Чтение онлайн

Боксон вышел из машины, потом вытащил из-под сиденья коробку с патронами, из багажника достал пистолеты.

– Я спрячу их вон под той елкой, - сказал он стоявшему рядом Трэйтолу, заметь два ориентира и запиши. Вернемся за ними позже.

Боксон умело надрезал карманным ножом дерн, вырыл ямку (земля ещё не промерзла), зарыл в ней полиэтиленовый пакет с оружием, аккуратно замаскировал все и установил незаметные метки - если бы кто-нибудь проник в тайник, метки были бы нарушены. Возвращаясь к шоссе, он перчатками тщательно заравнивал мокрый тающий снег, в буквальном смысле слова заметая следы (хотя снег в тот день, судя по погоде, все равно стаял бы к полудню).

Трэйтол показал ему запись в блокноте. Тайник был своеобразно, но предельно точно запеленгован по отношению к километровому столбу у дороги и группе из трех сосен.

– Отлично!
– похвалил работу Боксон.
– Я вернусь за предметами сегодня вечером, придется взять в прокате ещё одну машину...

– Ты рискуешь израсходовать весь свой гонорар ещё до его получения... заметил Трэйтол.

– Эдди, о каком гонораре может идти речь, если у господина Пеллареса с собой наверняка тысяч двадцать наличных баксов на дорожные расходы! Надеюсь, ты не думаешь, что я отдам эти деньги в казну дяди Сэма?

– Не рано ли ты начал делить трофеи, Чарли?
– спросил Трэйтол.
– Пелларес, наверное, уже заплатил все деньги за искомые винтовки...

– Эдди, если Пелларесу доверены деньги на закуп оружия, значит он может знать и про другие финансовые резервы своего "Фронта пролетарского освобождения". А самое главное, если таких резервов нет, - Пелларес не мог растратить все четыреста тысяч. На винтовки, по моим подсчетам, должно уйти не более двухсот. Оставшиеся двести тысяч - наши с тобой, мой друг Трэйтол! Даже если ты не сразу согласишься с такой постановкой вопроса...

Усиленный полицейский патруль, остановивший "фольксваген" через полкилометра, проверил документы, потом внимательно осмотрел автомобиль, заглянув под сиденья и подняв коврик в багажнике. Ничего противозаконного обнаружено не было. Путешественников отпустили с миром.

– Эдди, они остановили нас по наводке таможенников...
– немного позже сказал Боксон.

– Да, Чарли, я это понял...

5

Когда "фольксваген" достиг пригородов Брюсселя, Трэйтол сказал:

– Чарли, я почти уверен, что ван Хаарт предупредил Ренье о нашем возможном появлении...

– Я тоже в этом уверен. Примем это как данность.

– Тогда два варианта событий. Первый: Мартин Ренье ждет нас и предупреждает Пеллареса. Второй: Мартин Ренье не собирается нас ждать и исчезает. Второй вариант я отметаю сразу - бесконечно от нас скрываться он не будет, мы ведь интересуемся не им. Поэтому выбираю первый вариант: нас ждут у входа в офис. Твое мнение?

– Если нас ждут, то действительно только там. Далее возможны вариации: нас ждут или на улице, или на лестнице, или в офисе.

– В офисе - вряд ли! Шум в своем офисе Мартину Ренье не нужен.

– А на лестнице они не успеют приготовиться - может не оказаться свободных помещений.

– К тому же, мы можем на улице оставить своего человека. Например, шофера. Его тоже необходимо нейтрализовать.

– Правильно, Эдвард Трэйтол! Если люди Пеллареса нас будут ждать, то только в какой-нибудь припаркованной у тротуара машине.

– Разумно, Чарльз Боксон! Ван Хаарт мог сообщить наши приметы, так что...

– У меня с собой свитер, я его надену и пройдусь, как местный житель, с каким-нибудь ящиком на плече. А ящик мы подберем на задворках вон того овощного магазина...

Боксон выбрал ящик из-под яблок - он был чище, чем ящик из-под свеклы. Визит к контрагенту решили отложить до следующего утра. В оставшееся время Боксон должен был забрать из тайника спрятанное оружие, а Трэйтол посетить местного резидента ЦРУ и получить максимум информации о бельгийском оружейном торговце Мартине Ренье.

После обеда в ресторане небольшого отеля Боксон взял напрокат неброский белый "рено", постарался сменить облик (свитер, джинсы, дымчатые очки) и в ранних ноябрьских сумерках спокойно доехал до запеленгованного дерева. Пистолеты никто не тронул - все секретные метки остались неповрежденными. Обратный путь тоже прошел без происшествий.

Трэйтол сначала провел три часа в американском посольстве, потом столько же времени - в департаменте разведки брюссельской штаб-квартиры НАТО. Вся полученная информация уместилась на одной машинописной странице, но гораздо больше Трэйтол вынес в своей голове.

Вечером они в очередной раз подводили итоги.

...Мартин Ренье был оружейным торговцем в четвертом поколении. Ещё его прадед продавал бойцам мексиканского президента Хуареса отличные французские штуцеры, закупленные по дешевке у проворовавшихся интендантов несчастного императора Максимилиана. Потом были сделки с североамериканскими конфедератами, колумбийскими революционерами, мавританскими повстанцами. Самой выгодной стала легендарная сделка 1919-го года по продаже большевистским комиссарам боеприпасов для Красной Армии. Какой-то бессарабский еврей с мандатом от самого Троцкого приносил в карманах конфискованные у русских аристократов бриллианты, никогда не торговался и при оплате рассыпал по столу пригоршни сверкающих камней. После этого в семье Ренье окончательно полюбили гражданские войны во всех отсталых странах.

Подготовка операции по продаже оружия революционеру Эухенио Пелларесу в эти дни была в самом разгаре, поэтому, получив сообщение от Харма ван Хаарта о двух англо-саксах, Ренье немедленно предупредил своего контрагента - пусть побыстрее разберется со своими проблемами, ибо сделка на четверть миллиона долларов прервана быть не должна. Пелларес незамедлительно принял меры.

Утром Боксон шел вдоль улицы и нес на плече ящик из-под яблок. Боксона можно было принять за местного жителя - человек вышел на пару минут перенести фрукты. Внимания никто не обращал, Боксон прошел квартал вдоль дома с офисом Ренье, свернул за угол и сел в поджидавший его там желтый "фольксваген" с Трэйтолом за рулем.

– Эдди, ты не поверишь...
– сказал Боксон.

– Что случилось?
– спросил Трэйтол.

– Двое латинос сидят в голубом "рено", а вот за рулем... О-о!

– Кто за рулем? Пелларес?

– Если бы!.. За рулем сидит Анджела Альворанте, пять лет назад она была журналисткой в Лос-Анджелесе, я однажды с ней разговаривал примерно полчаса.

– Тоже латинос?

– Да! Тогда она упоминала фонд помощи гватемальской революции - как я сейчас понимаю, это было всерьёз.

– Она тебя узнала?

– Трудно сказать! Во всяком случае, внешне это никак не проявилось - меня никто не окликнул и за мной никто не пошел. Возможно, она ошарашена не меньше моего...

– Ещё кого-либо заметил?

– Нет, все как обычно. Вероятно, у Пеллареса в Европе не так много соратников, чтобы организовать на нас полноценную облаву. Как ты думаешь, они будут за нами следить или откроют стрельбу прямо здесь, на улице?

– Полагаешь, они вооружены?
– задумчиво спросил Трэйтол.