Чтение онлайн

Пока он говорил, операторы добавляли в трансляцию гололитические изображения захваченных городов. Их орбиты были переполнены имперскими военными кораблями — на их фоне становилось особенно ярко видно, насколько огромными были корабли Коракса. Также к снимкам из космоса добавлялись двумерные кадры с внутренних камер города — в коридорах, под бдительным присмотром Гвардейцев Ворона, свободно расхаживали жители.

– Вашим людям ничего не угрожает. Остальные лорды тоже могут позаботиться о своей безопасности. Выслушайте же еще раз наше предложение о дружбе и мире, которое послал к звездам мой отец, Император Человечества. Согласившись его принять, вы не потеряете ничего, но получите все. Присоединитесь к нам, и ваша цивилизация останется такой, какой была всегда, а в довершение ко всему вы получите нашу защиту. Мы с радостью примем вас в наше людское братство, и укроем от опасностей, кроющих в этой беспокойной галактике. Перед вами откроются такие возможности торговли, расселения и обогащения, каких вы и представить себе не сможете.

Проектор моргнул. Перед Кораксом высветилось миниатюрное лицо. Его специально проецировали крохотным, отчасти из–за размеров зала, отчасти ради того, чтобы Коракс мог смотреть на него с высоты имперских высот.

– Мы потеряем все, если согласимся, - проговорил владыка Тридцатисемиградусного Отклонения. — Нашу свободу, наше управление, нашу волю. Вы — варвары с изломанного мира, которые пришли сюда за данью.

Вспыхнуло еще несколько сфер, высветилось еще больше лиц. Все эти люди носили высокие шляпы с фестонами из бусин, говорившими об их высоком положении.

– Он прав, - сказал один.

– Мы не сдадимся, - добавил другой. 

В прошлый раз высказывалось меньшинство, а в этот раз, к вящей радости Коракса, несогласных стало еще меньше.

– У Ретрограда—Сорок-Восемь появятся новые семеро владык, и граждане выберут их голосованием, так же, как и много тысячелетий до этого. Так что отсутствие должностных лиц на верховных постах надолго не затянется, - сообщил Коракс. — А вот в новом князе Головной Оси нужды не будет. И в новом верховном контролере Зенита—Три-Один—Два тоже. — добавил он, назвав тех двух владык, которые громче всех перед этим возражали против Согласия. Оба они пока что не начали собственную трансляцию. — Кстати, новый Верховный Канцлер Тридцатисемиградусного Отклонения тоже не понадобится. Впрочем, вы можете не сомневаться, что во всех этих городах будут новые владыки, если вы не согласитесь. Я полагаю, вы заметили, как легко мы заняли вот эти восемь городов, и понимаете, что мои люди точно так же легко займут и остальные. Спросите жителей, как мы с ними обращаемся, и вы увидите, что вам нечего боятся. Подумайте о своих позициях, подумайте о своих людях. Мы с распростертыми объятиями примем ваши города в Империум. И я бы предпочел, чтобы в руках, которые раскроют вам объятия, не было оружия. Я не хочу проливать еще больше крови.

Коракс поднял левый указательный палец, приказывая приостановить трансляцию.

Голограммы одна за другой погасли.

– Ждем? — спросил Бранн.

Фенк заметил, что примарх всегда обращал особое внимание на слова этого десантника, Бранна, и еще одного, по имени Агапито. Внешнее сходство между этими командорами не заканчивалось на одних только одинаковых чертах, возникавших из–за общего геносемени. К тому же, у них было одинаковое родовое имя, и Фенк заключил, что командоры Невы были кровными братьями.

– Ждем, - ответил Коракс.

Фенк остался стоять на платформе. Недовольное жужжание работающих гололитических проекторов переплеталось с успокаивающим шепотом адептов Механикум, и в зале висел жутковатый, гипнотический гул. Он как будто норовил выгнать все остальные звуки, и в зале воцарилась почти церковная тишина, нарушавшаяся только тихим бормотанием и мерным гулом электроники.

Три минуты спустя одна из отдельных сияющих сфер вспыхнула ярче и сменилась мрачным лицом человека, прожившего куда дольше отведенного срока благодаря достижениям медицины.

