Чтение онлайн

Анжелу поразила фантазия Эдика.

– Сопля безмозглая! – выкрикивал он и колотил железным прутом по батарее. – Сволочь глистоногая! Глиста паршивая! Минога зловонная!

Анжела неудержимо расхохоталась. Эдик перестал выкрикивать обидные эпитеты и недоумевающе спросил:

– Что смешного?

– Я не подозревала, что ты знаешь столько обзывалок! – давилась смехом девочка.

– Да, я такой, разносторонне талантливый, – рассмеялся Эдик.

Смех смехом, а поднятый Эдиком шум здорово помог Никите, Тане и Свете. Они в это время висели в лифтовой шахте, цеплялись за скобы и не дышали, чтобы скользящая в полуметре хищная слизь не обнаружила их присутствия. Услышав шум, бурая в середине и жемчужно-серая по краям масса стала передвигаться быстрее. А до этого ползла медленно, прислушивалась, и, Никита готов поклясться, принюхивалась.

А получилось вот что. Когда Эдик с Анжелой залезли в вентиляционное отверстие и стали шумно пробираться вглубь, ребята услышали шипение. Они закрутили головами во все стороны, пытаясь определить источник пугающего звука. Таня прижала ухо к двери и объявила:

– Это она шипит.

– Слизь? – уточнил Никита.

– Именно. Иди сам послушай.

Никита приник к двери, вслушался и покачал головой:

– Ничего не слышу.

Таня отпихнула его от двери, прислушалась. Шипения не слышно.

Вмешалась Света, самоуверенно заявила:

– Пустите. Если шипение исходит оттуда, я непременно услышу. У меня абсолютный слух.

Слушала долго и сосредоточенно, словно врач, прослушивающий больного, затем объявила диагноз:

– Там тишина.

– Но я слышала! – упрямо наклонила голову Таня.

– Может, посмотрим, что там? – предложил Никита.

– С ума сошел?! – испугалась Света. – А если эта мерзость ворвется сюда.

– Займемся геометрией, – бесшабашно ухмыльнулся Никита, – будем пятый угол в четырехугольной комнате искать! Сделаем так, – он взял железный прут, махнул им пару раз, привыкая к весу, – Таня аккуратно открывает дверь, Света осторожно выглядывает, я стою на страже. Если слизь ринется в комнату, я ее тресну и буду выпихивать обратно, а вы закрывать дверь.

– Хитренький, – сварливо сказала Света, – себе самое безопасное выбрал! А почему тебе не выглянуть?!

Никита насупился:

– Легко. Бери, – он сунул Свете тяжеленный металлический прут. Света охнула и согнулась.

– Тяжело? – ласково осведомился Никита. – Держать тяжело?

Света кивнула.

– Заметь, даже держать тяжело, а им надо еще и орудовать. – Он забрал прут и поинтересовался: – Еще возражения имеются?

Возражений не имелось. Таня встала возле двери, Никита с прутом наперевес напротив, Света сбоку. Таня приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы Света могла выглянуть. Света выглянула. Никого. Осмелела и, сделав пару шагов, посмотрела за дверью – тоже пусто. Отступила назад:

– Чисто!

– Берем рюкзаки и вперед, – скомандовал Никита. – Надо торопиться, неизвестно, сколько у нас времени.

Когда шли по коридору, Никита стал всерьез опасаться, как бы не потерять голову. В прямом смысле. Он и не подозревал, что может так безостановочно крутить ей, назад, в стороны, вверх. Перед лестницей замешкались, не знали, какой путь выбрать. Таня пригляделась к полу, к ступенькам и сказала:

– Слизь ползла по лестнице.

– С чего ты взяла? – Никита смотрел недоверчиво.

– Если приглядеться, можно увидеть след.

Никита и Света наклонились и разглядели еле видный влажный след.

– Придется лезть в шахту, – решил Никита.

– А какая разница? Слизь все равно уже уползла, – сказала Света.

– А вдруг надумает вернуться тем же путем? И вообще непонятно, почему она вдруг решила ползти вверх, а не в конец коридора, как мы предполагали? Вдруг она просто направление перепутала? А когда сообразит, что неверно определила источник шума, скоренько вернется. Хороши мы будем, столкнувшись с ней на лестнице! Решено, лезем в шахту. Впрочем, ты можешь выбрать свой путь. – Никита одарил Свету насмешливым взглядом синих глаз.

– Нет уж, я с вами, – буркнула Света и полезла вслед за Никитой.

Поднимались медленно, осторожно, памятуя о том, что склизкая тварь обладает отменным слухом. До тумбочки, блокирующей двери лифта, оставалось примерно метра полтора, когда у Светы что-то выпало из кармана, с лязгом ударилось о скобы и грохнулось вниз.

– Телефон! – вскрикнула Света, провожая мобильник взглядом.

– Тс-с, – напомнил об осторожности Никита, но было поздно. Сверху послышалось шипение, сырое скольжение и одно щупальце свесилось с тумбочки. Ребята окаменели, а Света не сдержала еле слышного хныканья. Бурая масса перевалилась через препятствие и замерла, не зная, куда ползти. Ребята перестали дышать, в шахте царила гробовая тишина. Слизь подрагивала, слабо шевелила склизкими отростками, затем поползла вниз, к счастью, не по скобам, но в опасной близости от них.

