Когда говорит море
Шрифт:
Хуже всего было сознавать, что я сама обрекла себя на это унижение. Добровольно, без единого слова протеста приняла отвратительные домогательства ректора. Позволила ему измываться надо мной по собственной воле. Но ведь если бы я решилась сопротивляться, меня непременно казнили бы.
От этой мысли я разрыдалась еще горше, уткнувшись лицом в ладони. Стыд и отвращение к себе жгли меня изнутри, точно я наглоталась морских ежей. Никогда еще я так мучительно не ненавидела себя и не жалела о собственных поступках.
Куда только подевалась моя гордость? То самоуважение и достоинство, которые так ценились сиренами? Пришлось отказаться от всех моральных устоев, чтобы унизиться перед мерзавцем Себастьяном! Хотя именно он, в сущности, и был главным извергом и грязным развратником. Но мысль о том, что я сама допустила подобную мерзость, была невыносима.
В конце концов, обессилев от рыданий, я добралась до своей спальни. Забравшись в дальний угол, поджала хвост к подбородку и съежилась в комочек, по-прежнему содрогаясь от приступов дрожи. Ни сна, ни отдыха для меня больше не существовало. Единственное, о чем я могла думать — это Джейсон, мой прекрасный Джейсон.
Я обязана была придумать как спасти его и себя, отвести от нас угрозу, какой бы ужасной она ни была. Но, казалось, все было против нас! Под водой меня преследовал проректор. В море на Джейсона охотился Эндрю Ройс. На берегу расставлял свои ловушки Виктор.
Эти мысли повергали меня в новые волны душевной апатии. Порой мне даже хотелось не предупреждать Джейсона, а просто сбежать, исчезнуть из его жизни навсегда. Но любовь не позволяла этого сделать. Слишком глубоко запало его имя в моем сердце, слишком сильны были чувства, связывающие нас.
Что бы ни ждало меня впереди, я должна была увидеть Джейсона еще раз. Хотя бы единожды взглянуть в его прекрасные глаза.
С этой решимостью в душе я забылась тревожным сном, полным кошмарных видений. Мне весь сон виделся проректор, нагой и отвратительный, пожирающий меня взглядом полным вожделения. От его прикосновений моя плоть покрывалась струпьями и язвами, из которых сочилась гниль. А я все плыла, плыла без остановки, но никак не могла скрыться от его пылающего, пожирающего меня взора…
Очнулась я в полном изнеможении, спеленатая стыдом до последней чешуйки. Но на этот раз вместе со стыдом во мне пробудилась решимость. Что бы ни ожидало меня в ближайшем будущем, я обязана увидеться с Джейсоном и предупредить его об угрозе!
Проснувшись в своей спальне, я сразу же поняла — никакого уединения мне больше не видать. У самого входа в покои топтался могучий стражник из числа приспешников Себастьяна. Уродливое чудовище с вытаращенными глазами и вечно оскаленной пастью источало такую ауру угрозы, что у меня сразу же свело живот.
При моем появлении в дверях тварь шевельнулась и проскрежетала жуткими зубастыми челюстями:
— Приказ ректора. Ты не можешь выходить из комнаты. Ты находишься под стражей до особого распоряжения. Попытка бегства — смертная казнь.
Глава 9
При моем появлении в дверях страж шевельнулся и проскрежетал:
— Приказ ректора. Ты не можешь выходить из комнаты. Ты находишься под стражей до особого распоряжения. Попытка бегства — смертная казнь.
Его слова подействовали как пощечина. Так вот какая участь меня ожидала после сделки с Себастьяном! Я оказалась в заточении, отрезанной от внешнего мира. Похолодев от ужаса, я поспешно нырнула обратно в комнату, прижалась к стене и разразилась рыданиями.
Какой же я была дурой! Неужели могла всерьез поверить, что ректор просто так отпустит меня после случившегося? Видно, Себастьян и не думал отпускать меня. Конечно, он рассчитывал заточить меня в кабалу, овладев моим телом и душой без остатка.
От этой мысли судороги ужаса пробегали по всему моему телу. Теперь я оказалась в хитрой западне, в ловушке унизительной и безвыходной. Стоит Себастьяну лишь пожелать, как меня изгонят из Академии, или отдадут под суд. А он вновь потащит меня на свое ложе бесчестия, точно приговоренную. А после каждого подобного визита меня будут запирать здесь вновь, лишая остатков моей свободы.
Самое же страшное было в том, что безумного ректора уже не остановить. Как скоро я превращусь лишь в пустую оболочку — измученное, сломанное создание без воли и стыда? Такая участь страшила меня куда больше самой смерти.
Но как же быть с Джейсоном? Как известить его о том, что я взаперти в этой темнице? Что я не бросила его? При одной мысли о том, что может случиться с моим возлюбленным, который будет ждать меня ночами напролет на берегу, меня охватывала дрожь. Я просто была обязана не допустить этого!
Весь оставшийся день я просидела неподвижно, скорчившись в дальнем углу комнаты и безостановочно прокручивая в уме все возможные способы освобождения. Но все идеи казались бессмысленными и ненадежными: могучий страж уж точно не уснет на посту, а попытка прорваться силой обречена на неудачу. Мои телесные и магические силы были ничтожны против этого закованного в броню монстра. Я просто маленькая русалка…
Наконец, когда тень за окном сгустилась, а уставшее тело начал сковывать холод, в голову пришла отчаянная мысль. У меня осталось всего одно колдовство, на которое я еще была способна. Это было очень опасно, но другого выхода, кажется, не было!
Сосредоточившись изо всех сил, я выбросила из головы все посторонние мысли и сконцентрировалась на образе человеческого тела. Внутри меня начали происходить странные метаморфозы. По хвосту словно пробежала судорожная рябь, а весь фигура охватило ощущение бесформенности и дряблости. Я закусила губы до крови, мысленно все глубже уходя в образ. В какой-то момент тело свело жуткой сковывающей болью, но я не дрогнула. Когда же боль достигла апогея, прямо на моих глазах хвост распался на две конечности, а я словно выскользнула из своего обычного облика.
Через некоторое время передо мной предстало новое существо — высокая стройная женщина с роскошными формами. Лишь промелькнувшая боль напоминала мне о перенесенных муках. Преодолев ее, я осознала, что трансформация завершилась успешно.
Я чувствовала себя очень странно, вода давила на меня со всех сторон, мои глаза почти ничего не видели и еще… я не могла больше дышать!
Задержав дыхание, я, не теряя ни минуты, встала во весь рост, затем оттолкнулась ногами от стенки и поплыла к выходу. Костистое чудище с челюстями по-прежнему торчало на страже, провожая меня безучастным взглядом своих громадных глаз навыкате. Оно меня не видело, ведь я не принадлежала более к миру сирен! Я скользнула мимо, стараясь двигаться легче бестелесного призрака. Вскоре стражник уже остался позади, а я поспешила вдоль коридора в сторону выхода из Академии…