Чтение онлайн

Соня только недовольно сопела, топая по дому, так что доски скрипели, а в старом, ещё бабушкином, серванте позвякивал бабушкин же хрусталь.

Утром Кочергин проснулся бодрым и в хорошем настроении. Оно, правда, слегка упало, когда он вспомнил, что весь гонорар от бизнесмена, собиравшего компромат на партнёра, ушёл на ипотеку и карточку Влады, которой не новую квартиру надо было дарить, а к бабушке в деревню отправлять. Какое там — Соня аж плешь проела историями о том, что нормальные родители детям на выпускные дарят собственное жильё. Потом, правда, оказалось, что на всей дочкиной параллели от родителей в новую квартиру после школы съехала только Влада.

Однако угрозы Кочергина выселить жену с дочкой в деревню к тёще определённо подействовали — его костюм почищен, даже ботинки сверкали, рубашка выглажена, а на плите в сковороде ждали сырники.

Впрочем, всё как всегда: Соня его пилит, пока не доводит до срыва, а потом усердно извиняется. И так двадцать лет.

Чтобы организовать для жены вечерний досуг, Кочергин снял с кровати постельное бельё и кинул в корзину для стирки. И да — свежее специально не стал стелить.

Ежеутренние обливания на морозце, лёгкий кросс вокруг дома. Натоптал снежной слякотью по всем комнатам. Это чтобы Соня перед стиркой не заскучала. И ещё подругам рассказывала, что замужем за свином.

О да, ведь все хряки носят костюмы-тройки и начищенные жёнами ботиночки. И шляпа. Позавтракав и нарочно не помыв посуду, Кочергин приоделся. Осмотрел своё отражение, потом сел на скамейку у входной двери и уставился в пустоту. Кому нужна эта его щеголеватость. И на кой вообще тащиться в офис, если он там весь день просидит, просматривая сериалы и решая логические задачки. Может, лучше остаться дома?

Зажужжал телефон с рабочей сим-картой, на экране высветился незнакомый номер. Нажав «принять», Кочергин чётко проговорил:

— Частный детектив Кочергин. Слушаю вас.

— Иван Фёдорович? — осторожно спросил приятный женский голос.

— Верно. Чем могу быть полезен?

— Э… здравствуйте, Иван Фёдорович. Видите ли… — Дама на том конце привычно мялась. — Мне вас посоветовали как человека, который может решить весьма деликатное дело.

— Вы можете описать суть дела в двух словах? Имена называть пока не обязательно. — Кочергин всё-таки поднялся со скамейки и потянулся за пальто.

— Видите ли, мне сказали, что у нас в городе с такой необычной ситуацией можно обратиться только к вам, — продолжала мямлить потенциальная клиентка. — Что вы — профессионал, и можете распутать даже такую необычную историю.

Кочергин, уже надевший один рукав, замер. В трубке тихо шуршало.

— Пожалуйста, опишите вашу проблему, — снова попросил детектив.

— Эм… мой муж… бывший… он, знаете, скончался. — Женщина помолчала. — И я уверена, что это из-за… господи… из-за… ой, не знаю…

— Так из-за чего же? — подтолкнул собеседницу к ответу Кочергин.

— Из-за проклятой картины, — наконец выдохнула дама. — И она пропала.

Кочергин аккуратно выехал из гаража, свернул на Юбилейную и направился к офису. Дороги, конечно, почищены, и довольно неплохо, однако осторожность зимой никогда не бывает лишней. Одно неверное движение — и твоя машина становится новогодним подарком для жестянщиков. А гонять по городу на такси накладно, да и неудобно. При его-то профессии.

Мимо проплывал занесённый метелью Нижний. Собственно, ехать тут совсем чуть-чуть — всего-то от частного сектора до Советской площади. Всё равно красиво. Особенно зимние сады и домики, прикрытые мягкими снежными шубами.

Что там плела клиентка? Проклятая пропавшая картина? Да, таких дел у Кочергина ещё не было. Ни в полиции, ни в бытность частником-неудачником. Что она ещё несла? Что-то льстила про то, что во всём Нижнем якобы не нашлось другого такого специалиста, который бы взялся за такое «деликатное и весьма необычное» дело. Ну, тут всё ясно. Действительно, такой уникум в Нижнем, пожалуй, всего один. Другой попросту рассмеялся бы заказчице в лицо. А Кочергину дочкину ипотеку тянуть.

Шумно выдохнув, Кочергин повернул с Советской площади на улицу Бекетова. Проехал немного и припарковался в «кармане», устроенном ещё бывшими владельцами его офиса. Вышел под снегопад и привычно глянул на второй этаж домика народной стройки.

В окнах его бывшей квартиры, проданной для первоначального взноса на дочкину ипотеку, отражалось серое зимнее небо. И чего Владке тут не жилось? Ну конечно. Старый двухэтажный дом — фи, некультурно. Читай — непонтово. Подружки же засмеют. Чтобы им всем каблуки переломать и схватить несварение прямо перед Новым годом. Чтобы чёрная икра с сусальным золотом оказалась под запретом. Хотя такие, как Владкины подружки, лучше потом будут три дня на белом троне сидеть, а от дорогущей пафосной еды не откажутся. Главное, чтобы платил за угощение кто-нибудь другой.

Устав от пустых мрачных мыслей о дочкином окружении, Кочергин вздохнул и направился к офису. Оказалось, ступеньки напрочь замело. Если дамочка, которую он ожидал, из богатеньких (а в этом можно не сомневаться, потому что к частным детективам приходят в основном состоятельные), то ей такая «входная группа» придётся не по нраву.

Мысленно застонав, Кочергин, утопая в сугробах почти по колено, доковылял до офиса и открыл дверь. Снял «объект» с сигнализации, достал из шкафа щётку и снова вышел на крыльцо. Прямо в начищенных ботиночках, промокших брюках, пальто и шляпе, сквозь зубы цедя проклятия всем и вся, стал счищать снег со ступенек.

Минут через десять, когда он уже добрался до нижней ступени, рядом с его машиной припарковалась недешёвая иномарка. Из неё выбралась ухоженная дамочка возраста примерно самого Кочергина. В серой шубке с подолом-колокольчиком и замшевых сапожках на тонкой шпильке. Хорошо, что он успел почистить крыльцо, а то бы она, пожалуй, попросту брезгливо глянула на заснеженную лестницу, потом села в свою машинку и укатила, оставив Кочергина без перспективного, хотя и мутного заказа.

— Иван Фёдорович? — вяло спросила мадам, подходя ближе. Понятно, успела остыть и, возможно, даже передумать нанимать детектива.

— Да. Рад встрече, — растянулся в улыбке Кочергин, подавая дамочке руку.

— Это я вам звонила, — промямлила клиентка, брезгливо осматриваясь. — Меня зовут Жанна Малова.

— Прошу в офис, госпожа Малова.

Кочергин вложил в сопровождение заказчицы всю галантность, на которую ещё был способен. Эх, жаль, секретарши у него нет, ни чаю, ни кофе не предложишь. От мысли о кофе во рту отчего-то появился слабый кремово-сливочно-алкогольный привкус.

Малова не стала снимать шубу, расположилась в кресле для посетителей прямо в верхней одежде и перчатках, прижав сумочку-клатч к коленям.