позволяя упасть.

– Ну? Она умрет! Тик-так!.. – Голос щекотал ухо, согревал теплом, а пальцы еще сильнее схватили плечо, делая больно, впиваясь ногтями в нежную кожу.

– Но я…

– Останови. Время.

Элайджа заметил, что кто-то держал его дочь. Он уже сделал шаг, лицо исказилось от злости, но потом замер. Как замер и мир.

Хватка ослабла, но мужчина не убрал руку, только отстранился от Блэр и довольно улыбнулся.

– Во всем городе остановила время! Ух ты!

Блэр смотрела на бледную Флоренс, у которой перестала течь кровь. Мысли пытались собраться в кучу, но теряли друг друга и тонули в пучине непонимания. Она дернулась, но мужчина усилил хватку, не позволяя вырваться.

– Пчелка, если я тебе отпущу, время запустится. Я – твой источник магии.

Блэр повернулась, а мужчина сделал шаг, чтобы она смогла разглядеть его. Высокий. Волосы едва касались плеч, а половину он собрал в неряшливый пучок на затылке. И улыбка… такая озорная. Такая очаровательная. Лукавая, но такая… теплая.