Чтение онлайн

– Бог даст, свидимся!
– сказал вслух Боксон. Стоящий рядом официант на всякий случай улыбнулся.

Боксон просидел в ресторане "Эрнесто Хем" ещё два часа; познакомился с платиновой блондинкой по имени Джилли, которая утверждала, что приехала из Нью-Йорка; после каждой порции ромового коктейля начинала проклинать этот огромный город; пыталась бездарно танцевать и к финалу ужина страдала от выпитого так откровенно, что Боксон, укладывая её на кровать в гостиничном номере, почувствовал себя растлителем. Алкоголь, однако, не помешал Джилли получать удовольствие от секса, в пике наслаждения она пронзительно вскрикивала, её шея и плечи покрывались красными пятнами. На сигарету сил у неё уже не оставалось.

8

Джилли спала, когда утром Боксон уходил; в пустом баре отеля он выпил кофе; сидя у стойки, поговорил с барменом на тему о предстоящем праздновании Нового года, оставил более чем щедрые чаевые; вернулся в свой мотель за вещами; на такси, выслушивая рассказы таксиста о случившихся ночь происшествиях, доехал до аэропорта; купил билет; вычеркнул из памяти остающееся в камере хранения оружие (отпечатки пальцев с него были стерты заранее); сел в небольшой грузопассажирский самолет; не обращая внимания на гул мотора, спал до самой посадки в Мексике. Ближайший рейс до Тапачуле оказался через час, с билетами проблем не возникло, и поздним вечером того же дня Боксон снял номер в маленьком отеле около аэропорта этого городка. Неподалеку мелькало фарами проезжающих автомобилей знаменитое пан-американское шоссе, было пыльно и жарко, вентилятор в номере дребезжал всеми составными частями, под окнами какие-то местные кабальеро громко обсуждали какую-то Сониту, причем все сходились во мнении, что у неё слишком толстая задница, но вполне достойная грудь. Когда разговор о прелестях Сониты пошел по четвертому кругу, Боксон заснул.

Хозяин бара "Текилито" Маркос, тучный мексиканец с роскошными усами и огромной сигарой во рту посмотрел на Боксона оценивающим взглядом:

– Филипп Олонцо звонил мне. Приходи вечером, что-нибудь придумаем...

Золотые зубы Маркоса сияли, как шитье на парадном мундире никарагуанского президента.

Весь день Боксон провел в чтении старых мексиканских газет, взятых у портье; бродил по городку; забрел на местное кладбище, где читал эпитафии ("Семья Диего Марселоса в скорби своей безутешна, ангелы, плачьте о нем"); позагорал, расположившись недалеко от аэродрома. Прогулка, кроме обыкновенного времяпрепровождения, имела и утилитарную цель - следовало разносить новую обувь и привыкнуть к новой одежде. Так же оценивалась возможность носить в карманах минимум необходимых предметов - бритва, зубная щетка, мыло, лекарства - таскать по гватемальским джунглям чемодан крайне дискомфортно. Результат обнадеживал - перегруженность плечам Боксона пока не грозила.

Вечером, в баре "Текилито", толстый Маркос указал Боксону на пустующий столик в углу:

– Жди, может быть, к тебе подойдут...

Боксон заметил его многозначительное "может быть". Что ж, таковы правила игры - сначала посмотрят со стороны, и только если убедятся в допустимости контакта, пойдут на разговор. Боксон сел лицом к двери, в одиночестве пил пиво и наблюдал за публикой. Ждать пришлось недолго - часа два с половиной, не больше.

– Вы Чарли Боксон?
– спросил, без разрешения усаживаясь напротив, невысокий мужчина с бородкой.
– У вас есть документы?

Обращение на "вы" показалось Боксону хорошим знаком, как и обветренное лицо новоявленного собеседника - в сочетании с чистотой рук оно свидетельствовало о частом пребывании на свежем воздухе и непричастности к крестьянскому труду.

– Есть, - ответил он.
– Но если размахивать ими перед каждым встречным, они теряют свою привлекательность...

– Я не настаиваю...
– пожав плечами, сказал бородач и сделал попытку встать.

– Не уходите, пожалуйста, а то мы так и не узнаем, чего лишились в результате расставания!..
– попросил Боксон.

– Хорошо, продолжим!.. Но все же я хотел взглянуть на ваши документы...

– Давайте обменяемся нашими паспортами и определим позицию для переговоров...
– предложил Боксон.

– На таком классическом испанском, как у вас, наверное, не говорят даже в Мадриде...
– усмехнулся гватемалец.
– Вот мой паспорт.

Они внимательно просмотрели документы друг друга.

– Луис Гонсалес...
– прочитал Боксон.
– Скажите, такую редкостную испанскую фамилию вы выбрали сами, или она досталась вам по наследству?

– Скорее, мне её подарили...
– ответил Гонсалес, и в свою очередь спросил: - Вы понимаете, что с британским паспортом в свободной республике Гватемала вы рискуете исчезнуть бесследно?

– Как раз с британским паспортом я не исчезну!
– не согласился Боксон. Местные власти примут меня за шпиона и организуют громкий судебный процесс. Я соглашусь со всеми обвинениями и добровольно признаюсь в чем-нибудь ещё.

– Что вам нужно в Гватемале?

– Меня интересует современное партизанское движение, думаю, что могу принести некоторую пользу...

– Ни больше, ни меньше...
– Гонсалес достал из кармана самодельную сигару, закурил. Вообще-то ему понравился этот уверенный в себе англичанин, так не похожий на тех ошалевших от безделья бывших студентов, которые приезжают делать революцию и после первых десяти километров по джунглям роняют винтовку, падают на спину и требуют привала. "Пожалуй, этот парень винтовку не выронит!" - подумал гватемалец.

– У вас очень весомые рекомендации...
– сказал он Боксону.

– В каком смысле - очень весомые?
– не понял тот.

– В том смысле, что за вас поручились весьма влиятельные люди.

– Наверное, мне удалось расположить их к себе...

– Наверное! Но почему вам должен поверить я?

– Именно по той же причине, по которой я верю вам!..
– ответил Боксон.
– К тому же, я пришел не с пустыми руками...

– То есть?

– Как у вас с пониманием английского?
– спросил Боксон, доставая из кармана третью копию своего майамского отчета.

– Почти свободно, я несколько лет жил в Штатах...
– ответил Гонсалес.

– Тогда ознакомьтесь...
– Боксон развернул перед ним первую страницу.

Через полминуты Гонсалес поднял от текста глаза.

– Кто гарантирует правду?
– спросил он.

– Вы бы ещё спросили: что есть истина?
– усмехнулся Боксон. Достоверность данной информации равноценна достоверности моих рекомендаций - и то, и это можно проверить только действием...

– А вот сейчас ваш испанский уже не смешон...
– очень серьезно сказал Гонсалес.
– Последний вопрос: вы журналист?

– Нет.

– Вы - провокатор?

– Нет.

– Вы - сумасшедший?

– Да!
– сознался Боксон.
– Вот заключение психиатра.

Он продемонстрировал Гонсалесу офицерское удостоверение.

– Ого!
– не сдержал восхищения гватемалец, и тут же спросил: - Сколько человек должно быть в пулеметном расчете?

– Зависит от типа пулемета, но во всех случаях рекомендуется не менее трех: пулеметчик, его помощник и подносчик патронов.

– На той стороне ребята раздобыли почти новый американский механизм, но с его боевым применением возникли сложности. Справитесь?