Чтение онлайн

— Несчастный, говоришь? — повторил Ракитин. — Ты Лунину звонил?

— Звонил, — ответил Самохин. — Только без толку все. Трубку не берет. Сам же ему приказал затаиться. Вот он и сидит там, как таракан в щели.

— Ладно, Самохин, давай, — сказал Ракитин. — Попробую я. Если не дозвонюсь — сам туда поеду.

Капитан дал Самохину отбой и тут же принялся опять нажимать на кнопки, набирая телефонный номер.

Лунин все еще стоял у окна. Телефон за его спиной смолк, но через какое-то время опять зазвонил. Кто-то пытался связаться с этим номером, настойчиво и упорно.

Лунин не обращал на звонки никакого внимания. Он задумчиво смотрел в щель между занавесками. Небо за окном хмурилось, и будто бы собирался дождь.

К остановке, которая была у перекрестка, метрах в двухстах от дома, вперевалку подошел автобус. Из него выбралось на тротуар несколько человек. Одна из пассажирок, стройная молодая женщина, остановилась у перекреста и стала ждать, когда зажжется зеленый свет.

Лунин задернул занавеску и отвернулся от окна. Телефон все еще звонил. Лейтенант подошел к нему и безо всякого снисхождения выдернул штепсель из телефонной розетки. Затем вышел из комнаты.

На кухне лейтенант включил газ и поставил на него сковородку. На полке над плитой стояла початая бутылка постного масла. Лунин снял бутылку и плеснул из нее на дно сковороды.

Газ горел сильно, и сковородка стремительно прогревалась Поэтому действовать нужно было решительно и точно. Лунин раскрыл дверцу холодильника, достал из него пару яиц, и выложил их на стол. Взял третье, и, держа его над сковородкой, занес над ним нож.

В этот момент на раскаленное дно вдруг упала откуда-то сверху крупная капля воды. Она с треском взорвалась в масле, и руки Лунина тут же покрылись обжигающими брызгами.

От неожиданности и боли лейтенант выпустил яйцо, так его и не разбив. Раскололось оно другим способом — ударившись об пол у самой плиты. Лейтенант инстинктивно отпрыгнул назад и поднял глаза. На потолке стремительно расширялось мокрое пятно, на котором набухали, а затем, одна за другой, срывались вниз крупные капли воды.

Так и не дозвонившись, Ракитин убрал телефон в карман. Капитан резко дал газ, вывернул руль и тронулся с места с такой скоростью, что ремень безопасности впился ему в бок. Проехав по двум сплошным, машина развернулась и помчалась в обратном направлении.

Лунин выскочил из ванной с тазом в руке. Он выключил газ и, обжигая руки, стянул с плиты плюющуюся во все стороны сковородку. Подставил вместо нее тазик и вновь посмотрел на потолок.

Но масштабы коммунальной катастрофы оказались гораздо больше, чем он предполагал. На потолке, одно за другим, буквально на глазах лейтенанта, возникали все новые и новые пятна — теперь они сочились уже не только над плитой, но и в других местах, по всей кухне. Вода забарабанила по столу и поверхностям шкафов, быстрыми темными потеками двинулась вниз по стенам.

Лунин бросился в коридор. Он прекрасно помнил о приказании капитана Ракитина не покидать квартиру ни в коем случае. Однако тут случай был особый. Секунду он все же колебался перед дверью — открывать или нет? Затем посмотрел в глазок — там не было ничего, кроме соседских дверей и деформированного кафельного пола.

Лунин щелкнул замком и выскочил наружу.

Угроза происходила, скорее всего, из квартиры, расположенной этажом выше. Лунин бросился вверх по лестнице.

Так оно и было — над квартирой, из которой текло, был только чердак, куда вела металлическая лестница, приваренная к штырям, торчащим из стены.

Лунин остановился перед дверью, обитой потрескавшимся дерматином, из-под которого местами торчали клочья ваты. Квартира была точно такой, как та, из которой он только что вышел.

Лейтенант утопил кнопку звонка несколько раз подряд, однако звуков его из-за двери он так и не услыхал. Так как попытка связи с хозяевами оказалась безрезультатной, Лунин решил перейти к радикальным мерам — он начал стучать. Обивка гасила звуки, что чтобы его действия обрели хоть какой-то эффект, лейтенант после второго или третьего удара принялся бухать в дверь обоими кулаками.

В этот момент на площадку, за спиной Лунина, поднялась молодая женщина, — та самая, которая сошла с автобуса, и которую Лунин мельком увидел из окна. Ее звали Зоей, и было ей не больше двадцати пяти лет. Увидев рослого мужчину, который колотил обоими кулаками в дверь, Зоя замерла на месте и закусила нижнюю губу.

Затаив дыхание, она осторожно раскрыла сумочку и достала из нее небольшой баллончик. Лунин, хотя и был увлечен своим занятием, все же почувствовал, что за его спиной происходит некое движение.

Лейтенант резко обернулся. В этот же момент Зоя нажала на головку пульверизатора и выпустила обильную струю ядовитого газа. Действия девушки были решительны, однако, не слишком профессиональны — сняв колпачок, Зоя не позаботилась о том, чтобы направить раструб своего оружия на цель. Газ со зловещим шипением пошел куда-то в сторону.

Лунин, скорее инстинктивно, чем обдуманно, тут же выбил баллончик из ее рук, и тот, подпрыгивая, покатился вниз по ступеням.

— Ты что, спятила?.. — прорычал лейтенант.

Зоя испуганно отпрянула от него. Лишившись своего оружия, она почувствовала себя совершенно беззащитной.

— Вы кто? — сдавленно проговорила она, прижимая обеими руками к груди сумочку. — Что вам тут нужно?

— Сосед снизу, вот кто! Кухню мне всю затопила, дура! Твоя квартира? Давай, открывай!..

Зоя бросила под ноги Лунину взгляд. Из-под двери, к самым его ступням, подбирался мокрый язык вытекающей из квартиры воды. Девушка трясущимися руками достала из сумочки ключ и вставила его в замочную скважину.

Кухня Зои была залита полностью, примерно по щиколотку. Шлепая по воде, Лунин кинулся к мойке, заставленной грязной посудой. Вода била из крана с сильным напором, заполняла мойку доверху и переливалась через край. Лунин попытался перекрыть кран, но что-то вдруг щелкнуло, и барашек остался в руке лейтенанта.

К струе, которая шла из крана, прибавилась еще одна, из развороченного смесителя — она была тоньше, но энергичнее, и настырно била в бок, доставая почти до самого окна. После фиаско со смесителем, Лунин не колебался ни секунды. Он распахнул створки шкафчика, ухнул и нырнул куда-то под мойку. Он знал, что нужно делать, и действовал как сапер, жизнь которого зависит он спокойствия, автоматизма движений и быстротечности времени — на ощупь и безо всяких раздумий. Под мойкой он нащупал еще один кран, который перекрывал воду, и завернул его. Струи воды захрипели, ослабли, а затем затихли совсем.