Чтение онлайн

– Да, дворецкий. Сказал, что отнесет его в зеленую спальню, потом доложил, что подал чай в гостиную, но я успокоила его, сказав, что подожду вас здесь.

Джордж предупредил слуг о прибытии гостьи семьи. От Боу-стрит мисс Бентон доехала в карете с гербом герцога, так как Джордж подумал, что для начала лучше всего устроить небольшое представление из ее появления в доме.

Теперь, когда собаки стали вести себя намного тише, он мог вновь поприветствовать ее.

– Тогда пойдемте наверх, в гостиную, и прикинем, что будем делать дальше, если только вам не хочется сначала отдохнуть.

– В этом нет нужды, – ответила Кассандра. – Я работаю на вас, так что давайте начнем.

Она осмотрела помещение: взглянула на высокий потолок, перекрывавший холл, вниз, на мраморный пол, на резные ступени лестницы – и заметила с восхищением:

– Никогда не думала, что попаду в Ардмор-хаус.

– А я никогда не представлял, что в преклонном возрасте буду здесь жить, – откликнулся Джордж, когда они шли по лестнице. – И вот мы оба тут.

– Какая прелесть! – не уставала восторгаться мисс Бентон, когда, шагая по ступеням, они прошли мимо череды картин маслом в золоченых рамах.

Потом в глаза Кассандре бросилось полированное дерево, потом богато украшенные медальоны из гипса, покрытые золотом, и тяжелые настенные драпировки с орнаментом. Она действительно была очарована, а не пыталась произвести впечатление.

Когда они вошли в просторную гостиную, Джордж неожиданно для себя заметил очарование комнаты: утонченность, изящество и безусловный комфорт, на которые не обращал внимания раньше.

– Чаю? – спросил он, когда они устроились в обитых шелком креслах возле камина.

День был теплым, поэтому огня почти не было – так, угли, – но ощущался приятный запах дерева.

Она отмахнулась от предложения:

– Давайте лучше приступим к делу и обговорим детали моего пребывания здесь. Кто я, вы уже решили? Ваша незаконнорожденная кузина?

– Кузина наполовину. Я собираюсь возложить ответственность за ваше появление на свет на моего деда, предыдущего герцога.

Уголок губ у нее приподнялся.

– О боже! Корни этой истории уходят в столь далекое прошлое?

– Все с легкостью поверят в это: у старого герцога была слабость к женщинам, как у моего отца – к играм в карты и кости, – Джордж нахмурился, радуясь, что можно занять руки чашкой. – Я привык думать, что это забавно.

– Знаете, нужно найти у вас какой-нибудь шокирующий порок, тогда вы будете смотреть сквозь пальцы на пороки других людей.

– Говорят, что я ленивый, – предложил Джордж.

– Ничего экстраординарного. Никого даже не удивит, если наследника герцога назовут лентяем.

«Довольно язвительно, но правда».

– Возможно, стоит начать курить опиум? – беспечно заявил Джордж. – Но мы подождем, пока все более-менее войдет в норму. И приношу извинения за то, что делигитимировал вас. Это то слово?

Она была абсолютно непробиваемой.

– Вы превратили меня в незаконнорожденную. Это чудесно, откровенно говоря. Полагаю, мое появление на свет было настолько скандальным, что мне закрыли доступ в общество и на страницы справочника «Дебретт», поэтому меня никто не знает.

– Именно! Где же вы жили все эти годы, моя незаконнорожденная кузина?

– Лучше, если в каких-нибудь дебрях Англии. В противном случае я бы знала какой-нибудь иностранный язык. Значит, я выросла в глухой деревушке, о которой в Лондоне никто и не слыхивал.

– Прекрасно! Так и говорите об этом – с неодобрительной интонацией: это сразу снимет вопросы.

Она улыбнулась:

– Мне двадцать шесть. Если все хорошо просчитать, могу ли я быть дочерью вашего деда, или мне лучше поменять возраст?

– Нет, все в порядке. Старый распутник продолжал свои игры с молоденькими девицами до самой смерти. Мне было тогда лет пять, – он посчитал на пальцах. – На тот момент вам должно было быть два года. Нет нужды в молодильном средстве.

Она приподняла медно-рыжие брови:

– Вы не способны считать в уме, только на пальцах?

– Способен, но пальцы использую для всех видов операций, даже для тех, что не являются абсолютно необходимыми.

– Любопытно… но, может, вернемся к более важной на этот момент?

Одна рука мисс Бентон скользнула в карман, к часам или какому-то предмету такого же размера, – через ткань платья он видел, как его обхватили ее пальцы.

Какое-то время она сидела молча, словно задумавшись, затем вытащила руку из кармана.

– Лучше зовите меня Касс, раз мы изображаем одну семью. И пусть имя вышей «кузины» тоже будет Кассандра, а то я все время буду забывать откликаться на какое-то другое.

– Ага, Кассандра, обреченная предсказательница!

– Не обреченная – проклятая. Никто ей не верил, хотя она всегда оказывалась права.

Пусть так. Его познания в греческой мифологии были неполными в лучшем случае.

– Мое крестильное имя – Джордж, – сообщил он. – Так меня и зовите. Имя расхожее и не означает ничего интересного. Вам нравится ваше?

– Оно прекрасно. Я бываю не всегда права, но люди мне верят.

– Как правило, верят тем, кто признает порочность рода человеческого, – откликнулся Джордж. – Хорошо, вы останетесь Касс. А фамилия у вас какая сейчас?

– Хм… Как насчет чего-нибудь интригующе иностранного, но созвучного Бентон, чтобы я, опять же, не забывала откликаться?

Джордж начал перебирать фамилии из готических романов, которые иногда читал:

– Бен… Бер… Бах… Хм! Может, Бенедетти?

– Пусть будет Бенедетти, – одобрила Касс. – Я потеряла голову от лихого итальянца, а он оказался жестоким подонком, и мне пришлось вернуться в лоно родной семьи.

– Это единственное, что может объяснить ваш неожиданный приезд и отсутствие багажа!

– Синьора Бенедетти – дама изобретательная, – заметила она горделиво. – Только так можно было сбежать от жестокого мужа: без вещей, словно вышла на минутку.