Очень медленно, с остановками она сползала вниз. При каждой ее остановке сердце Никиты обрывалось в пустоту, спазм сводил желудок. Несомненно, эта зараза чуяла, что добыча рядом, но не могла определить где.

Света зажмурилась, но знала, слизь рядом. Это она определила по тошнотворному запаху, ударившему в ноздри. К горлу подкатывала тошнота, еще немного – и ее вырвет.

А Таня держалась из последних сил. Она замерла в очень неудобной позе, схватилась одной рукой за скобу, а вторую протягивала, чтобы достать следующую, да так и застыла. Изменить положение тела нельзя, а пальцы руки, которой она держалась за скобу, начинали понемногу разгибаться.

И в этот момент, когда ребята готовы были сдаться, снизу пришел спасительный грохот. Слизь на секунду замерла, затем шустро поползла вниз. К грохоту прибавились человеческие крики, и бурая масса ускорилась.

Лишь когда студенистое тело исчезло из шахты, Никита позволил себе тихо вдохнуть спертый воздух подземелья. Таня просунула сквозь скобы свободную руку и стала разминать уставшую. Света беззвучно плакала. Никита толкнул ее ногой и указал глазами, наверх!

В полной тишине ребята выбрались из шахты. Никита жестами изобразил: ищем комнату.

Эдик сорвал голос и замолчал, но стучать по батарее не переставал до тех пор, пока в руках были силы. Отбросил лом, вытер пот со лба и спросил Анжелу:

– Как ты думаешь, эта гадость уже здесь?

– Должна быть. Проверить бы как-нибудь?

Эдик сморщил лоб, размышлял, прикидывал. Можно, конечно, приоткрыть дверь, выглянуть и сию секунду назад! Но кто ее знает, соплю плотоядную, насколько быстро она реагирует и насколько сильна. Смогут ли они закрыть дверь, если слизь навалится на нее с той стороны? С их цыплячьим весом это проблематично. Если бы они были все вместе, впятером, Эдик бы даже не сомневался, справятся, а двоих вражина склизкая может одолеть.

Внезапно дверь слегка шелохнулась. Эдик не мог поверить собственным глазам, дверь медленно открывалась. Сообразила Анжела, бросилась на дверь, придавила всем телом. Дверь с неприятным чмоканьем вернулась на место, из-за нее донеслось злобное шипение.

– Закрой замок!

Анжелин крик вывел Эдика из ступора. Он кинулся к двери, повернул ручку замка. Металлический щелчок оповестил, что замок закрыт.

– Будешь витать в облаках, быстро на небо отправишься, – укорила Анжела, потирая ушибленное плечо. – И о чем ты так задумался?

– Ты не поверишь! – нервно засмеялся Эдик.

– Я теперь во все, что угодно, поверю, – серьезно сказала девочка.

– Я раздумывал, как узнать, клюнул слизняк на нашу приманку или нет?

Анжела вяло улыбнулась:

– Теперь мы знаем, что клюнул, а дальше что?

– Дальше? Дальше будем сидеть и ждать, когда нас Никита с Таней вызволят. Их очередь тормошить извилины.

– А мы будем просто сидеть и ждать?

– Ну, не просто, тоже будем думать. Хотя, если честно, когда я размышляю об этой твари, у меня от страха извилины распрямляются.

– А ты посмотри наверх, – посоветовала Анжела.

Пару минут Эдик добросовестно разглядывал потолочное покрытие.

– Ничего не видишь?

– Особенного ничего. Обычная потолочная плитка, белая в серую крапинку.

– А что под плиткой? – начала терять терпение девочка.

– Наверное, сказочная страна, – огрызнулся Эдик. – Что может быть под плиткой?! Потолок!

– А если нет? – тихо спросила Анжела.

До Эдика дошло.

– Ты думаешь… – начал он и не договорил. Подошел к стене, уперся в нее руками. Анжела забралась ему на плечи, встав на цыпочки, дотянулась и сдвинула в сторону одну пенопластовую плитку.

– Что там? – Не сдержав любопытства, Эдик задрал лицо вверх и потерял равновесие. Анжела успела схватиться одной рукой за рейку, которая держала потолочное покрытие. Рейка опасно прогнулась, но выдержала. Перебирая руками и сбивая плитки, Анжела добралась до середины комнаты. Повисла на одной руке, кулаком второй постучала по более широкой рейке, она отозвалась металлическим звуком.

Эдик правильно все понял, подставил плечи и добродушно проворчал:

– Хорошо, что ты мне досталась в напарники, а не Танька.

– Это почему? – Анжела пыталась прорвать рукой звукоизоляционное покрытие, но блестящий, похожий на прочную фольгу материал не поддавался.

– Мы с Таней низкорослые, она до потолка дотянется, если только прыгнет с моих плеч.

