Чтение онлайн

4. Перевод, которым в старое доброе время занимались в основном лингвисты, все чаще стал напоминать производственный процесс, в котором помимо языковедов участвуют специалисты из других областей. Стали появляться полноценные переводческие фирмы, способные оказывать комплексный сервис, и вскоре (к концу 80-х годов) их число только в США превысило тысячу. Увеличение объемов переводимой на другие языки сопровождающей документации существенно повысило эффективность международных экономических отношений в целом и международного маркетинга экспортеров в частности. Впоследствии сопровождение товаров переведенной на соответствующий язык документацией стало во многих странах юридически необходимым и предписывалось законодательными актами.

Эти фирмы, как правило, не были переводческими фирмами в узком смысле слова, поскольку собственно перевод текстовых данных был лишь составной частью общего объема работ. В сферу их деятельности входили и другие функции, порой напрямую не связанные с переводом, но востребованные рынком. Деятельность этих фирм все чаще стала напоминать товарное производство, а саму деятельность стали называть не переводом, а языковым менеджментом. Сформировался рынок такого языкового менеджмента, произошла его сегментация, в частности, для разных категорий потребителей возникали разные категории поставщиков. Заказчик получил возможность выбора [130].

Что же происходит, если такой выбор не предоставляется? Как утверждают Анна Бэк и Эми Жиллетт (свободно владеют английским и русским языками, предоставляют консультационные услуги в написании бизнес-плана, издали книгу ''Говорите по-английски как американцы''), из-за ошибок в грамматике переводчик может представить вашу компанию как непрофессиональную или даже нелепую и смешную для англоязычного мира. Испорченный имидж может привести к потере доверия, и, как следствие, к потере продаж. Плохой перевод также может затруднить оценку ваших предложений потенциальными покупателями, партнёрами, инвесторами. Будет ли венчурный капиталист, не совсем хорошо знающий язык, который получает по 4–5 предложений в день, читать инвестиционное предложение на английском языке, который непонятен для него, но хорош для переводчика? Каким бы достойным не было бы такое предложение, у него нет шансов на успех. Поэтому их советы заключаются в том, чтобы не забывать о своей аудитории. Если вашей аудиторией являются американцы, постарайтесь найти американских редакторов, для английской аудитории найдите англичан. Если вы пишите для интернациональной аудитории, следует использовать международный английский.

Также следует всегда информировать переводчиков до начала совместной работы о том, что конкретно вы хотите получить и о ваших целях. Чем больше усилий вы вложите в их подготовку, тем лучше они смогут выполнить свою работу. Если переводчик не спрашивает о назначении вашего документа, целевой аудитории – лучше заняться поиском другого. Как мы видим, оба эти совета связаны с ориентированием на клиента [129].

Вышеприведённые факты объясняют, почему в какой-то определённый исторический период определённые теории перевода работали, а в Эру Маркетинговой Компании – они себя исчерпали. Ведь они лишены основного компонента – информации о потребителях перевода. Об этом будет вторая глава данной монографии.

1. Теория перевода подверглась множеству изменений, но всякий раз вектор перемен направлялся в сторону удовлетворения нужд потребителей перевода – по направлению к клиентоориентированному переводу.

2. Улучшить качество оказываемых услуг можно не путём усовершенствования своих знаний и призывами работать ещё упорнее, а путем получения информации о клиентах и их потребностях, а затем адаптации перевода под эти нужды.

3. Превалирование Эры Маркетинговой Компании имело место не всегда не только в России, но и на Западе, потому что конкуренция там не всегда была такой острой. Это объясняет, почему в какой-то определённый исторический период определённые теории перевода работали, а в Эру Маркетинговой Компании – они себя исчерпали.

4. История перевода развивается в ногу с экономическим развитием – движением общества от Эры Простой Торговли до Эры Маркетинговой Компании.

