Чтение онлайн

Прохожу в ванную, откручивая проржавевшие барашки на допотопном кране. Плескаю себе на лицо прохладную воду, постепенно пробуждаясь ото сна. Приглаживаю влажными ладонями волосы. Собираю их в высокий «хвост».

Старое зеркало отражает мою перекошенную от нервов мордашку. Широко распахнутые глаза с красными от недосыпа белками. Мертвенно–бледную кожу.

Я до сих пор не верю, что снова возвращаюсь к своему прошлому. Ведь я уже давно забыла обо всём. Постаралась стереть из памяти, начав жизнь обычной среднестатистической женщины.

Я медленно выдыхаю. Закрываю кран, упираясь ладонями в раковину. Опускаю голову вниз.

Ничего. Это всего лишь ещё одно дело. Последнее. Самое важное. Сегодня всё закончится.

Смартфон мерзко начинает вибрировать, отразив на экране ненавистную фамилию. Я ссутуливаюсь, принимая вызов. Ожидаю услышать ещё какое–нибудь условие, которое окончательно добьёт меня.

– Виктория Юрьевна, вы помните о нашем уговоре?

Кажется, Касьянов сейчас ухмыляется. Ехидство сквозит из всех щелей ни в чём неповинного телефона. Больно бьёт по нервам, добавляя тревожности.

– Помню, конечно. – Хмурюсь, стараясь говорить как можно жёстче. По–другому с этим человеком не получится. Нельзя расслабляться. – Вы поэтому мне звоните? Думаете, что я страдаю провалами в памяти?

– Дерзко. Но мне это нравится. – Выдыхает сквозь зубы, заставляя меня вздрогнуть.

– Тогда зачем вы звоните?

Не хочу иметь с ним никаких дел. Не хочу ничего слушать. Единственное желание – чтобы он исчез из моей жизни. И жизни моего сына.

– Диадема, и я от вас отстану навсегда. Обещаю.

Его голос звучит глухо, и у меня ползут мурашки по телу. Сползают неприятным сгустком по позвоночнику. Оставляют ломаные линии пота на коже.

Хочется побыстрее повесить трубку, чтобы разорвать этот странный разговор, мешающий мне спокойно собраться с мыслями. Не выдерживаю напряжения и всё же взрываюсь.

– Отлично! Завтра она будет у вас.

– Буду ждать.

Его голос спокоен. Ещё бы! Ведь в его руках все ниточки, которыми он привык дёргать, чтобы повелевать людскими действиями.

Скидываю вызов. Понимаю, что пути отступления отрезаны. Теперь – только вперёд, иначе этот мерзкий тип не остановится ни перед чем…

Выскальзываю в подъезд, щёлкая замком на входной двери. Озираюсь по сторонам.

Не хватало мне ещё любопытных ушей местных кумушек, которые и так с излишним любопытством пытались узнать, кто и зачем снял старую пыльную квартиру на один месяц. Но сейчас всё тихо.

Стоя у подъезда, я со злостью смотрю, как холодные капли дождя лупят по тротуару. Охлаждают землю. Понижают воздух на градус, приближая город к осени. Превращаются в стихийно возникающие ручейки. Норовят затопить всё живое.

Выбегаю из–под спасительного козырька, мгновенно промокнув. Плюхаюсь на переднее сидение старенького чёрного Вольво, который не раз выручал меня в серьёзных ситуациях.

Только вперёд!

Дрожащими от волнения пальцами я вставляю ключ в замок зажигания и начинаю движение. Сжимаю зубы до хруста, настраиваясь на боевой лад. Внимательно слежу за двором – нет ли «хвоста» от Касьянова.

Мне не нужны его пешки рядом. Только мешаться будут. Вынюхивать секреты мастерства. А я не собираюсь так просто раскрывать свои карты.

Фонари отбрасывают причудливые тени на тротуар. Преломляются в лужах, приобретая странные формы. Растекаются по асфальту.

Я прибавляю газу. Выезжаю на магистраль.

Никто бы и не заподозрил, что под капотом этого дряхлого на вид автомобиля почти триста лошадиных сил. Друзья из автомастерской перебрали мне моего верного коняшку, превратив его в настоящий гоночный болид.

Но, об этом полиции знать совершенно необязательно.

Петляю по улочкам города, въезжая в центр Северной Столицы. Опускаю стекло, позволяя ночному воздуху ворваться внутрь. Проветрить мою горячую голову. Остудить хоть немного.

Вдалеке виднеется небоскрёб. Именно в нём, на самом последнем этаже, располагается пентхаус Ярославцева.

Пульс взрывается фонтаном в горле от предвкушения последнего дела. Молоточки звенят набатом в висках. Вытягивают жилы по струнке.

Выключаю мотор, припарковав автомобиль возле соседнего дома. Достаю из бардачка фото некогда любимого мужа. Меня душат слёзы, но я стараюсь держать лицо. Пытаюсь выглядеть непробиваемой, потому что сейчас не время для сомнений.

– Эх, Лёня, – шепчу я, смахивая с реснички непрошеную влагу, – помоги мне хотя бы оттуда.

Блин, если бы супруг был сейчас жив, всё было бы совсем иначе. Ну, почему я не догадалась о его планах? Почему не остановила?

Не замечала, что он пристрастился к карточным играм, спуская всю зарплату в подпольном казино Касьянова. Как? Не знаю. Наверное, была слишком увлечена новой работой в детском саду и воспитанием сына. Предоставила Леониду свободу действий, справедливо полагая, что он уже большой мальчик. Как–то охладела к нему как к мужчине.

– И теперь приходится всё расхлёбывать… Снова…

Наверное, мы слишком часто ссорились с супругом в последние месяцы. Я упрекала его в бесхребетности, в не состоянии найти нормальную работу и вечной нищете. Мне хотелось жить на широкую ногу, путешествовать и ни в чём себе не отказывать. В общем, жить так, как я жила раньше, до своего «отхода от дел».

А Лёня оказался слабаком. Натворил глупостей, влез в долги, а потом, испугавшись ответственности, просто самоустранился, подставив меня ещё больше.

Настроение ни к чёрту. Чувствую, как предательская слеза всё же срывается с уголка глаза. Медленно скользит вниз по щеке.

Убираю фотографию обратно в бардачок, надеваю чёрные перчатки. Волосы прячу под шапочку, моментально преображаясь.

– Только вперёд! – Гордо вскидываю голову, пытаясь выжать из себя уверенную улыбку.

Дождь уже перестал, и это хороший знак. Перекрестившись, хватаю с переднего сидения свой рабочий чемоданчик. Тот, что лежал несколько лет в самом пыльном углу кладовки.

Ноги с размаху попадают в жидкую, мутную жижу. Я морщусь – неприятно, но, надеюсь, это не помешает мне сегодня добыть трофей для Касьянова.