Чтение онлайн

Но по книге видно, что она написана женщиной, умственно сильно ограниченной, которая не могла оценить гения Ландау и высокий интеллект его окружения. Она была красивой и здоровой женщиной, которой нужен был здоровый мужчина, а не просто научное сообщество. По-видимому, Л.Д. Ландау особой сексуальностью не отличался. Он на себя «наговаривал» о своих увлечениях женщинами, а она ему верила и глубоко ненавидела его и его окружение, считая, что они у нее отнимают то, что по закону принадлежит ей. Это мое предположение, но, думаю, что книга Коры Ландау — это плод обманутых надежд обычной русской бабы, озлобленной в первую очередь на себя, а потом и на мужа за те байки о женщинах, которые он выдумывал. Можно только ее жалеть, а КГБ здесь не при чем.

Доктор физико-математических наук, профессор А.Рухадзе,

лауреат Государственных премий и премии имени М.В. Ломоносова 1-й степени, заслуженный деятель науки России

ФИАН-ИОФАН, Физический факультет МГУ имени М.В.Ломоносова,

Москва, август 2005 г.

Приближается 100-летний юбилей главного героя этой книги — великого советского физика Льва Давидовича Ландау. Вместе с тем уже в этом году (2005) исполняется 90 лет со дня рождения и 20 лет со дня смерти Евгения Михайловича Лифшица — соавтора Ландау, его самого близкого друга и сотрудника.

В истории физики Ландау и Лифшиц навсегда слились благодаря своему знаменитому многотомному курсу теоретической физики. Эта реакция синтеза выражалась в том, что курс Ландау и Лифшица студенты иногда называли курсом Ландафшица. По существу, Е.М. Лифшиц является вторым главным героем книги, да и сам факт ее создания обусловлен прежде всего именно ролью Е.М. Лифшица в моей жизни. Я писал эту книгу так, как если бы он был моим собеседником и первым читателем. Хотя это вовсе не означает, что я на всем протяжении сюжетной линии воображал себе полную сходимость нашего видения. Напротив, уверен, что Евгений Михайлович, если бы он прочел эту книгу, был бы несогласен со многими предположениями и выводами автора. Таким образом, хотя содержание книги по определению посвящено теме Ландау, свой литературный труд — как сумму творческих усилий, приведших к появлению книги, — я хочу посвятить памяти Е.М. Лифшица. По чисто личным причинам для меня он существенно выделяется в диаде «Л-Л», в которой для других людей был менее заметен из-за ослепительного сияния Ландау.

Далее. Сразу хочу оговорить определение «советский», использованное выше по отношению к Ландау и другим ученым, фигурирующим в тексте книги, а также к физике, развивавшейся в СССР. Сейчас определение «советский» нередко вызывает протестную реакцию, поскольку считается, что это — политический ярлык. Между тем, в данной книге оно просто обозначает эпоху, на которую пришлись жизнь и творчество ученых, фигурирующих в книге, работавших в интернациональном Советском Союзе.

Следующий важный момент. В.Л. Гинзбург написал в своей неизданной рукописи: «Гарику (сыну Ландау) сейчас 53 года, и, быть может, он также напишет свои воспоминания. Это было бы самым интересным. Еще написать интересное могли бы Зина (Зинаида Ивановна Горобец — вторая жена Жени), Л.П. Питаевский и И.М. Халатников. Больше сейчас и не знаю, кто» [Гинзбург, 1999].

Как ни парадоксально, но косвенно я отношу эти слова Виталия Лазаревича и к себе. Это нужно пояснить. За истекшие после смерти Ландау десятилетия никто из упомянутых людей не написал своей книги воспоминаний о Ландау. Никто из них не взялся за это дело также в последние «критические» пять лет, в течение которых тема Ландау освещается главным образом по «книге Коры», его супруги [Ландау-Дробанцева, 2000]. И нужно признать, что в информационном, а скорее, в дезинформационном смысле книга Коры исполняет свою псевдоисторическую роль весьма эффективно. Ведь она предназначена не тем нескольким десяткам очевидцев, кто знает, как было дело, и мог бы еще протестовать. Она адресована десяткам тысяч читателей, и — опосредованно — миллионам телезрителей, так как по книге Коры уже готовятся снимать фильмы. Таким образом, наши современники и потомки будут воспринимать Ландау, людей и события вокруг него так, как это живописуется в книге жены Ландау. Книге, которая, по словам академика В.Л. Гинзбурга, отвратительна. О таком же отношении к ней пишет и академик Е.Л. Фейнберг (см. соответствующие полные цитаты и библиографические ссылки в Главе 7, в разделе «Книга ненависти»).

Действительно, читателю в общем-то не с чем сравнивать.

Существует, правда, замечательная книга «Воспоминания о Л.Д.Ландау», изданная Академией наук в 1988 году. Но, во-первых, это сборник статей нескольких десятков авторов — то есть литературный труд по определению фрагментарный. Во-вторых, этот сборник сейчас малодоступен из-за небольшого тиража; к тому же академические книги предназначены все-таки узкому читательскому кругу.

