Чтение онлайн

Зимородок поднял бокал.

– Жениться хочу.

Венатор тоже было взялся за вино, но едва не подавился, закашлял. На широком лице застыло нехорошее выражение.

– Ты в своем уме, Зимородок?

Тот не спеша отпил, покрутил бокал в руке.

– Знаешь, Иеф, - сказал задумчиво, - мне надоело бегать от них. То одно, то другое... Я ведь собирался купить землю, построить дом, уже место подобрал, у реки. Если б не Якоб...

– Рябчики, господа!

Хозяин появился из-за спины, торжественно поставил на стол новое блюдо. Рябчики были отменные, золотистые, сочные, с хрустящей корочкой. Иеф потянул носом и немного пришел в себя, потянулся, добыл себе хороший кусочек... но подумал, и есть пока не стал, только налил еще вина, выпил залпом, почти не чувствуя вкуса, покосился на Зимородка.

– Так что ты собираешься делать? Уехал бы, взял бы Марту с собой.

– Не могу. Меня будут искать, ты же знаешь, что это за жизнь. А у Марты двое детей. Какие тут бега? Слишком глупо.

Зимородок тоже взял себе рябчика, спокойно, со вкусом принялся за еду, обстоятельно обгладывая косточки. Венатор хмуро наблюдал за ним, молчал, что-то и кусок не лез в горло. Нервы? Старость?

– Знаешь, Иеф, - сказал Зимородок наконец, - кто-то из нас с ней двоих должен сделать глупость. Иначе не выйдет. И конечно, по традиции, глупости буду делать я. Марта пока не знает.

– Что ты задумал?

– Если церковь официально признает мою смерть - искать не будут.

Венатор едва сдержался, чтобы не плюнуть разочаровано.

– Они никогда не поверят, пока не увидят твое бездыханное тело собственными глазами, пока собственными пальцами не потыкают!

– Угу, - серьезно согласился Зимородок, хрустя косточками. В глазах сверкнули азартные огоньки.
– Я убью дракона и вернусь.

Венатор вытаращился оторопело, нехорошее предчувствие шевельнулось в животе.

– Тебя зажарят на костре!

– Нет. За нападение меня должны бы колесовать. Я уже договорился с Якобом... ну, ты понимаешь?

Зимиродок облизал жирные пальцы, улыбнулся широко, во весь рот, как ни в чем не бывало.

От этой улыбки венатора прошиб холодный пот.

– Ты...?
– едва слышно выдавил он.

– Именно.

– Да ты совсем сдурел?!

– Ага. Ты ж меня знаешь.

– Я не стану в этом участвовать!

– Это ничего не изменит. Хотя без тебя придется туго.

Тяжело дыша, венатор вытер лоб, лицо разом посерело, осунулось. Он с трудом подавил в себе желание вскочить на ноги и начать ходить туда-сюда, размышляя...
– давняя дурная привычка. И очень долго молчал.

– Может, просто уедешь?
– спросил тихо. Спорить тут бесполезно.

Зимородок шумно выдохнул, уставился в стол. Огоньки в глазах вдруг погасли, возраст как-то особенно отчетливо проступил на лице.

– Не могу, - и в голосе впервые скользнула горечь.
– Знаешь, Иеф... она молодая красивая женщина, вполне состоятельная, вдова... Боюсь, если я вернусь через пару лет, она уже найдет другого...

Снова заглянул в глаза венатору.

– А мне надоело искать красоток по кабакам. У Бергеса, вон, внуки уже. Я тоже хочу.

Глотнул еще вина и вдруг усмехнулся, беззаботно махнул рукой.

– Да ладно, Иеф, в самом деле! Все выйдет как надо.

Иеф все-таки плюнул, витиевато выругался вопреки всем собственным правилам. Но спорить больше не стал.

Еще долго сидели тогда, обсуждая детали.

– - 2

Снег недавно стаял и дороги основательно размыло. Грязь уныло хлюпала под ногами вязкой жижей, дождь с самого утра то переставал, то снова принимался моросить, развозя еще больше. До Ветряных Холмов - высоких и неприступных, что обступают Гельт с севера полукольцом, было три дня пути. Хайме устало брел вперед, не глядя по сторонам, взгромоздив на плече рогатину.

Сзади раздался чавкающий перестук копыт.

– Эй, охотник!

Он не стал оборачиваться, прекрасно узнав голос, эти трое цеплялись к нему еще в городе.

– Эй, не слышишь что ли?

Всадники догнали и остановились, преградив дорогу. Им было весело.

– Вот этой штукой ты собираешься в дракона тыкать? Или в твоей деревне крупнее козы зверя не водится? Да он твою палку одним пальцем перешибет!
– гоготали они.

– Что вам надо?
– огрызнулся Хайме.

– И откуда такие тупые недоноски берутся?
– пегий остроносый всадник радостно заржал.

Хайме стоял, стиснув зубы, давно привыкнув к подобному обращению, и ввязываться в драку не собирался. Все равно бессмысленно - один против троих конных и хорошо вооруженных.

– А может, он оборотень?
– хитро предположил другой, в шляпе с пером.
– Может, он сейчас перекинется какой бесовской тварью, сожрет дракона, да и нас заодно? Вон, как зыркает!

Снова начали ржать.

– Чего молчишь-то?
– поинтересовался остроносый.
– Онемел? Слышь, как там тебя?

– Кречет, - подсказал другой.

– Кречет! Во-во! Кочет он облезлый, а не Кречет. Вон, ты смотри как нахохлился! Сейчас налетит, загорланит, заклюет еще!

Они еще долго забавлялись, Хайме угрюмо молчал, скрипя зубами. Потом им надоело, и обдав на прощание грязью из-под копыт, поехали дальше, к Холмам. А ведь будут на месте куда раньше, так еще и дракона убить успеют, пока он дойдет.

Хайме вздохнул. В брюхе уныло урчало с голоду, но кроме последней сухой лепешки в ближайшее время ничего не предвиделось.

Поплелся следом.

* * *

Лепешку он таки съел, устраиваясь на ночлег. Хотел оставить часть на завтра - не вышло. Живот сводило, а вокруг только голые безлюдные поля. Да и были бы не безлюдные, все равно ни монетки в кармане.

Вечером увидел огонек вдалеке, подошел, постоял в стороне, потоптался. От костра пахло теплом и еще, просто умопомрачительно пахло вкусной сытной едой. Человек у костра сидел один, спиной к Хайме, сосредоточенно чистил какую-то железку - что именно, видно не было.

Приблизиться Хайме так и не решился, прошел мимо.

Недалеко ушел.

– Эй, ты! А ну, стой!
– велел хриплый, сорванный голос.

Хайме остановился.

– Карманы выворачивай.

– У меня ничего нет.

– Давай-давай!

Перед ним возникло пять заросших грязных громил. Вожак криво ухмылялся, поигрывая тяжелым топориком, белесый шрам дохлым червем пролег по его щеке.

– У меня ничего нет, - серьезно повторил Хайме.

Отступать было некуда. Он понадежнее перехватил обеими руками рогатину, целя острием вожаку в грудь.