Чтение онлайн

Слуга приблизился к роще с другой стороны, не с той, с которой мы углубились в неё в первый раз. К счастью, бедолагу серьёзно пугали странные растения, поэтому шёл он настороженно и вовремя заметил движение. И тут же бросился назад.

Это с головой выдало его низкое происхождение — потому что все благородные всадники, едва поняв, что слуга что-то заметил в странной роще, наоборот — бросились туда.

Сквозь спиральные стволы рощи мерцало озеро — вода тёмная и красноватая, как местное бронзовое полированное зеркало, и почти без ряби. Отряд без приказа рассыпался в неровную линию. Но это был очень управляемый хаос. Сказывался опыт: люди действовали без приказов, но понимая свои цели.

К несчастью, из зарослей к нам навстречу никто не вышел, а склон был неровный. Я первый соскочил с седла и повёл Коровку в поводу — дальше склон выравнивался. Под ногами хрустел местный мох: почва пружинила, будто живая, и каждый шаг отдавался в икроножные мышцы.

Миновав первые спиралевидные деревья, я двинулся дальше, отдав повод недовольного такой подставой Коровиэля Волоку и оставив его у «опушки». Но мной уже владел азарт — озеро скрылось за густыми кронами, однако я уже захватил щит, накинул его на руку и снял с коня увесистый клевец на длинной ручке — Крушителем тут не размахнуться.

Впрочем, азарт стал быстро отступать — воздух снова стал густым, появился пряный запах и влажность. К этому добавился неприятный звук — будто огромный младенец «угукал» басом. И не один. Я уже собирался обругать себя за то, что полез в эти дебри, когда вынырнул на открытое пространство.

Вокруг темнели пеньки: лес вокруг водоёма был аккуратно расчищен. И поверхность озера больше не была ровной. По нему шла густая рябь из множества концентрических кругов, в центре каждого — они. Некоторые, видимо дозорные, орали, стоя на кучках древесины или земли.

Огромные головы с мягкими, блестящими ушами и крупными, как у ребёнка, глазами. Мордочки напоминали бобриные, но слишком уж гладкие, почти без шва между шерстью и кожей, словно выточенные из полированного дерева. Хвосты — плоские, будто из меди, с чеканным узором в виде переплетённых букв. Бобры. Большие. Здоровенные, как лопатка, зубы. И покрыты тонкими пластинами брони, как земной броненосец. Ладно. Не бобры. Но похожи.

Один из них вылез на берег и уставился на меня. Массивный, ростом мне по грудь, и смотрел прямо в глаза. Его хвост хлопнул по мокрым камням, и… я услышал голос:

Ты устал. Отдай коня — мы его отведём к воде.

Я не вздрогнул только потому, что привык к странностям Гибельных Земель. Но, судя по тому, как дёрнулся ближайший оруженосец, он уже шагнул бы вперёд, да Сперат схватил его за плечо.

— Логосоны, — тихо сказал Фарид. — А чародей-то тут зачем? Сейчас в голову насрут. Пойте!

Оставь оружие. Мы его починим.

На берег уже выходили ещё — пятеро, шестеро… десяток. Они двигались спокойно, уверенно, вставая полукругом, словно пастухи, загоняющие стадо. Рядом со мной из леса выходили люди и вставали от меня по левую и правую сторону. Фарид держался позади, зато Дукат шагнул вперёд, держа в руке пехотное копьё с длинным, массивным наконечником. Запоздало обернулся на меня — и правильно, у нас тут субординация. Куда вперёд батьки в пекло?

Я захлопнул забрало и, преодолевая удивление, начал осторожно приближаться к говорящим бобрам. Внутри, от куража, хотелось шутить или просто смеяться. Но на ум ничего, кроме «курва», не лезло, а это шутка не для всех.

— Мех их стоит дороже золота, — продолжил Фарид тем же ровным голосом. Похоже, он принял быстрый взгляд назад Дуката на свой счёт. — Не пропускает лишней магии. Но… — он слегка наклонил голову, — если долго их слушать, можно и утонуть.

Отдай коня.

Оставь оружие.

Голоса сменяли друг друга, перетекая один в другой, как струи в фонтане, и я понял, что даже во мне они начинают вызывать странное согласие.

— Сеньор, — Дукат двинулся вперёд, — а что, если…

— Стой, — я поднял руку. — Это не торг. Это ловушка.

Те, что стояли ближе, начали хлопать хвостами чаще, и голоса в голове зазвучали резче, громче: ВОДА. К ВОДЕ. К ВОДЕ.

Лошади, хотя их вели довольно далеко позади нас, громко захрапели и попятились.

— Мочи… — скомандовал я. Получилось тупо. Хотел сказать «бобров», но тут такого слова нет. Да и «мочи» мой встроенный переводчик перевёл не очень удачно — как «макнуть в воду». Я быстро исправился: — Пустим им кровь!

Люди звякнули доспехами и стали осторожно приближаться к странным зверям. Обманчиво медленно — выбирая момент для удара магией и броска.

Логосоны перестали казаться милыми: их глаза потемнели, а медные хвосты сверкнули, как клинки. Они шли на нас — медленно, но неотвратимо.

Первые ударили хвостами по земле. Глухой, тяжёлый звук, будто бьют по барабану, прокатился по холму. Я почувствовал, как вибрация пробралась по ногам выше колен, а в голове зазвенело.

Ты хочешь быть с нами. Здесь тепло. Здесь нет войны.

Дукат опустил копьё и ускорил шаг — теперь он двигался не пружинисто, как готовый к бою, а беспечно, с радостью ребёнка, идущего за мороженым.

— Пошумим! — рявкнул я. Магна учили, что резкие звуки и запахи развеивают мороки. Строго говоря, бобры стучали хвостами не хуже, чем мы.

Щиты загрохотали — у кого их не было, гремели оружием, ударяя себя по наплечникам или нагрудникам. И тут я понял, что начал чуть поддаваться вперёд, будто в такт этой невидимой музыке.

Понял не только я — воздух между нами разукрасили магические снаряды: ледяные диски и острые осколки, огненные бабочки и даже одна, красивая, большая, толщиной в руку огненная змея.

Логосоны дёрнулись — но не испугались. Спрятали морды на груди, почти свернувшись в комок. Магические снаряды развеивались, осыпаясь в моём зрении дождём искр на землю.

Правда, бить хвостами они перестали — и сразу как-то полегчало. Дукат растерянно остановился, будучи уже ближе к «бобрам», чем к нам.

— Держите строй! — рявкнул я. — Арбалетчики, чтоб вас кони отымели, где вы там?!

Мои люди как-то растеряли запал. Я, впрочем, тоже. Существо, способное развеять магию, обескураживало. Мы стояли и откровенно тупили.