5. В период 1959–1964 годов – конец Эры Маркетингового Отдела и начало Эры Маркетинговой Компании – появилась концепция переводческой эквивалентности, изложенная Ю. Найдой. Это явилось переломным моментом в движении перевода в сторону клиентоориентированности. Наиболее четко это выражено в часто повторяемом тезисе: традиционный вопрос «Верен ли перевод?» нуждается в уточнении «Верен для кого?».

6. Тот факт, что в период с 1917 по 1991 годы государство рассматривало перевод как вид идеологического оружия в значительной степени объясняет беспомощность переводчиков в условиях многообразия потребителей в последующие годы, когда после распада Советского Союза характер переводческой деятельности и ситуация на рынке существенно изменились.

7. Перевод, которым в старое доброе время занимались в основном лингвисты, все чаще стал напоминать производственный процесс – нужды потребителей не всегда касаются области лингвистики.

8. Если переводчик не спрашивает о назначении вашего документа, целевой аудитории – лучше заняться поиском другого переводчика.

9. Одним из основных компонентов современной теории перевода должна являться информация о потребителях перевода.

Примеры, приведённые нами из разных эпох, демонстрируют тот факт, что успешный перевод требует информацию о потенциальных потребителях и их вероятной реакции на перевод, т.е. правильный перевод с точки зрения потребителя. Без достоверной информации переводчики вынуждены полагаться на интуицию. В результате, они принимают решения на основе своих суждений, имея очень мало (заранее собранных) надёжных данных о потребителях. И когда приходит время принимать решение, они не имеют такой информации. Но так как поздно что-либо делать, они принимают решение без этой информации.

Выходом из данной ситуации может быть сбор данных о потребителе после каждого выполненного для этого потребителя перевода. Другими словами, обеспечивается постоянный поток информации, который может быть доступен для переводчика всякий раз, когда он в нём нуждается. Процесс сбора информации состоит из пяти этапов:

1. Определение проблемы.

2. Анализ ситуации.

3. Сбор данных, относящихся к проблеме.

4. Интерпретация этих данных.

5. Решение проблемы.

1. Определение проблемы.

Определение проблемы является самым важным – и часто самым трудным этапом в процессе сбора информации и может занимать половину времени всего процесса.

За важностью определения сущности проблемы – и затем за попыткой решить её – можно пронаблюдать, если мы рассмотрим следующий случай. Переводчик осуществлял перевод – письменный и устный – для генерального директора одного из производственных предприятий. Генеральный директор недостаточно знал русский язык – отчасти потому что большую часть своей жизни он провёл в Грузии. Все переводы оценивались плохо генеральным директором и хорошо другими работниками. Генеральному директору больше нравились переводы, осуществлённые менеджером компании, который знал язык, но при этом не имел ни переводческого образования, ни опыты работы переводчиком. Генеральный директор всегда ставил в пример этого менеджера профессиональному переводчику и советовал усовершенствовать свою квалификацию. Переводчик попытался переводить лучше, но для директора этот вариант перевода показался ещё хуже. Замаячило увольнение. После двух ударов, переводчик решил более внимательно взглянуть на проблему и поговорил с менеджером, чьи переводы генеральному директору нравились. Менеджером был грузин и высказал мнение о том, что тот русский язык, на который осуществляется перевод, должен быть максимально простым – именно таким, на языке которого разговаривает генеральный директор. Наконец, определив проблему, переводчик переориентировал перевод на потребителя и сохранил работу.

Фраза 'определение проблемы' звучит просто – и в этом вся проблема. Как мы уже говорили, ряд потребителей могут отвергать перевод определённого переводчика, в том время как другие потребители его хвалят. Можем ли мы определить проблему как: 'Как мы можем улучшить перевод?' Наверняка, нет. Это будет всё равно, что дать пациенту с плохим слухом аппарат, не попытавшись проверить, почему он плохо слышит. Сначала очень легко принять симптомы за проблему. Затем мы уклоняемся от цели. Затем, мы не замечаем действительно серьёзных вопросов, в то время как анализируем вопросы, которые не представляют собой важности – и теряем потребителя, закрепляя за собой славу 'плохого переводчика'.

Конец ознакомительного фрагмента.