– И мне бы не помешали еще сантиметров десять роста! – сквозь зубы сказала Анжела. – Чуть-чуть не дотягиваюсь.

– Слезь, передохни. Я придумал, чем прорвать изоляцию.

Анжела тяжело спрыгнула на пол. Эдик заботливо протянул бутылку с водой. Девочка жадно сделала несколько крупных глотков и вернула бутылку. Хотя могла бы выпить вдвое больше, но нельзя быть эгоисткой, да и воду надо экономить. Она села на пол, вытянула ноги и расслабилась.

– Хочешь, я тебе плечи помну, – смущенно предложил Эдик.

– Зачем?

– Когда родители приходят с работы усталые, я им делаю массаж. Они уверяют, что здорово помогает. Я и сам чувствую, как мышцы становятся мягче, податливее.

– Давай, – согласилась Анжела и отлепила спину от стены.

Эдик впился в ее плечевые мышцы на удивление сильными пальцами. Анжела поморщилась, больновато. Но через пару минут боль стихла, напряжение стало отпускать, тело наполнилось энергией.

– Я готова! – Анжела легко вскочила.

Эд взял железный штырь и ткнул им в потолок:

– Им и проткнем изоляцию.

Анжела забралась ему на плечи и, держась за рейку, несколько раз сильно ткнула железным прутом в изоляционное полотно. Похожий на фольгу материал прорвался. Девочка расширила дыру, отбросила штырь. Попросила:

– Эд, чуть-чуть повыше.

Эдик, багровея от усилий, встал на цыпочки. Анжеле удалось зацепиться за железную балку, но подтянуться силенок не хватало. Мальчик стал подталкивать ее ступни руками.

– Еще чуть-чуть, – бухтела Анжела.

У Эдика от напряжения вздулись вены на руках, он собрал все силы и толкнул Анжелу вверх. Вдруг давление исчезло, стало легко-легко, Анжела все-таки вскарабкалась на балку. Уселась верхом, покачалась, проверяя на прочность. Заверила:

– Слона выдержит, лезь. Хотя погоди, я посмотрю, что там.

Опираясь на руки, она «поехала» в сторону двери.

– Что там? – подпрыгивал на месте Эдик.

– Повезло, – отозвалась Анжела. – Над коридором то же самое, изоляция и плиточное покрытие. Мы сможем дойти до лестницы по краю стены, она в кирпич шириной. Хорошо, что здесь нет капитального потолка. Сэкономили военные.

– Ничего подобного. Они поступили совершенно правильно. Там что за изоляцией?

– Трубы какие-то канализационные, пучки проводов, – недоуменно ответила Анжела.

– Вот именно. Военные все предусмотрели, случилась авария или замыкание, не надо ни пол вскрывать, ни потолок разбирать.

– Тогда ладно. Давай рюкзак, – Анжела свесилась с балки, подцепила рюкзак. По своей инициативе Эдик подал два железных прута и беспомощно огляделся:

– А как мне туда забраться? Подсадить некому, подставить тоже нечего.

– Да. – Анжела почесала лохматую голову. – А если так. – Она взяла рюкзак за одну лямку, вторую спустила вниз. Выдержит?

– Выдержит стопудово! Рюкзак! А ты свалишься! – уверенно предрек Эдик. – Поройся в рюкзаке, там веревка должна быть.

Веревка нашлась. По Эдикову распоряжению Анжела закрепила веревку на балке, навязала узлов, чтобы легче было забираться. Но мальчику пришлось порядком помаяться, прежде чем удалось вскарабкаться на балку.

– Передышка! – устало выдохнул он, устроившись рядом с Анжелой. Она понимающе кивнула. Но передохнуть Эдику не удалось. Содрогнулось изоляционное полотно, завибрировало, с треском отлетели потолочные плитки, что-то тяжело хлюпнуло вниз.

– Это она! – Анжела побледнела и вцепилась в Эдика. Он тоже сразу сообразил, что произошло. Пока они корячились, забираясь на стену, слизь подобралась совсем близко, но пенопластовые плитки не выдержали ее тяжести и отвалились.

Мальчик обшарил лучом фонарика изоляционное полотно вокруг. Вроде все в порядке, разрывов не видно. Если чудищу удастся пробраться за изоляцию, им придется несладко. И это еще мягко говоря.

Анжела словно прочитала его мысли, еле слышно прошептала:

– Оно не сможет сюда попасть?

– Не должно.

Слизь настойчиво рвалась к добыче. В другом месте посыпалась плитка, раздалось тяжелое чмяканье, за ним последовало разъяренное шипение.

– Двигай, – подтолкнула Эдика Анжела.

Маленький рост позволил мальчику встать на ноги и идти, не пригибаясь. Анжеле было хуже, ей приходилось сутулиться и нагибать голову, чтобы не задеть трубы и пучки проводов. А потеря равновесия и падение чреваты гибелью. Изоляционное полотно не выдержит упавшего на него веса.

Эдик шел как по болоту, сначала нащупывал прутом стену, определял границы. Мягкое, проложенное толстым слоем стекловаты, серебристое полотно не позволяло визуально определить, где кончается стена.