Есть еще книга М.Я. Бессараб [1971; 4-е изд.: 1990]. Ее литературные достоинства, по сравнению с книгой Коры, несомненно, выше. Но: «в книге Бессараб так или иначе извращена также и большая часть фактических сведений», — так в 1971 году написали в коллективном письме в Госкомиздат СССР восемь академиков-физиков, близких к Ландау (см. в Главе 7, в разделе о Майе Бессараб).

Наконец, есть книга А.М. Ливановой «Л.Д. Ландау» [1978]. В ней картина совсем иная. Это книга, на десятках страниц которой описывается главное научное достижение Ландау, его теория сверхтекучести. Описание популярное и самоценное. Но в этой книге почти нет житейских описаний Ландау, парадоксальных особенностей его ярчайшей личности и поступков, драматических событий, связанных с ним и его окружением, а также попыток их анализа.

Для всех вышедших ранее книг о Ландау характерно почти полное отсутствие в них документов. Между тем, начиная с 1990-х годов, в научно-исторических статьях опубликована масса важных и сенсационных документальных материалов. Это прежде всего заслуга историков физики Г.Е. Горелика и профессора Ю.Н. Ранюка с помощниками. Так, группа Ю.Н. Ранюка недавно обнародовала целый пакет из нескольких десятков документов под названием «Дело УФТИ (1935—38 гг.)». Из них становятся понятными местные и в том числе личностные причины разгрома этого выдающегося центра советской физики, гибели нескольких его научных работников в общегосударственной волне сталинских репрессий. Г.Е. Горелик, получив в 1990 г. доступ в архивы НКВД-КГБ, обнаружил в деле Ландау подлинные причины его ареста в 1938 году. Причин было две, последней по времени стала антисталинская листовка, в составлении которой принял участие Ландау. В 1991 г. КГБ опубликовал протоколы показаний Ландау и другие документы из его дела. Наконец, некоторые документы, проливающие свет на события вокруг Ландау, были найдены мной в личном архиве Е.М. Лифшица. Почти все из упомянутых материалов мною помещены в Приложении к данной книге, они составляют документальную основу «ландауведения» (так назвал соответствующую часть истории советской физики В.Л. Гинзбург).

Работа по теме Ландау, вообще говоря, была начата мной в 1999 г. с составления сборника статей, посвященных Е.М. Лифшицу, опубликованного как специальный выпуск журнала «Преподавание физики в высшей школе», издаваемого Московским педагогическим государственным университетом, 1999, № 15. Но в том же году в «ландауведение» была вброшена бомба — вышла в свет упомянутая выше книга воспоминаний жены Ландау. В ней, наряду с главным героем, действует и антигерой — Е.М. Лифшиц. В этой книге описано, как жила семья Ландау, сообразуясь на практике с теорией академика Ландау о свободной любви и браке. По-видимому, именно из-за этого эротического фактора книга Коры стала популярной. Книга изобилует ненавистью и клеветой в адрес Е.М. Лифшица. В.Л. Гинзбург в печати сравнил процесс чтения этой книги с «погружением в ванну с дерьмом» [Гинзбург, 1999, 2000]. Псевдофакты, опубликованные в книге Коры, бросают тень на блестящую диаду «Л-Л», создавшую 10-томный курс книг по теоретической физике, напечатанных на двадцати языках и играющих роль основных учебно-научных изданий по этой дисциплине вот уже на протяжении почти семидесяти лет во всем мире.

Многих физиков, лично знавших Е.М. Лифшица, сильно задела черная ложь по его адресу. Волны, ею вызванные, стали расходиться кругами, не только не затухая, а временами даже усиливаясь. Два протестных заявления, посланные в печать В.Л. Гинзбургом и Е.Л. Фейнбергом, констатировали неприятие ими лживой книги Коры. Но в коротких письмах академиков, естественно, нет содержательного анализа хотя бы основных кусков книги Коры. К тому же газетные и журнальные заметки обычно быстро «сходят со сцены». Книга же Коры, надо признать, не теряет популярности. Поэтому одной из задач нашей книги является критический анализ содержания книги Коры, проводимый с точки зрения требований внутренней логической и, в частности, хронологической непротиворечивости, а также сопоставления с внешними документами и свидетельствами. Но эта задача далеко не единственная.

В нашей книге девять глав. Из них пять глав размещены в хронологическом порядке, от рождения до смерти Л.Д. Ландау: главы 1–4, а также глава 9 («Катастрофическая»). Кроме того, в главе 5 дано более или менее популярное изложение основных достижений Ландау в физике и их история, не лишенная ошибок и конфликтов, а в главе 6 помещены очерки о Школе Ландау, его теоретическом семинаре, «теорминимуме», а также о нескольких виднейших ученых этой Школы: братьях Е.М. и И.М. Лифшицах, А.С. Компанейце, А.Б. Мигдале, В.Л. Гинзбурге, А.А. Абрикосове и И.М. Халатникове.