–  Я Вондрил, герцог Поляры—Три, - хмуро сказал он. — Я услышал ваше сообщение. Мы собрали совет, и, учитывая опасения нашего народа, решили принять ваше предложение. Мы сожалеем о том, что поначалу были глухи к вашим доводам рассудка, и смиренно просим у вас прощения.

– Я не могу вас простить, потому что мне не за что вас прощать, - ответил Коракс, скрывая разочарование за улыбкой.

Конечно, было бы куда лучше, если бы каринейские владыки не умоляли. Принимая предложение о подчинении из одного только страха, они существенно затрудняли примарху задачу. В идеале ему требовался гордый властитель, который принял бы его предложение добровольно. Человек, который сдался с честью и получил взамен уважение, стал бы более наглядным примером для остальных. Подхалимство же, напротив, только усилит их сопротивление.

– Вы сделали верный выбор, - продолжил Коракс. — Добро пожаловать в Империум Человечества. Я называю вас братом и…

Изображение Вондрила на мгновение распалось, пошло полосами помех, расплылось в стороны, затем трансляция ненадолго восстановилась.

–  Что такое? Что случилось? — спросил Вондрил, тревожно оглядываясь. 

А затем трансляция с Поляры-3 оборвалась.

– Милорд! — крикнул терионский адъютант. — Каринейцы открыли огонь по Поляре—Три!

– Покажите нам, - велел Фенк.

Офицеры Фенка кинулись исполнять поручение наперегонки с терионскими приспешниками Коракса. Победа осталась за терионцами. Портативный голопроектор передвинули поближе для удобства Коракса. Зернистое изображение Поляры-3 замерцало на матовой черной поверхности. Высшие офицеры спустились с платформы и столпились вокруг голограммы.

Потоки заряженных частиц вонзались в Поляру-3 со всех сторон. Их было столько, что космос вокруг был почти не виден. Энергетические щиты уже вышли из строя, и вокруг луны висели тучи осколков и облака вырвавшихся газов. Однако даже такое количество лучей не смогло уничтожить Поляру-3 сразу. Ее ядро все еще функционировало, но если за лучами последует бомбежка твердотельными снарядами, то от планеты очень быстро останутся одни воспоминая.

– Мы можем их спасти? — спросил Коракс, следя за приближающимися ракетами. Сильно уменьшенные в масштабе, они наползали из голографического космоса. 

– Нет, милорд, - откликнулся Фенк, сверяясь собственной картой системы, развернутой на инфопланшете, поданном одним из адъютантов.

Остальные города обрушили на Поляру-3 невероятное количество огня. Массивная луна неспособна к скоростному маневрированию, а значит, большая часть снарядов угодит прямо в нее. 

– Мы могли бы сбить половину снарядов и где–то пятую часть торпед и ракет массового уничтожения. Остальные все равно пройдут. И даже для того, чтобы хоть так сократить их количество, нам пришлось бы сменить местоположение и оставить завоеванные территории без защиты. Любая попытка прикрыть Поляру—Три поставит флот в этом квадранте под смертельную угрозу. Вы позволите?
– спросил Фенк, и, дождавшись от примарха утвердительного кивка, перетащил информацию авто–стилусом со своего экрана на гололит.

Погибающая Поляра-3 сменилась подробной стратегической картой средней системы, на которой ярко–алым сияла зона перекрестного огня.

– Мы окажемся под прицелом орудий примерно трех сотен городов в этом секторе, а ближе к Поляре-3 их станет порядка четырехсот.

– То есть, спасательная операция тоже невозможна, - проговорил Коракс.

– К сожалению, да, милорд, - ответил Фенк. Он уже просчитал возможный риск, и тот получился поистине ужасающим.

– Как–то гладко у них все получилось, - заметил Агапито. — Такое ощущение, что это был подготовленный спектакль.

– У каринейцев есть преимущество — они хорошо друг друга знают, - ответил ему Коракс. — И им наверняка хватило ума предугадать поступок Вондрила. Но скорее всего, они просто были готовы стрелять по любому, кто решит сдаться.

– Вондрил был одним из тех, кто с самого начала всерьез задумался о том, чтобы присоединиться к Империуму, - добавил Бранн. — И этот расстрел будет наглядным посланием всем остальным.

– Милорд, - позвал офицер по коммуникациям, - входящая передача!

– Принимайте, - кивнул Коракс.