Чтение онлайн

Мигание тьмы, и эльфийка гневно бросилась на Ингрид с кулаками. Да только куда ей! Ингрид от души зарядила ей по лицу, заломила руки за спину и смачным пинком под зад вышвырнула за пределы кухни. И с коридора послышался раскатистый рык боли.

Кажется, к своей беде, на шум явился Грегер, и катапультированная эльфийка приложилась об его вывихнутую и сломанную руку. Конрада передёрнуло и накрыло волной мурашек. Как неудобно получилось. Издеваться над вожаком он больше не планировал - хорошего понемногу. Однако содержимое внутреннего сосуда радостно закипело и скакнуло вверх. Пожалуй, на сегодня хватит катаклизмов.

Ингрид вылетела с кухни, а за ней и Рахион. Лексо потирал ушибленную поясницу и захлёбывался в ругани, а Конрад решил присоединиться к большинству и посмотреть, как там ненароком пострадавший.

– Отвали от него!
– Ингрид оттолкнула Лаисию и сама вцепилась в Грегера, глядя то на перевязанную руку, то на скорченное, багровое лицо.

– Вы что здесь устроили? Что за шум на всё подземелье?
– держась за покалеченную руку, мужественно проговорил вожак и окинул всех грозным взглядом. Конрад топтался позади всех и невинно пожал плечами, мол, тут вообще ни при чём. Ингрид так и не отлипала от Грегера, Лаисия вжалась в стену и молчала. А вот Рахион прошёл вперёд по коридору со словами:

– Вышли небольшие откровения, Грегер… Весьма познавательные откровения. Если ты понимаешь, о чём я.

Его холодный тон удивил всех. Единственный раз Конрад видел шамана таким серьёзным в первую встречу, когда эльф пытался замучить его духами леса, а потом в ответ на извинения Грегера за старые обиды любезно посоветовал ему убиться об дерево.

Вожак в непонимании нахмурился и зацепился случайным взглядом за Лаисию, её облитую чаем одежду, им же ошпаренные голые ноги и малиновую от удара щеку. Эльфийка смотрела, как Ингрид по-собственнически держится за локоть здоровой руки вожака, аккуратно придерживая пальцами больную, и украдкой ухмыляется, а он воспринимает такое внимание, как что-то само собой разумеющееся. Лаисия подавленно отвернулась и процедила:

– Я не понимаю, Рахион, что мы вообще делаем среди этих… людей. Мы их кормим, обслуживаем, ублажаем. Это просто унизительно! Мы не должны здесь больше оставаться.

Ингрид звучно прыснула и хотела, наверное, благословить её в добрый путь, но Грегер опередил:

– К сожалению, Лаисия, ни тебя, ни Рахиона мы никуда отпустить не можем.

– Что?!
– поразилась эльфийка.

– Ничего из того, что ты перечислила, мы от вас не требуем. Быт и всё прочее разрешим как-нибудь сами, а вы делайте, что хотите. Но вы слишком много знаете о наших планах на королевство. Надеюсь, понятно, что за пределы территории подземелья я вас не выпущу. Я заранее просил Римариуса наложить такие чары, чтобы выйти за них можно было только с моего личного разрешения.

Конрад недоумённо нахмурился. Как же он тогда спокойно покинул зачарованную зону, чтобы встретиться с Нейтаном и Арманом? С носителями тьмы у заклинания вышла осечка или Грегер просто сблефовал? А может, выход невозможен только для эльфов? И не спросить же.

– Вы никуда отсюда не уйдёте, - спокойным, но нетерпящим пререканий тоном объявил вожак.

– А иначе что, Грегер? Вы нас убьёте?
– тихо изрекла Лаисия, и в коридоре застыла многозначительная тишина.

Рахион отвёл взгляд и глухо сказал:

– Я догадывался, что так будет.

Лаисия стиснула кулаки и вся задрожала.

– Вы просто ненормальные. Вы все… со своими инстинктами… Животные!

И бегом припустила из коридора.

Грегер дождался, пока стихнет её топот и осуждающе взглянул на Ингрид. Девушка пронизывающе смотрела ему в глаза, пожала плечами и, раскинув в стороны руки, заявила:

– Ну а как ты хотел?

Грегер понимающе вздохнул и покачал головой, а Рахион круто развернулся и ушёл на кухню.

Усталость после всех тренировок довольно рано свалила в постель. Конрад уснул моментально, едва коснувшись головой подушки, и так же быстро проснулся от тихого стука в дверь.

По ощущениям, царила ночь, где-то половина второго часа. Он не потрудился одеться, просто вылез из-под одеяла и открыл дверь. Приглушённые магические факелы в квадратном холле озарили дверь в бесхозную спальню Мортена и стоящего за порогом Рахиона.

Шаман смотрел на волака так, что тот всё понял, вздохнул и шире отворил створку.

– И как, скажи мне, ты это сделал?
– начал эльф, когда Конрад закрыл дверь на ключ и двинулся обратно, к постели.
– А главное, зачем, Конрад?

Волак провёл пальцами по факелу на стене, осветив комнату приглушённым магическим огнём, сел на постель и сонно потёр лицо.

– Давно ты меня раскусил?

– Давно. Хотел посмотреть, чего ты добиваешься, да так вот и не понял. По мне, ты просто поиздевался над всеми, разворошив чужое грязное бельё!

– Сядь уже.

Непривычно серьёзный образ эльфа располагал к серьёзному разговору. Деваться некуда - придётся рассказывать. Всё равно от шаманской интуиции не отвертеться.

Конрад рассказал, хоть и вкратце, не вдаваясь в подробности. То, что смог спокойно выйти за пределы зачарованной территории, оправдал внешним влиянием Нейтана и его тёмного зова. Пускай Рахион не ищет лазеек, если вместе со своей сестрой вдруг надумает бежать. Ведь Грегер слов на ветер не бросает.

Эльф сидел на стуле, опустив голову, и молча слушал. А потом поднял холодный взгляд и медленно проговорил:

– Я понимаю, зачем ты стремишься овладеть чёрной магией. Волей великих духов с ней ты достигнешь небывалых высот, и это поможет тебе исполнить свой долг… Но если что-то подобное тому, что было сегодня, повторится ещё хоть раз, Конрад… я тебя прокляну.

В его спокойном голосе прозвучало отчётливое предостережение, почти что угроза. Рахион продолжал смотреть на волака исподлобья, и в том, что в его словах нет и доли преувеличения, сомнений не оставалось.

– Понял.

– Я очень надеюсь.

– Но разве это не принесло пользу?
– не сдержался Конрад.
– Лаисия наконец поняла, с кем связалась, вы оба узнали, что теперь намертво повязаны с нами. Я к тому, что лучше знать неприятную правду и принимать ситуацию, чем…

– Лаисии не нужно было ничего этого знать. Вообще ничего!
– помрачнел лицом Рахион. Ни намёка на прежнего жизнерадостного чудака.
– До этого дня я ещё мог сберечь её радужный, детский взгляд на мир, где все вокруг добрые друзья и стремятся воплотить свою мечту, исполнив предсказание нашего предка.